Среди змеев - Марк Дж. Грегсон

Мы почти догнали гигатавна, и тут за нами увязывается покрытый ржавчиной горгантавн класса восьмого. Корабли сопровождения сразу же накрывают его огнем из всех орудий: гарпуны, пушки, минометы. Сбитый с толку, монстр трясет огромной башкой. А мы, улучив момент, проносимся через его многочисленные кольца, минуем острый, похожий на ятаган, кончик хвоста.

Наконец путь свободен. Ничто не мешает выстрелить в гигатавна.

– ПЛИ! – орет дядя. – КОНРАД, ОГОНЬ!

Гигатавн с ревом врезается своей огромной мордой в основание Дандуна. Вздрагивают песчаные дюны и купола золотого города. Рушатся здания. Здесь в закрытых библиотеках хранились результаты вековых исследований, рецепты лекарств, само наше мировоззрение… Не все можно было вывезти с острова, даже заблаговременно. Знаний там слишком много.

И все это вот-вот пропадет.

Натянув затемненные очки, я прыгаю в кресло «Схлопывателя» и жму на спуск, пока из ствола не вырывается луч света. Он такой яркий, что глаза слепит даже за непрозрачными стеклами. Луч пронзает небо и бьет прямиком в тело чудовищного создания.

Есть. Сейчас этот проклятый монстр получит!

Погодите… Я подаюсь вперед, щурясь сквозь круги перед глазами. Нет, произошла ошибка. Мой выстрел попал не туда. Что-то встало на пути луча, и я подбил не гигатавна.

Меня накрывает ужасом.

По небу разносится эхо взрыва. Громила издает победный крик… но тут понимает, что выстрел угодил в замаскированного тортона, который вклинился между нами и гигатавном. Тортон ревет, сжимаясь внутрь самого себя, исчезая в белой воронке.

Есения рывком уводит нас прочь, чтобы и наш корабль не засосало. Врассыпную бросаются и остальные. А пока мы летим, тортон, пропав, вновь показывается – и разлетается дождем внутренностей и частей тела.

Нет. Поверить не могу. Последний выстрел – и тот потрачен на проклятого тортона. На ТОРТОНА!

– В чем дело?! – беснуется дядя. – Конрад…

Мы ошеломленно молчим, в то время как гигатавн зарывается в недра Дандуна. Грызя камень, он идет к сердцу острова. Дандуну, самое большее, остались минуты. Моя команда не знает, что и сказать. Я и сам сижу, в недоумении глядя на монстра. В двигателе еще должна оставаться энергия. Хоть капля. Вдруг ее хватит?

– Китон, – говорю я в коммуникатор. – Можем еще…

– Кристалл двигателя погас. Нам нужен новый.

– А если пальнуть?

– Не сработает. А если и выстрелишь… – Она ненадолго умолкает. – Это всех нас убьет. Корабль взорвется.

У меня покалывает кожу.

Дядя так и кричит. Его флот по-прежнему кружит надо мной, отбивая атаки чудовищ. У нас не остается выбора. И времени тоже. Взглянув на друзей, я делаю резкий вдох.

– Покинуть корабль.

– Что? – спрашивает Брайс. – Нет, Конрад, ты больше не выстрелишь из этой дуры!

– Выбора нет, – говорю. – Садитесь в шлюпку.

Еще какое-то время мои люди спорят. Отказываются уходить, но я – принц Скайленда, и в кои-то веки пользуюсь данной мне властью. Громила отвечает, что ему плевать на приказ, и тогда я прошу его как друг.

Он смотрит на меня влажными глазами.

– Конрад, нет! – кричит Элла, когда Громила хватает ее и тащит с собой. – Нет. Прошу тебя, брат. Не делай этого. Не надо.

Брайс спешит ко мне. Целует, обливаясь слезами – ее мягкие губы соленые на вкус. Я едва не перестаю дышать, а она уже отстраняется, бежит к спасательной шлюпке.

