Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

сварочных установок, теперь у них была возможность и плохие газы заметить вовремя, и при наличии радиации принять соответствующие меры. Да и весил прибор всего лишь четыре с половиной килограмма.

Додюр Гелиан и Фериоль Вессано обучились работать и различать опасные пределы на шкалах всего лишь за четверть часа. А после короткого совета ношение устройства было торжественно возложено на кока. Тот и медлить не стал, закрепил на себе анализатор ремнями, доложил о готовности и уточнил:

– Что, отправляемся к нашему железному коню?

– И в самом деле. – Виктор накинул на плечи лямки вещевого мешка. – Пора пообщаться с нашими пернатыми друзьями.

– Вдруг они нас испугаются? – предположил кок. – Особенно птенец?

– За собой посматривай! Как бы сам от страху не помер, когда Мурчачо вдруг тебя клювом по голове начнёт постукивать в знак приветствия. И пока мы идём, давайте повторять основные фразы о дружбе между человеком и катарги. Только свистим тихонько, мы ведь не в лесу…

Глава одиннадцатая

Связующая

Так и двигались три партизана-подпольщика среди узких, извилистых каменных переходов, еле слышно посвистывая и готовясь тем самым к интенсивным переговорам с разумными птицами планеты. Жрец не скрывал свои сомнения. Как обитатель и воспитанник монастыря Дион, закосневшего в многовековых догмах и традициях, он никак не мог поверить, что издавна прекрасно знаемые всему человечеству птицы вдруг оказались разумны. Уже во время езды на мотодрезине он попытался переговорить с Менгарцем на эту тему, перекрикивая гул роликов:

– Как же так получается, что люди о разумности гигантских орлов даже не подозревали? Или пернатые поумнели совсем недавно? За последние месяцы? Ну, максимум год, полтора назад?

– Затрудняюсь ответить с уверенностью, – кричал Менгарец в ответ. – Пока словарного запаса для общения не хватает. Но, кажется, эти пернатые белокрылые красавцы давненько свою цивилизацию создали.

– И не общались с нами?

– А зачем? Какой им смысл? Да и запрет какой-то у них мог существовать. Или до сих пор существует. Может, они просто к людям присматриваются? Может, просто выжидают, пока вы до контакта созреете? Подрастёте, так сказать.

– Ну, знаешь ли!..

– И нечего обижаться. Хоть во Вселенной превалируют носители разума в человеческом теле, но каких только иных цивилизованных существ не отыскали в великом космосе. Особенно в последнее тысячелетие. И птицы среди них есть. Причём одни из них размером всего лишь с пол-ладони. А вот таких огромных, как катарги, вроде бы ещё не встречалось нашим исследователям.

По прибытии на место Виктор продемонстрировал голосовой командой воздействие на геологического робота, бросившегося к людям с намерением перемолоть их в фарш своими страшными бурильными дисками. Услышав пароль, железный монстр замер на месте, а потом с готовностью и прилежностью выполнял все остальные команды своего дрессировщика. Впечатлило друзей и пробитое под уклоном в гору отверстие, по которому, пусть чуть согнувшись, но легко выбрались в ущелье Крушения.

Там их уже ждали. На этот раз помимо Мурчачо и его постоянного старшего товарища или опекуна на встречу с человеком и его парой друзей явилась орлица. Женские особи этой породы пернатых выглядели ещё более крупными, угловатыми и массивными и славились крайним буйством, агрессивностью и даже жестокостью. Именно они в случае похищения или убийства птенцов могли методично и безжалостно уничтожить посёлок, а то и несколько, в которых жили неосторожные, самонадеянные охотники. То есть, ещё и не догадываясь о разумности катарги, люди давно определили доминирующих самок в их среде. В стаях гигантских орлов решающее слово имели именно женские особи. Нечто сродни матриархату.

Теперь же, в свете разумности этих гигантских хозяев небесного океана, визит орлицы выглядел несколько двояко. С одной стороны, она могла пресечь дальнейшее общение молодого орла с людьми, а с другой – как бы признать странную дружбу на официальном уровне. Но в любом случае следовало вести общение, если таковое получится, несколько иначе. Но как именно иначе?

Орлица сидела чуть в отдалении и без особой, казалось, реакции наблюдала вначале, как Виктор обменялся с Мурчачо «птичьими» приветствиями: выдержал постукивания тяжеленного клюва по собственной голове. Потом – как представил и познакомил своего пернатого друга с Додюром и Фериолем – нечто подобное сделал и со взрослым орлом. При этом все пятеро старательно насвистывали простейшие фразы из подходящего для обоих разумных видов способа общения. И только когда прошло минут десять оживлённой и громкой беседы, женская особь что-то требовательно проклекотала, а потом довольно внятно просвистела:

– Человек! Хочешь дружить с катарги?

Это был не просто прогресс в общении, это был невероятный скачок в отношениях между двумя разумными видами. Представить только: человек учил языку свиста совсем других орлов и молодого птенца, а те умудрились передать его и своим соплеменникам. Причём научить быстро и качественно. Если хозяйка гнезда ещё и числительные в пределах десяти за ночь разучила, которые Мурчачо только вчера впервые услышал, это вообще в голове не укладывается. Но вначале это следовало проверить, да и переговорить с орлицей, официально познакомиться.

Виктор приблизился к огромной птице на дистанцию пяти метров:

– Да! Давай дружить! Человек – катарги, друзья. Дружить – надо! – Затем попробовал перевести своё имя на свист. Да и примерный перевод имён своих друзей он тоже знал: – Меня зовут Виктор. Виктор – это «победитель». Додюр – «любящий своё дело». Фериоль – «добряк, родившийся в цветах». Своего молодого пернатого друга, молодого птенца из вашей стаи, я назвал Мурчачо. Мурчачо – это значит «игривый и ласковый».

Понятно, что он сильно сомневался в правильном понимании такой массы новых слов, особенно прилагательных. Но интеллект у орлицы оказался на несколько порядков выше предполагаемого уровня. Потому что после второго повторения она вполне по-человечески кивнула, подтверждая понимание, и назвалась сама. Вначале имя выглядело как простой набор свистящих звуков, но, несколько раз старательно повторенное, оно вдруг сформировалось в сознании инопланетянина как Связующая Стай. А уже само это понятие – в горловые звуки.

– Альири! – Когда он громко воскликнул это имя, то сразу получил утвердительный