Роанна Аньер. Путь на Север - Виктор Постоенко

Впереди была высокая стена. Она была метра два высотой и тоже сложена из камня. В центре стояли большие деревянные ворота, накрытые черепичной крышей, и отдельная калитка. Всё это было закрыто на добротные деревянные бруски.

— Там раньше жил старший над слугами в этой усадьбе, но сейчас в том доме никто не живет.

— А это что?

— А это колодец.

Справа, напротив кухни, был колодец, но он был иного вида, не такой, как в моем мире. Я привыкла, что колодец должен быть с воротом над ним, с кривой ручкой, цепью. Такие я видела в деревнях в моем мире в детстве.

— Воду достаем просто. Ведро большое туда бросаем, а потом его тянем.

— А в сарае что?

— В сарае стоит повозка, на которой в дом привозят дрова. Лежат дрова, ну и разное всякое там. Всё, что осталось от старых хозяев. Матрасы, какая-то мебель. Мы там с тобой вообще ничего не трогали. Мама сказала: пусть как стоит, так и стоит. Повозку просто иногда брали. Нанимали лошадь. Мужчина с лошадью приходил, зацеплял эту повозку и привозил нам дрова. Мама покупала дрова на рынке. И этими дровами иногда отапливали дом.

— А что, есть даже какая-то печка?

— Да, печка стоит между маминой и твоей комнатами, топится из маминой комнаты, обогревая оба помещения. Иногда мы ее зимой топили дровами. И еще есть печки — каждая на два помещения. Там, где комнаты для слуг, тоже.

— А вот это что за звуки?

— А это курочки за домом, сзади. Большой-большой курятник, а за ним огород, сад, и всё это выходит к реке.

— Здесь даже река есть?

— Да, река, и там недалеко мост будет.

— А где проход?

— А вот здесь проход между моечной и флигелем. Там есть калитка.

— Хорошо. Я посижу просто на солнышке.

— А я сбегаю домой и принесу что-нибудь нам покушать.

Прошло несколько дней, и я потихонечку стала восстанавливаться. Уже могла сама, используя стены, путешествовать по всему дому. Несколько раз приходил лекарь, щупал спину, проверял пульс, сказал, что я быстро выздоравливаю. Когда моя Нанке убегала по делам, я старательно пыталась делать хоть какие-то гимнастические упражнения.

Сегодня с Нанке мы снова вышли на улицу, так как я попросила ее показать, как устроен курятник, что растет в саду и огороде. Всё-таки в моем мире моя мама была заядлой дачницей и всегда брала меня с собой. Опыт борьбы с сорняками имелся богатый.

Мне очень понравилось, как всё было обустроено за домом. Большая поляна с обеих сторон ограждена высоким забором. Слева и справа тянулись деревянные высокие сараи, где внутри были оборудованы насесты для кур. А внизу были расставлены небольшие, как бы будочки, внутри выложенные сеном, где сидели курочки на яйцах. И так много.

В самом центре двора курятника были поставлены несколько высоких столбов. С крыши каждого сарая на столб был заведен брусок, и всё это сверху было обтянуто рыбацкой сеткой. Я подняла голову. Нанке, увидев мой взгляд, пояснила, что это сделано, чтобы хищные птицы не воровали цыплят и курочек. Хорошо придумано.

Дальше мы прошли в калитку и попали на приличный огород. С десяток грядок с луком, чесноком, зеленью. Справа, в углу, росли несколько плодовых деревьев, слева, напротив них, у забора — несколько кустов черной смородины. Заканчивалось всё это высоким забором с калиткой. Нанке пояснила, что за калиткой идет дорога вдоль реки, по которой ходят повозки. И напротив сделан на реке мосток, чтобы удобно было набирать воду для поливки грядок. Я сразу задала вопрос:

— И как же все с этим вот управлялись без слуг?

— Ну, втроем управлялись. Иногда мама моя приходила. Иногда еще помогал ее двоюродный брат.

— А что за двоюродный брат?

— Ну, сейчас же идет война на Юге, с пиратами. Они с женой и детьми жили с родителями в деревне. Там потом, при нападении, в деревне все дома сожгли, и тогда они приехали к нам. Брат мамин с женой, его сын с беременной невесткой. У них еще была поздняя девочка маленькая, но она погибла во время нападения. Сын его работает у Виттора в кузне, невестка помогает маме посуду мыть — больше с нее толку нет, так как она где-то на пятом месяце. Живут у нас в доме. Я поэтому здесь и остаюсь, потому что они мою комнатку заняли.

— А полиция какая-то есть в нашем районе?

— Да, здесь есть полицейское управление, оно находится через две улицы от нас. И мама всегда в управление заходила, у нее были очень хорошие отношения с офицером нашего участка, мастером Венаром. Здесь несколько улиц, на них полагается один участок. Такой там дядечка полицейский, он всегда такой приветливый, всегда улыбается. (Знаем мы таких улыбающихся полицейских.)

— А «Дом Роз», куда мы ходили, где находится?

— Вот когда ты поправишься, мы с тобой туда обязательно сходим, чтобы и ты дорогу вспомнила. В любом случае мы туда пойдем.

Я продолжила расспросы:

— Слушай, а ты не помнишь, что я там делала во дворе, когда меня нашли?

— Не знаю. Ты зачем-то полезла наверх, на крышу сарая, а лестница под тобой сломалась. Ты упала спиной вниз на камни. Хорошо, что тебя быстро нашли. Но все лекари, что тебя смотрели, говорили: у нее сломан позвоночник, и она никогда не встанет. Меня очень пугало то, что ты никак не приходила в себя. Дышать-то дышала, и на этом всё. Вот как будто просто спала.

Так. Ну что ж, уточнили очень много моментов. Придется теперь мне жить в этом мире. Зачем-то же меня отправили, зачем-то поместили в это тело. Бедная девочка.

По всей видимости, мы оба умерли, каждый в своем мире. Только девочке повезло больше, так как в ее тело поместили мою душу. Зачем-то именно в это тело, как бы спасая его. Для чего???

Глава пятая. Хозяйка поместья Аньер

На следующий день после разговора с Нанке ко мне сразу утром пришла ее мама, Франкис. Принесла отварную курочку, запеченных овощей, рисовой кашки. Я поблагодарила, но смотрю — она хочет, видимо, что-то сказать, но не решается.

— Тетя Франкис, ты меня хочешь о чем-то спросить? Спрашивай, — я постаралась пошире улыбнуться.

Женщина сразу сказала:

— Вы ведь собираетесь нанять слуг, я правильно поняла то, что мне рассказала Нанке?

— Да. Мама не нанимала — видимо, на то были причины. Я этих причин не знаю, поместье большое, за ним нужен уход.

— Нанке, наверно, рассказала Вам, что сейчас у меня живет двоюродный брат с женой. Так вот, там, на Юге,