Леди озера - Майк Омер

танцующим пламенем факела. Талан встает перед чудовищем, размахивает факелом взад-вперед и медленно делает еще шаг, опустив голову, чтобы не встречаться с василиском взглядом. Голова чудовища поворачивается вслед языкам пламени, темная чешуя поблескивает в свете факела.

Змей издает оглушительный рев, от которого с ветвей деревьев осыпается снег. Талан никак не реагирует. Он стоит с хищной неподвижностью тигра, а затем делает выпад.

Среди серо-стальных туч сверкает молния. Над зимним горизонтом гремит гром, по моей коже пробегает разряд, волоски на тыльной стороне рук встают дыбом.

Талан швыряет в василиска факел. Монстр отбивает его жесткими острыми когтями и пропускает выпад принца: бросок вперед – и меч вонзается в змеиную глотку. В воздухе разносится разъяренный потусторонний вой. Василиск снова наносит удар, острие когтя пролетает на волосок от Талана.

Я прижимаю ладони к холодному стеклу.

Он приказал уходить, а я по-прежнему здесь. Черт возьми, что я творю? Какое мне дело, если он погибнет? Никакого. Но он мог запросто сбежать от василиска, если б не я. Во всяком случае, он должен умереть одновременно с Обероном.

Не в силах отвести взгляд, я прижимаюсь к стеклу и наблюдаю, как Талан сражается с чудовищем. Один маленький неверный шаг смертелен для принца, и, боюсь, Талану долго не продержаться. Василиск быстрее, чем казалось на первый взгляд. Теперь следует быть осторожнее.

Постепенно внимание чудовища переключается с пламени факела на самого принца. Эта тварь стала знатоком в области убийств гораздо раньше Талана и охотилась еще до того, как тот сделал первый вдох. Если б не я, принц давно сбежал бы от василиска. Но сейчас он стоит лицом к нему…

Змей снова неуклюже замахивается, но это уловка. Пока Талан уворачивается, другая лапа чудовища точным ударом попадает в цель, заставая противника врасплох. Рубашка принца рвется в клочья, по рукам струится кровь.

Мне нужно бежать через окно в задней стене, как велено. Талан жертвует собой, чтобы выиграть для меня драгоценное время.

Но что-то гнетет меня – знакомое ощущение опасности, от которого сосет под ложечкой. Василиска окружает какая-то магическая энергия, и этот электрический гул, это жужжание кажется до боли знакомым. Завеса.

Оконное стекло запотевает от дыхания. Я призываю свои силы Стража и вижу его – энергетический барьер вокруг монстра, слабо мерцающий в лучах восходящего солнца.

Талан не причинит вред чудовищу, пока оно защищено магией. Но принц об этом не знает.

Я бросаюсь к деревянному сундуку и заглядываю внутрь. Там полно оружия – два топора, несколько охотничьих ножей, короткий меч, лук и колчан со стрелами. Я хватаю лук, вешаю колчан на плечо и выбегаю за дверь, проваливаясь в снег.

Взгляд василиска тут же устремляется на меня, но я избегаю смотреть ему в глаза: это безумие, гибель.

Талан делает выпад мечом в сторону змеиной глотки, клинок ударяется о магический барьер и отскакивает, взметая в воздух сноп искр. Василиск снова ревет, но теперь за яростью скрываются разочарование, вспышка досады на то, что щит не смог сделать его полностью неуязвимым.

Талан оглядывается на меня, нахмурив брови:

– По-моему, я приказал тебе бежать.

Вместо ответа я накладываю стрелу и туго натягиваю тетиву. И заставляю себя сосредоточиться. Дыхание замедляется, мир сужается до изгиба лука, до ощущения пальцев на тетиве. Сейчас существуют только василиск и стрела. Призываю силы Стража и позволяю им течь сквозь меня холодным мощным потоком.

Разъяренный василиск бросается на меня с невероятной скоростью.

Я высвобождаю свои силы – кроваво-красные щупальца – и пускаю стрелу. Моя магия ударяется о магический щит, отбрасывая чудовище назад. Барьер мгновенно вспыхивает и гаснет, как догорающая свеча. Моя стрела торчит из подбородка василиска.

Он в ярости встает на дыбы и ревет. Дикий гортанный звук сбивает снег с деревьев, с грохотом прокатывается по земле.

Я уже накладываю на тетиву еще одну стрелу и пускаю ее, но тут василиск бросается на меня. Стрела пролетает мимо. Чудовище атакует, размахивая когтями и зубами, и я не успеваю сделать еще один выстрел.

Талан выпрыгивает прямо перед василиском, закрывая меня своим телом. Я швыряю силы Стража в воздух, бью по завесе, алая магия врезается в нее. Мигнув в последний раз, барьер разлетается вдребезги, и Талан вонзает меч глубоко в василиска. Чудовище спотыкается, пятится на два гигантских шага и падает на землю. Мерцающая зеленая чешуя сереет, мышцы обмякают, змеевидный хвост хлещет из стороны в сторону.

Золотистый свет освещает поляну, восходящее солнце за нашими спинами пробивается сквозь деревья. Василиск дрожит, его огромная туша начинает съеживаться. По засохшей чешуе идут трещины. Василиск больше не грозный монстр – скорее бескрылый змей на кровавом снегу. Он корчится от боли в предсмертных судорогах.

Талан опускает меч, и змей рассыпается в прах. Я смотрю на его останки на земле, и что-то болезненно сжимается в моей груди.

Когда я снова поднимаю глаза, Талан пристально смотрит на меня с напряженным выражением лица.

– Ты не ушла.

«Не спрашивай меня почему, черт возьми. Я тоже не знаю…»

Глава 8

Через час я стану принцессой королевства фейри. Трудно представить, чтобы сегодняшняя Ния объяснила прошлогодней Ние, что здесь, черт побери, творится. Год назад Нию, сотрудницу книжного магазина, чей ланч состоял из сэндвичей с индейкой и батончиков мюсли, ошарашила бы такая новость. Над витриной магазина была надпись золотыми буквами «Где твоя сказка становится былью». Но я и представить не могла, что этот девиз сбудется столь буквально. Или что сказка окажется настолько кровавой…

Я погружаюсь в ванну в домике Грифлета, вдыхая аромат сухих трав и горящего кедра.

Потребовалось целых два часа, чтобы вернуться сюда по снегу, и всю дорогу нас трясло. За это время одежда так и не высохла до конца и прилипла к телу, и я мерзла. Меня согревал только Талан, который нес меня на руках.

Едва мы добрались до Грифлета, тот на скорую руку приготовил завтрак из свежего хлеба с маслом и джемом. Я поспала минут двадцать, но хозяин дома бесцеремонно разбудил меня, чтобы готовиться к свадьбе.

У меня появилась такая роскошь, как импровизированная ванная: с виноградных лоз, закрывая медную ванну, свешиваются одеяла, рядом с ванной камин. А Талан в это время где-то там, под дождем, ищет подходящее место для церемонии – надеюсь, сухое.

Я глубже погружаюсь в тепло, от горячей воды напряжение в мышцах спадает. Вокруг клубится пар.

Отодвигаю занавеску. Ледяной дождь хлещет в окна, и мне хочется никогда не вылезать