"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

— Ничего подобного, в последнее время он ведет себя тихо.

— Но я же вижу, — Амброуз нахмурился. — Говоришь дело не в нем. Неужели на Кристу опять напали?

— Удивительно, но нет. Не нравится мне это затишье. Чувствую, скоро будет буря.

— Тогда, может, причина в самой девушке?

— Причем тут она? — ощетинился Сет.

— Точно в ней, — сделал вывод Амброуз. — Я должен был это предвидеть. Она довольно мила, и вы проводите вместе много времени.

— И что с того?

— А то, что даже у тебя есть сердце… и другие мужские органы.

Сет скрестил руки на груди:

— Я повторю вопрос: и что с того? Мне не двадцать, я себя контролирую.

— Это до добра не доведет, — Амброуз дал ему отвар. — Не нравится мне, как она на тебя влияет. Не стоило брать ее в ученицы.

— Раньше ты говорил по-другому.

— Мои взгляды изменились. С помощью Игниса мы бы справились с этой тварью самостоятельно.

— Мы пробовали, ничего не получилось. Не переживай. Ей недолго осталось на меня влиять.

Сет залпом выпил отвар, поставил чашку на стол и встал, давая понять, что разговор окончен. Амброуз уже не в первый раз затевал спор. Он все пытался доказать, что избавиться от «того, кто внутри» можно не прибегая к крайним мерам. Например, не передавая Энергию Кристе. Старейшина объяснял это заботой о Сете, желанием сохранить ему жизнь, игнорируя тот факт, что вместе с ним спасал «того, кто внутри».

Из общины Сет отправился, куда глаза глядят. Сам не заметил, как вышел в город. Благодаря почти невидимой рыжине он без опасений гулял по улицам. Горожане принимали его за обычного человека.

Спустя пару часов бесцельного хождения Сет понял, что стоит перед домом Эйдит. С баронессой его свела случайность — он помог барону избежать огласки в щекотливом деле. С тех пор Сет периодически виделся с его женой. Это была всего-навсего интрижка, никаких обязательств.

В последнее время он редко навещал любовницу. Все находились какие-то отговорки, более срочные дела. Но сейчас идти было некуда, и Сет постучал в дверь.

Барон как всегда уехал. По долгу службы он часто бывал в армии. К тому же молоденькие новобранцы интересовали его сильнее собственной жены.

Эйдит встретила Сета в гостиной. Время близилось к обеду, а на ней был лишь шелковый халат, накинутый на голое тело.

— Кого я вижу, — усмехнулась любовница. — Я уж думала, ты забыл дорогу в мой дом.

— Я был занят.

— Разумеется. Важные магические дела и все такое.

Говоря, она шла к нему. Подкрадывалась, словно кошка, ступала мягко, покачивая бедрами. В этом была вся Эйдит — знойная, как и ее темперамент. Такая же неутомимая в постели, как снежные в бою. Секс с ней напоминал схватку, и Сету это нравилось. По крайней мере, раньше. А теперь… теперь она приближалась, а он ничего не чувствовал.

Даже когда пышная грудь Эйдит прижалась к его груди, а в нос ударил терпкий запах духов, Сет остался равнодушен. Можно было списать собственную холодность на усталость. Притвориться, что «тот, кто внутри» забрал у него последние силы. Но в глубине души Сет знал: проблема не в этом. Он будто дал кому-то слово, обещая хранить верность. Чушь, конечно. Но переступить через этот неизвестно кем выставленный запрет он не мог.

— Ты не хочешь меня? — вмиг раскусила его Эйдит.

Сет молча отстранил любовницу от себя. Оправдываться он не планировал, как и изливать ей душу.

Она пригласила его за стол. В конце концов, их объединял не только секс. Помимо прочего Эйдит была информатором. Она знала все и обо всех в этом городе. Сплетни стекались к ней, как реки в океан.

Но сегодня Сет слушал в пол уха. Интриги за треугольным столом его не взволновали, хотя обычно он живо ими интересовался.

— Что с тобой? — Эйдит пересела к нему на колени. — Ты рассеян. Ну хочешь, перекрась мне волосу в рыжий, как делал в последний раз.

— Я думал, ты не заметила.

В прошлый раз он не удержался и провел рукой по волосам любовницы, меняя их естественный каштановый цвет на золотисто-рыжий. На миг это помогло забыть, где он и с кем. Под влиянием иллюзии его накрыл оргазм. Все-таки и возбуждение, и удовольствие зарождается в мыслях, а уже потом на них откликается тело — в очередной раз убедился Сет.

— Я не против, раз тебя это заводит, — шептала она, прижимаясь теснее. Пояс развязался, халат распахнулся, открывая грудь Эйдит. — Просто любопытно, если какая-то девушка-маг так тебя заводит, почему ты приходишь ко мне?

Заметив, что его глаза зло сощурились, она рассмеялась.

— Плевать, — целуя, шепнула ему в губы. — Представляй на моем месте хоть мрачного Вела, только будь со мной.

Сет знал: Эйдит не требуется прелюдия. Она всегда готова к сексу. Он мог взять ее немедля. Повалить на пол, не церемонясь задрать сорочку и войти в нее. Но воображая эту картину, вместо возбуждения Сет испытывал скуку. Как бы хороша не была Эйдит, она не та, кто ему нужен.

Запахнув полы ее халата, он тщательно завязал узел.

— Не сегодня. Я не в настроении для подобных игр.

— Как скажешь, — она встала с его колен.

Это было еще одно качество любовницы, которое он ценил, — легкость характера.

Сет задержался у Эйдит. И хотя между ними ничего не было, ему стало легче. Время, проведенное вне стен общины, вдали от проблем и собственной ученицы немного успокоило нервы.

Ушел он на рассвете, город еще спал. У мостовой стелился туман, в воздухе пахло сыростью и свежей выпечкой. Пекари в этот ранний час уже приступили к работе.

Через брешь в стене, чтобы не тревожить дежурных на воротах, Сет вернулся в общину. Поднялся по лестнице в башню, но около двери задержался. Он без труда понял, кто и когда здесь был. То, что Криста бегала туда-сюда, не сюрприз. Наверняка искала способ поймать мотыльков. Но она привела с собой Блэйна. Зачем?

Сет мало знал о парне. Слышал от его наставника, что он подает надежды. Только плевать он хотел на чьи-то там надежды. И на отношения, которые связывают мальчишку с Кристой. Он не для того открыл ей доступ в башню, чтобы она сюда ухажеров водила.

Сжав зубы, Сет пересек порог. Внутри ждали целых два сюрприза. Первый: мотыльки. Криста все-таки их вернула. Вторым сюрпризом была она сама. Девушка спала, раскинувшись посреди кровати: одеяло смято, лицо, скрытое за огненной завесой волос, уткнулось в подушку. Последним, но