Рассказы 25. Гипотеза мироздания - Ольга Цветкова

Все пары из его школы распались, кроме одной. Те единственные уехали куда-то и, по слухам, присоединились к общине, что жила, как раньше, семьями. Таких общин было не много, и их считали отсталыми, потому что ни у кого из них профиля в соцсетях не было, значит, не было ни чип-браслетов, ни помощников, ни аватаров.

Алекс почти никогда не проводил экскурсии и лекции с использованием аватара. Он любил смотреть на людей, ловить в их глазах интерес или, наоборот, признаки скуки, и, в зависимости от реакции, менял рассказ и маршрут. Неизменными были только портрет и кабинет деда. В кабинете Алекс постарался сохранить все, как было во времена Пола, вернее, в лучшие его годы. Обстановку Алексы – живой и виртуальный – восстанавливали с помощью архивов фото и видеодокументов: в последние годы жизни ученого дом и кабинет пришли в упадок.

Сегодня все прошло довольно спокойно, несмотря на троих сектантов. Конечно, Алекс-помощник все время был начеку, готовый в любой момент послать сигнал тревоги или подсказать хозяину, что вопросы приближаются к самой темной стороне деятельности Пола Рейна. Людей с белыми полосами ткани интересовало то, что позволяло им обожествлять Пола Рейна.

Алекс чувствовал себя как-то опустошенно, хотя обычно он не сильно уставал после проведения очередной экскурсии.

Остаток дня он решил провести так, как ему хочется. Алекс запустил программу-обманку. Ими пользовались все, и все это скрывали. Программы позволяли обмануть на час-другой вездесущие социальные сети. Сейчас Алекс хотел вообще ничего не делать. А программа пусть создаст иллюзию, что он… ну, скажем, тренируется на беговой дорожке.

Конечно, существовал риск разоблачения, это была бы катастрофа. Некоторые социальные сети обнуляли рейтинг пойманных на жульничестве, самые популярные и вовсе удаляли страницу пользователя. Алекс мог позволить себе дорогую программу, и риск был минимален. К тому же он не злоупотреблял этим средством.

Современные фильмы Алекс не любил. Культ любви, так долго царивший в искусстве, исчез, уступив место культу самодостаточного человека. Герои покоряли космос и добивались успехов в спорте или искусстве, они совершали открытия, они сражались с монстрами и в очередной раз спасали Землю. Но они больше не влюблялись. Не отчаивались из-за безответного чувства и не жертвовали ничем ради любимого человека. Алексу же нравились старинные фильмы, где главные герои – мужчина и женщина, и обязательно с хорошим финалом, в котором влюбленные соединяются, чтобы никогда не расставаться.

Вместо старого фильма, того, что мог смотреть в детстве еще Пашка Ренников, Алекс открыл один из дневников деда. Эти записи Пол делал уже после того, как прервал все связи с внешним миром.

В те последние годы он очень много писал. Это были не научные труды, это были воспоминания, рассуждения.

…Когда были завершены лабораторные испытания, настал черед провести эксперимент на человеке Первой семейной парой были Пол и Саманта Рейн. Все происходило под наблюдением журналистов и ученых. Пол ничего не скрывал. Чтобы исключить вероятность случайного совпадения, вместе с четой Рейн в эксперименте участвовали еще двадцать пар добровольцев, но в центре внимания была беременность молодой и эффектной Саманты. Это выглядело красиво, так, как любил Пол, – разработчик метода первый и опробует его, да еще комментируя каждый шаг, сообщая все подробности. Ученый был уверен в успехе.

И не ошибся. Совпадение в контрольной группе даже превысило ожидаемое – 95,1 процента вместо 93,3. Пол охотно демонстрировал новорожденного сына, на фото их счастливая семья смотрелась отлично.

– Ну и где Бог? Вот он, здесь! Я – Бог, – смеясь, часто повторял он.

