"Фантастика 2026-5". Компиляция. Книги 1-29 - Настя Любимка

— Вы правы. И как он? — главный врач не забыл об этом событии, но после неоднократного изучения медицинской карты, поставил крест на излечении этого больного.

— Физическое состояние хорошее, даже зрение вернулось в норму, вот только…

— Что ж вы, договаривайте.

— Все усилия оказались напрасны, за всё время, как его извлекли из медицинской капсулы, он не произнёс ни единого слова, а по наблюдениям приставленных к нему медработников, пациент не понимает, где находится. Не в состоянии произвести несложные для обычного представителя расы манипуляции. Ему даже автоматический душ пришлось включать помощникам.

— Ест нормально?

— Да. Но пользоваться техническими средствами автораздачи также не в состоянии.

— Понимаю. Этого и следовало ожидать.

— Вы не удивлены?

— Нет, ашш Госса, изучив медкарту, я был готов к такому результату.

— Остаётся последний шанс — ментасканирование. Тогда мы узнаем…

— Что вы, коллега! — удивился главный врач, даже остановился, воззрев свой удивлённый взор на собеседника. — Разве вы не знаете о подобных опытах, а они хорошо описаны в медицинской базе данных. Не скрою, я тоже планировал провести сканирование, но хорошо, что сначала сверился с базой. А там однозначно указано, что все, замечу, все четыре случая, когда пациента с глубоким повреждением головного мозга помещали под ментасканеры, прибор выходил из строя, не давая результата, позволяющего произвести оценку состояния испытуемого. Таким образом, рисковать аппаратурой считаю излишне.

— На списание?

— Да, — недолго думая, ответил главный врач, — через трое суток, если не произойдёт изменений, на консилиум и списываем. Установили кто его родственники, кому сообщать о смерти?

— Этим вопросом занимаются. Документов, как понимаете, при нём не было, идентификатор по непонятной причине не отвечает на импульсы, может, во время эвакуации неосторожно повредили или во время получения травм вышел из строя. И сам, как видите, не может объяснить, кто таков.

— Да-да. Имелись такие случаи. Но, ничего, сообщим по вертикале командующему, и пусть они сами разбираются.

— Какую процедуру готовить?

— Стандартную, он не высший офицер. Инъекция тройной дозы медленного снотворного с последующей кремацией. Прах, как установим его личность, передадим родственникам…

Ашш Сошша Хааш стоял в коридоре, ожидая приглашения в кабинет, где собрался консилиум. Именно он настоял на его созыве, желая продолжать летать. Для этого и напросился на беседу к главному врачу. Тот напору сопротивлялся недолго и согласился созвать комиссию с привлечением по дальней связи докторов центрального госпиталя, что находился на корабле-матке, и сейчас, ашш Сошша ожидал приглашения. Конечно, после тяжёлого перенесённого ранения и трудного восстановления ему в очередной раз предстоит выдержать испытание на звание пилота, но это только после того, как медицинская комиссия даст своё положительное заключение. Конечно, можно оставить военную карьеру и перейти на гражданку, благо и отец в последнем своём сеансе связи высказывал такое пожелание, но будучи третьим сыном и не имея признаков одарённости, становиться простым, пусть и с высоким чином сановником, ему не хотелось. Имея титул, он не видел себя нигде, кроме как в армии. «Принц крови» — древний, берущий своё начало с незапамятных времён титул в настоящее время утратил своё значение, став если не заурядным, а просто указывающим на потомка основателя военной касты Империи и больших преимуществ фактически не давал, но ашш Сошша отступать не привык. Он видел себя только в армии…

— Что ж ашш Сошша Хааш, — консилиум подходил к концу, и главный врач взял заключительное слово. — Мы обсудили с коллегами ваше состояние здоровья, проверили и перепроверили показатели проведённых тестов. И с радостью могу вам сообщить, что комиссия не находит оснований для вашего отстранения от полётов по медицинским показателям. Но, сами знаете, вам придётся повторно получать допуск к пилотированию летательных аппаратов.

— Уважаемый консилиум, — именно так, обращаясь ко всем вместе, а не к отдельному представителю, надлежало обращаться во время официальной части, и ашш Сошша об этом знал, — я готов к испытаниям, тем более, мне приходилось их проходить повторно, подтверждая квалификацию.

— Да, мы видели, в деле есть отметка об этом. Вы были в плену? — заинтересовался один из членов консилиума, что участвовал по видеосвязи.

— Пришлось побывать, об этом есть подробный рапорт, что находится в моём деле. И, согласно полученным инструкциям, я не имею права без письменного разрешения командования распространяться об этом факте.

