Владимир, Сын Волка 4 - RedDetonator

Генерал армии Гаськов, естественно, внедрил в СГБ свою авторскую методику, отточенную годами активного применения в ряде стран, сокрушившую устоявшуюся систему кумовства и коррупции, для чего ему пришлось задействовать целых восемьдесят три специалиста из ВГУ КГБ СССР.

Последнее позволило ему сравнительно быстро набрать высшее руководство для СГБ САР, а затем начать процесс Великой Жатвы, то есть, выбраковки слабых из рядов бывших ведомств Разведсообщества Сирии.

Результаты не заставили себя ждать: уровень коррупции в госбезопасности резко упал, что само по себе хорошо, но ещё лучше было то, что удалось наладить эффективную борьбу с подпольем и оппозицией.

Серия из почти двух десятков показательных судебных процессов над мятежниками, готовившимися к вооружённой борьбе при посильной поддержке ЦРУ, и Хафез Асад уверился, что происходящие изменения являются положительными и направлены на укрепление его власти.

«Гаськов — это профессиональный и талантливый, как это называют на Западе, кризис-менеджер», — подумал Жириновский. — «И пусть Асад самостоятельно неплохо справлялся с подавлением мятежей, но всегда можно лучше!»

За плечами Гаськова Афганистан, который он оставил с одной из сильнейших спецслужб в бывшей ОВД, ГДР, которую он оставил с блистательной Штази, неохотно признанной ЦРУ и БНД ФРГ ещё более опасной, чем раньше, а теперь он закончил свою работу в Сирии и СГБ САР ещё скажет своё слово…

В Сирию, на смену Гаськову, отправился генерал-лейтенант Алексей Васильевич Леонов, по мнению Жириновского, такой же «паразит», как и раньше. Он чуть смягчил к нему отношение, потому что изучал его послужной список перед подписанием приказа о присвоении звания генерал-лейтенанта, но перед его глазами всё тот же юный капитан, который вечно путался под ногами и чуть не погиб из-за собственной глупости.

Перед Леоновым стоят задачи по реформированию сирийской армии и полиции, с целевым результатом — до беспрецедентно высокого уровня армии и милиции ДРА.

ДРА, в видении КГБ СССР, выступает в качестве эталона, с которым сверяют все ведомства мира. Даже реформа МВД СССР, происходящая прямо сейчас, производится со скрытной оглядкой на МВД ДРА. А всё потому, что МВД ДРА добилось высочайшего уровня безопасности во всех городах и основных трассах, а также самостоятельно, при помощи Царандоя, полностью и окончательно интегрированного в МВД, производит операции по уничтожению недобитых душманов в глуши.

— Опасения Асада мне понятны — ситуация в стране далека от стабильной, потому что на поверхность всплыло очень много до этого невидимых процессов, — кивнул Гаськов. — И внутренние элиты что-то затевают, и местные религиозные силы развели бурную деятельность в подполье…

— Леонов ведь не подведёт нас? — спросил Жириновский с лёгким беспокойством.

— Не подведёт, — с уверенностью ответил Гаськов. — Ты слишком предубеждён к нему, Вольфыч. Лёша — высококлассный специалист и способен довести реформы до конца. Асад зря переживает.

— Посмотрим, — кивнул Владимир и вздохнул. — Но ты готов к командировке? Я ожидаю, что власть Хусейна будет крепка, как никогда, чтобы никто не мог поколебать её ни извне, ни изнутри.

— Для начала, мне нужно изучить обстановку в Ираке, а затем выработать план, — сказал Константин Эдуардович. — А там уже будут конкретные сроки и целевые рубежи.

— Ожидаю подробнейший рапорт об обстановке в Ираке через четыре месяца после твоего прибытия в Багдад, — потребовал Жириновский.

Он держит руку на пульсе Ближнего Востока, потому что провал в Сирии и Ираке будет слишком тяжёлым ударом — в них уже вкладываются и ещё будут вложены миллиарды рублей. Провал недопустим, поэтому Владимир отправляет лучших специалистов и не разменивается на мелочь.

— Ужин готов! — позвала Галина.

— Всё, забываем о работе, — сказал Жириновский. — Идём в гостиную.

Глава четвёртая. Убежище

*СССР, РСФСР, город Москва, Кремль, Сенатский дворец, 1 октября 1991 года*

В кабинете Жириновского, вопреки обыкновению, не накурено. Он выработал решение, чтобы повысить комфортность пребывания в его кабинете посетителей — в кабинете напротив организовано специальное помещение для курения.

Там установлена инновационная вытяжка, разработанная специально под задачу, размещена мягкая негорючая мебель, а также столики с пепельницами.

Поэтому в кабинете теперь слегка пахнет ландышами, от нового моющего средства, применяемого уборщиками, а также запахом краски принтера отечественного производства — Электроника МС-6312.

— Сколько хотят, столько пусть и выдвигают — мне всё равно, — отмахнулся Жириновский. — Вето, вето, вето, вето! И пусть утрутся! Но о запрете химического и биологического оружия — это здравое решение, поэтому Александр Александрович, позаботьтесь о том, чтобы эта тема, отдельно, была выдвинута на следующем заседании.

Совбез ООН, по инициативе США, предложил ввести контроль над военной промышленностью Ирака, чтобы наказать Хусейна и точно знать, сколько и чего у него производит оборонная промышленность.

Это невыгодно Жириновскому, поэтому он приказал накладывать вето на все подобные предложения.

— Сделаем, Владимир Вольфович, — кивнул Бессмертных. — Но что именно от нас требуется по упомянутому оружию?

Идея о запрете химического и биологического оружия, которое есть и разрабатывается в Ираке, действительно, заслуживает внимания и позволит выставить Хусейна в чуть лучшем свете перед мировой общественностью.

— Я хочу чётко обозначить, что все образцы химического и биологического оружия будут уничтожаться под контролем СССР и в присутствии экспертов от ООН, — потребовал Владимир. — США, если захотят, тоже могут прислать своих экспертов.

Химическое и биологическое оружие в следующей войне Ирака против НАТО не потребуется, потому что любое применение будет чревато ассиметричным ответом со стороны агрессора. Из этого следует, что лучше Хусейну не тратить бюджетные средства на недешёвые разработки, а израсходовать их на что-то более полезное — например, на подготовку расчётов ПВО.

А в целом, сделка с Хусейном скоро начнёт приносить в бюджет СССР сумму в эквиваленте около 13 миллиардов долларов США в год — такова оценочная прибыль с продажи 80% добываемой нефти, при условии, что цена за баррель удержится на отметке 20 долларов.

Выигрыш для СССР абсолютный, потому что большая часть этих денег останется в советской экономике: поставки продовольствия, медикаментов, гражданской техники и иного оборудования будут оплачиваться в рублях, а доллары, вырученные с продажи иракской нефти, направятся на внешнюю торговлю.

Ситуация с Ираком — это уникальная возможность, которую нужно было просто не упустить. США сами поставили Хусейна на грань выживания и, буквально, толкнули его в тёплые, но цепкие, объятия СССР.

Вторжение Хусейна в Кувейт — это практически фантастическое событие, в основном по уровню