Пол в то время был невероятно популярен. Люди стали копировать его прическу, манеру говорить и одеваться, сувениры с автопортретом Пола распродавались в рекордные сроки, принося огромную прибыль всем – и продавцам, и производителям, и самому создателю портрета. Конечно же, многие пользовались его методом планирования пола ребенка, большинство хотели сыновей – как их кумир, как мистер Рейн. Кто-то руководствовался другими соображениями, но неоспоримым фактом было то, что девочек по всему миру стало рождаться куда меньше, чем мальчиков. Особенно это было заметно в неевропейских частях света – в Индии, на Ближнем Востоке. Социологи предупреждали, что последствия могут быть очень и очень плачевными, но всеобщая эйфория и поклонение гениальному ученому Полу Рейну не давали им ни одного шанса быть услышанными.

Последствия применения метода Рейна не заставили себя долго ждать. Уже через двадцать лет мужчин было в несколько раз больше. Когда женщины оказались в меньшинстве, они стали привилегированной частью населения. Они сами решали, от кого, когда и сколько заводить детей, и сами же их воспитывали. Чтобы повысить рождаемость, женщинам платили гораздо большую зарплату. Женщины очень ценили дружбу между собой, а вот мужчины оказались каждый сам по себе. Кто-то видел в другом конкурента за женское внимание, кто-то был агрессивно настроен к людям в целом, кто-то чувствовал себя ненужным обществу, и все это затрудняло построение дружеских и всяких прочих отношений.

Традиционные семьи стали исключением, а не правилом, рождаемость резко сократилась, мужчины и женщины существовали двумя сообществами, между которыми росли противоречия, неприязнь, порой доходившая до ненависти. Никакие меры не помогли. Что только ни предпринималось правительствами разных стран – пробовали запрещать применение метода Рейна или хотя бы ограничить его использование, за вступление в брак и рождение детей, особенно девочек, выплачивались крупные пособия, расходы по воспитанию детей брало на себя государство, и много еще чего. Но запреты и ограничения пришлось отменить из-за бурных протестов, все материальные выплаты помогали лишь на время, причем очень короткое, за которое демографическая ситуация кардинально измениться не могла.

В пору своего триумфа Пол был еще довольно молодым человеком, ему и сорока лет не исполнилось. Но больше серьезной научной деятельности он не вел. Ему приходили в голову идеи не менее блестящие, чем метод Рейна, но он в общих чертах обрисовывал их, формировал план исследований, и по указанному им пути мчались группы ученых, доводя до результата наброски Пола. Идей этих Пол не жалел: он уже был одним из богатейших людей мира и просил только указывать его как автора, деньги его не интересовали. Так были открыты способы лечения глаукомы и некоторых болезней мозга, появились импланты, заменяющие многие органы, значительно увеличилась продолжительность жизни, причем жизнь эта была активной, полноценной, даже в очень пожилом возрасте. Пол вспомнил свое почти детское увлечение астрономией и набросал программу исследований для разработки погружения человека в анабиоз. Это пригодилось бы при длительных космических экспедициях. Пол наслаждался этим полетом от задачи к задаче и тем, что в любой момент мог переключиться на другое направление, а прежнее оставить команде помощников, которые со временем становились главными разработчиками. Ученый был счастлив.

Но когда его метод Рейна оказался не таким уж благом, Пол почувствовал себя неуютно и не мог оставаться в стороне. Он предложил кардинальное решение проблемы – искусственно вынашивать младенцев нужного пола и в нужном количестве. Пол взялся за дело сам, вновь работал дни и ночи. Он хотел заглушить звучавший у него внутри противный голос.

«Тебя же предупреждали, ты мог проанализировать статистику, сам ее собирал. Гений, великий ученый, благодетель человечества. Что, если вместо счастья ты принес великое зло?»

Пол сам удивился, как легко получилось у него задуманное: только одно из существ умерло вскоре после рождения. Вернее, он так думал, что получилось. Потому что, когда подросли оставшиеся двенадцать его «детей», как Пол называл своих питомцев, стало ясно – это не люди. Они выглядели как настоящие дети, но вся их жизнь сводилась к физиологическим функциям. Существа росли, учились ходить и говорить, есть и одеваться, но они ничего не хотели, ни к чему не было у них привязанности, не было характера и личности. У них не было души. Пол не был Богом. Он не смог создать человека.

Это была первая и последняя неудача Пола Рейна.