— Что ж коллеги, — не унимался присутствующий по видеосвязи, — действительно, тесты, в том числе ментасканирование не выявило отклонений у пациента ашш Сошша Хааш, но я бы предостерёг о скоропалительном решении.

— Присоединюсь к коллеге, — к удивлению ашш Сошша, главный врач не стал вступать в полемику, и данное обстоятельство его напрягло, а главный врач продолжал, — рекомендую консилиуму выдать предписание пациенту на краткосрочный отпуск для прохождения восстановления в центральном госпитале сроком две недели.

— Две недели вполне достаточно для полного восстановления, — согласился присутствующий по видеосвязи.

— Что ж, коллеги, на этом закончим. Ашш Сошша, через три дня прибудет корабль-курьер, будьте готовы отбыть на «Штоонссса́р» для прохождения восстановительного лечения и… рады приветствовать в строю истинно живого капитана атмосферной авиации…

— Здравствуй, сын, — как только ашш Сошша оказался у себя в каюте, прозвучал вызов по дальней связи на личный коммуникатор.

— Это ты постарался, отец, что меня отправляют с планеты?

— Не горячись, сынок. Тут и стараться не пришлось. После таких травм, чудо, что ты жив и ашш До́вас лично желает заняться твоим излечением.

— А если меня спишут?

— Не спишут. По крайней мере, из армии тебя никто не собирается увольнять. Таких солдат у нас мало.

— Ладно, отец, прости. Я сейчас не в духе, поговорим, как прибуду на корабль.

— Хорошо, сын, — прозвучало в коммуникаторе, и экран его погас…

Ашш Сошша торопливым шагом шёл по узкому коридору на посадочную палубу. Три дня, что ожидал прибытия корабля-курьера, прошли в суете. То одно дело предстояло закончить, то встретиться с сослуживцами и узнать, что же всё-таки случилось в тот злополучный день. Запланированный полёт прошёл штатно и ашш Сошша возвращался обратно на корабль-завод, охранять который перевели его эскадрилью. Достигнутое полное господство в воздухе делало плановые вылеты обыденной рутиной и ашш Сошша, получив чин капитана, планировал подать рапорт о переводе в другую группировку, где сохранились очаги сопротивления, но как знал из разговоров с сослуживцами, сопротивление было подавлено полностью и в самое ближайшее время ожидали начала следующей стадии колонизации планеты.

Створки ангара корабля-завода стали открываться, и ашш Сошша заложил вираж, заходя на посадку, как из ангара, по встречному курсу, вылетел объятый пламенем истребитель. Ашш Сошша едва успел отреагировать на изменившуюся обстановку, но времени не хватило, и его летательный аппарат врезался в мощную переборку. Спасательная капсула сработала штатно, но она неудачно приземлилась, попав в очаг возгорания. Друзья-коллеги рассказали, что по неустановленной пока причине произошла нештатная ситуация — детонация складированных в ангаре топливных резервуаров. Ангар весь выгорел, никто не выжил. Ещё бы чуть-чуть, на минуту или две раньше он залетел в ангар, то и спасательная капсула бы не помогла. Но обошлось. И сейчас он, довольный, что представилась возможность встретиться с родными, в хорошем настроении шёл на палубу, куда прибыл курьерский корабль, чтобы целых две недели провести с семьёй.

— Посторонись! — ашш Сошша непроизвольно вздрогнул. Его догонял конвой из трёх клон-солдат и двух медиков, что сопровождали одетого в больничную одежду. Он остановился возле стены, пробежался глазами по непонятной процессии, и тут его глаза встретились с больным…

Сидя, уставившись в одну точку в довольно просторной комнате, с каждой минутой ожидал, что вот-вот откроется дверь и внутрь войдут вооружённые солдаты. Но прошёл час, второй, а обо мне словно забыли. Хорошо, что накормили, но и там я отличился. Когда меня привели в столовую к раздаточному автомату, я просто встал возле него, не зная, куда нажимать. По опыту с душевой кабиной, понял, что за мной наблюдают и не дадут тут так долго стоять в одной позе. Так что не торопился, тем более, действительно не знал, как заставить этот чёрный ящик работать. И мои ожидания оправдались. Ко мне подошёл тот же медик и, произведя несложные манипуляции, передал мне поднос с едой. Я принял его и уселся на свободное место. Ел нарочито медленно, тщательно прожёвывая каждый кусочек.

Для меня оказалось странным, почему не поместили в камеру для заключённых. Хотя и постоянно под присмотром, даже когда нахожусь один в комнате,