Элла все еще умоляет меня одуматься. Громила и Китон, которая только что покинула машинное отделение и присоединилась к остальным, держат ее. Арика, Петля, Есения и Отто прыгают в шлюпку. Наконец на палубе появляется Тара. В руках у нее огромная сумка, набитая книгами и бумагами. Ес и Петля помогают ученой забраться на борт.

Брайс прижимает к себе мою вырывающуюся сестренку. Глядя на них сквозь слезы, я вскидываю руку, прощаюсь с обеими.

Стоит шлюпке отойти от «Гладиана» и направиться в сторону битвы, к ближайшему судну, я делаю вдох и снова приникаю к окуляру старинного прицела. Руки онемели, зато сердце, как ни странно, бьется спокойно.

Гигатавн тем временем зарывается глубже.

Делаю вдох, прищуриваюсь, целясь в чудовище. Эта здоровенная гадина обрушила Айронсайд. Уничтожила мой родной остров. Из-за нее погиб Макгилл и многие, многие другие.

Может, дядя и отдал мне титул принца, однако сейчас пришла пора заслужить его.

Жму на спуск в надежде, что мой корабль поможет мне напоследок. Однако гашетка щелкает вхолостую. Ничего не происходит. Выругавшись, снова жму на нее.

– НУ ДАВАЙ, ТЫ, КУСОК ДЕРЬМА!

Горгантавны преследуют корабли, что прикрывают «Гладиан». Один из них оплелся вокруг линейного крейсера и крушит его рубку. Налетает еще больше орконов и тортонов. Твари обрушиваются со всех сторон. Плотным роем.

Гёрнер знает, что я затеял. Воздух гудит от адских взрывов и верещания, так что я невольно морщусь.

– СТРЕЛЯЙ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! – велю «Схлопывателю».

Я жму и жму на спуск, пока наконец «Гладиан» вдруг не начинает дрожать. Чувствую тряску через кресло, через подошвы ботинок. И смеюсь. РАБОТАЕТ! РАБОТАЕТ! «Гладиан» отдает мне последние капельки жизни. Из ствола пушки неожиданно вырывается горизонтальный столп света. И я смеюсь, глядя, как он пронзает небо.

Луч входит в огромные красные пластины чешуи гигатавна.

Однако я захлебываюсь собственным смехом, потому что корабль уже зверски трясет. «Гладиан» сейчас развалится. Но я не умру, если есть шанс. Отстегнув ремни и отключив магниты в ботинках, бегу по палубе к оружейной платформе.

Это мой единственный шанс покинуть корабль и спастись. Я оставил нужные вещи на платформе, на всякий случай. Заранее ведь не знаешь…

«Гладиан» снова вздрагивает. Остались считаные секунды.

Я отчаянно шарю по платформе руками. Куда же я положил эти пушки, черт подери? Роюсь среди гарпунов, мин, гарпунометов. И наконец-то нахожу одну – среди гранат.

О, это просто сумасшествие, но я вытворял вещи безумнее.

Раздается взрыв, от которого закладывает уши и пробирает до костей. Я падаю на колени. Под басовитое рычание у «Гладиана» откалывается корма, и корабль заваливается на нос.

Поднимается ветер, а у меня желудок подскакивает к горлу. Обхватив одной рукой перила платформы, спешно цепляю на другую мой последний шанс на спасение – мини-когтепушку.

Вдруг «Родерик» спасет меня еще раз.

Включаю магниты в ботинках и встаю, бегу к носу корабля. Палуба вздыбливается от взрывов. Пламя пожирает целые секции «Гладиана», но я мчусь вперед, против ветра. Против всего.

Откуда-то из памяти, из глубины прошлого доносится голос Громилы, когда он кричал мне: «Лети, сволочь ты паршивая, лети!» И я «солдатиком» прыгаю за борт.

В небе царит сущий хаос. Кругом гарпуны, взрывы, сражающиеся корабли, ревущие монстры и сполохи зенитных зарядов. Ветер треплет полы куртки, пока я падаю вниз, через горнило сражения, в ничто, навстречу пустынной земле. Рядом нет ни одного корабля, да меня,