"Фантастика 2026-154". Компиляция. Книги 1-30 - Луций Корнелий

не сторожился. Проезжали они возле небольшого холмика, покрытого чахлыми кустами, метрах в тридцати от дороги. Вроде бы и спрятаться там негде, но стоило с ним поравняться, как раздался залп. Вначале произошло какое-то ментальное действие, стрельцы, окружавшие Дмитрия, замедлились. И даже ему словно бы гора навалилась на плечи. Потом вместе с грохотом штуцеров вокруг завизжали пули. Несколько человек упали, Дмитрия что-то ударило в плечо, и от боли на несколько мгновений он выпал из действительности. Хорошо, что не потерял сознания, в этом случае никто не дал бы гарантий, что он останется жив. Все еще находясь в шоке, он сумел подавить панику вдруг очнувшегося бывшего владельца тела и ударил. Вначале ледяными лезвиями выкашивая кусты и тех, кто за ними прятался, потом огнем, а затем и воздушным вихрем, вместе с огнем создавшим такую температуру горения, что даже на расстоянии это чувствовалось. Все-таки от неожиданности он сильно вложился, получился просто огненный шторм с немалой температурой в эпицентре. Холм в считаные мгновения превратился в огромный костер с ревущим пламенем.

Почти сразу же Дмитрий развеял заклинания, и когда огонь опал, перед ним предстал абсолютно черный обугленный холм. Казалось, что местами даже земля спеклась в комки, напоминающие стекло.

– Посмотрите, кто там был, может, кого можно допросить, – распорядился Дмитрий.

И к засаде на холме отправился один из сопровождавших его стрельцов. На сам холм он подниматься не стал, объехал его по кругу и вернулся.

– Княжич, там где-то два десятка обгорелых и разорванных трупов, на сам холм я подниматься не стал, жаром он так и пышет. Живых, по всей вероятности, там нет, хотя можно подождать, пока остынет, и проверить, – доложил стрелец, с испугом глядя на Дмитрия.

– Десятник, доложи, что там с нашими ранеными, – сказал Дмитрий и оглянулся.

– Господин поручик, двое убитых и трое раненых, один из раненых тяжелый.

– Тут в двух верстах деревня, возьми пару человек и скачи туда, найми пару телег с возницами. За ценой не стой, надо раненых отправить домой, а если есть травник или лекарь – тоже прихвати. А мы тут вас подождем, – сказал Дмитрий.

Плечо болело и дергало, вдруг он почувствовал, что кто-то прикасается к ране, оглянувшись, увидел, что это домовой. На удивление боль стала стихать.

– Вы что, и лечить можете? – тихо спросил Дмитрий.

– Нет, разве что немного снять боль ненадолго, – ответил тот.

Дмитрий лишь кивнул головой.

– Ну и это хлеб, – сказал он и, осторожно, чтобы не бередить рану, спешился.

Стрельцы тем временем снесли и положили рядом убитых, а неподалеку расположили и раненых, развели костер и готовили укрепляющий настой. Травка у каждого ведь с собой в мешке была.

– Вот же я бестолочь, – думал Дмитрий, – ни одного лечебного заклинания не выучил, словно я бессмертный, право слово, идиот.

Ждать пришлось часа два, наконец вдалеке над дорогой увидел пыль, это возвращались десятник и стрельцы с возницами на подводах. С ними приехала и травница, женщина в годах, но еще крепкая и шустрая. Осмотрев раненых, обработала раны и наложила повязки.

– Извини, князь, – сказала она, кланяясь, – больше ничем помочь не могу, не лекарь я. Дальше по дороге большое село, – махнула она рукой в ту сторону, откуда они двигались, – там есть лекарь.

– Спасибо и на этом, – протянул ей деньги Дмитрий.

Возвращаться он даже не подумал, хоть рана и была серьезная, у него был вырван кусок мышцы левого плеча. После манипуляций домового боль отступила, и он решил, что потерпит. А уже по дороге попробует подлечиться, а нет, так дотянет до академии. Раненых же решил отправить обратно, их погрузили на одну телегу, погибших на другую. Дмитрий дал еще двух сопровождающих, и телеги тронулись в обратный путь.

К вечеру они столкнулись с довольно большим обозом Шуйских, в котором ехала в карете Ильга и еще несколько будущих владеющих. Тех тоже посадили в карету, но отдельно, и было их в ней аж пять человек. Графиня же ехала лишь со своей служанкой. Близился вечер и Шуйские стали на ночлег, они ставили шатры и палатки, горели костры. Дмитрий тоже остановился со своими стрельцами, не доезжая до них. Ехал он последние несколько верст на телеге – уж очень сильно разболелось плечо, растрясло на коне. Да, видать, и действие домового потеряло силу. Спать он так и остался на телеге, не стал ставить палатку, ночи теплые, ничего с ним не случиться. Да и людей у него совсем ничего, зачем лишний раз напрягать, все ведь устали и перенервничали во время нападения.

Ночью Дмитрий почти не спал, донимала его рана, боль становилась сильней и сильней. Травница обработала и перевязала рану, и за счет повязки пришлось у рубахи отрезать один рукав, так как рука не влезала в него. Рано утром они отправились дальше, сборы были быстрыми, да и собирать-то было нечего.

Проезжая мимо Шуйских, которые только начали вставать и готовить завтрак, Дмитрий обратил внимание, что графиня разглядывает его с каким-то интересом, и Дмитрий решился. Боль становилась порой просто невыносимой. «Поможет – хорошо, ну а на нет и спроса нет», – решил он. Осторожно спешившись, направился к графине, которая с каким-то внутренним пренебрежением на него взирала. Он хотел попросить ее помощи, зная, что лекари уже могут останавливать кровь и даже обезболивать. Конечно, все это были лишь первые, начальные заклинания, но и то ведь помощь.

– Прошу прощения, ваша светлость, не могли бы вы мне помочь? – спросил Дмитрий и покраснел.

– Я слушаю вас, княжич, – холодно произнесла она.

– Вчера на нас напали какие-то тати и меня зацепило, не могли бы вы снять с раны боль, сильно уж она меня допекает.

– Да, да, конечно, присаживайтесь, – указала она на походный стул.

Когда он сел, она принялась накладывать на него плетение обезболивания. После чего размотала повязку и нахмурилась.

– Повязку я вам заменю, но по приезде вам надо обратиться к лекарю, я еще мало что могу, а рана у вас серьезная.

Ильга наложила повязку, осмотрела ее и предложила Дмитрию продолжить путь вместе с ее караваном. Но тот поблагодарил ее и отказался.

– К вечеру, если повезет и ничто не задержит в пути, мы должны уже добраться до академии, потерплю, – сказал он. – Но за помощь и предложение огромное вам спасибо, – учтиво поклонился он.

– Будьте осторожны, княжич, старайтесь не бередить рану, – сказала она на прощанье.

Но не повезло, в Никишкино они въехали, а вот в академию нет. После наступления темноты в академию никто не мог попасть, да и выйти