Ищущий свет - Е. Юань

«Отшельник» Катлея заставила себя переключить внимание на те самые крошечные «байки». Пиратка твердо решила: едва она вынырнет в материальный мир и переварит эликсир до последней капли, то немедленно попытается выковать на их основе новые заклинания, дабы зачерпнуть мощь через таланты «Воссоздания мистики».

Разумеется, она ни на йоту не обольщалась стопроцентным триумфом. Девушка резонно рассудила, что часть этих историй — чистой воды вымысел. В конце концов, это был лишь щедрый аванс-подарок от господина «Мира», лишенный железобетонных гарантий. Да и в тех самых сказках и древних преданиях, коими император Рассел некогда пичкал «Королеву Мистики», подлинной магией проросла лишь жалкая горстка сюжетов.

Потратив пару секунд на то, чтобы окончательно усмирить бушующие эмоции, Катлея перевела взгляд в самый центр изъеденного патиной длинного стола, изготовившись сорвать свой куш.

Безоговорочным гвоздем программы выступала та самая «Шкатулка Былых Времен», намертво заклейменная индексом «0–61». Этот серебристо-черный, щедро усыпанный самоцветами «ларец для драгоценностей» наглухо затмевал своим великолепием весь прочий скарб.

Для Катлеи Запечатанные артефакты нулевого калибра не были тайной за семью печатями. В закромах «Королевы Мистики» Бернадетт пылилась не одна подобная диковинка. И именно благодаря этому козырю сколоченная Королевой «Заря Стихий» могла на равных тягаться с Орденом Аскетов Моисея — древнейшей ложей, пустившей корни еще на заре Четвертой Эпохи.

— Ибо та колоссальная, зияющая пропасть, что пролегала между святыми и ангелами, не затыкалась никакими, даже самыми убойными и сказочными заклинаниями.

Чтобы вскарабкаться на Олимп и стать истинным мастодонтом, требовалось либо перешагнуть порог второй Последовательности, либо наложить лапы на реликвию нулевого класса. Катлея, разумеется, сгорала от вожделения заполучить «Шкатулку Былых Времен». Но стоило ей лишь вспомнить те леденящие кровь предостережения, что «Мир» Герман Воробей выудил у самого господина «Шута», воскресить в памяти фатальные побочные эффекты, суицидальный третий ярус и напрочь не поддающуюся дрессировке львиную долю талантов шкатулки, как её пробирал первобытный озноб.

И пускай в её арсенале козырем лежала «Краткосрочная удача», на данном этапе силенок для надежной запечатки этой дряни ей банально не хватало.

Пройдя сквозь горнило жесточайших внутренних терзаний, «Отшельник» Катлея решительно ткнула пальцем в тот самый искрящийся, фантасмагорический кристалл:

— Я забираю Потустороннюю характеристику «Мастера тайн».

Если ей улыбнется фортуна нащупать толкового «Ремесленника» из высших эшелонов, эту штуку можно будет перековать в весьма недурный артефакт, чья пагубная отдача окажется вполне терпимой. У «Королевы Мистики» Бернадетт нужные связи стопроцентно имелись, вот только не факт, что уговорить мастера удастся с наскока.

Даже если финальная поделка обзаведется одной-единственной «Телепортацией», этого уже хватит за глаза. Впрочем, дураку понятно, что арсенал «Мастера тайн» одними скачками не ограничивается… А если побочки окажутся чересчур зубодробительными, всегда можно будет ударить челом Королеве, раздробить дрянь в пыль и попытать счастья по новой. Ну, или сбагрить её мисс «Фокуснику»… Стоп, та ведь обмолвилась, что наставник уже припас для неё все нужные материалы… Катлея едва заметно кивнула «Миру» Герману Воробью, железобетонно подтверждая свой выбор.

Сделала ставку на характеристику «Мастера тайн»? Услышав вердикт леди «Отшельника», Клейн внезапно, словно наяву, воочию узрел перед собой донельзя абсурдную картину:

Облаченная в черную мантию с пурпурной вязью и темный капюшон леди, виртуозно жонглируя «Мерцанием», раскидывает по всей округе целую прорву своих «клонов». А затем — все они синхронно, как по команде, чиркают спичками.

…«Девочка со спичками» превращается в неисчислимый легион ведьм со спичками… Это же какой-то леденящий душу хоррор, а не сказка… «Мир» Клейн титаническим усилием воли подавил предательскую дрожь в уголках губ и глухо угукнул:

— Добро. Таково ваше законное право.

Вслед за этим он перевел тяжелый взгляд на мисс «Фокусника»:

— Ваш черед выбирать.

— Я… я же палец о палец не ударила… — «Фокусник» Форс, потупив взор, пролепетала это с откровенно виноватым видом.

Клейн издал сухой смешок:

— Вы безупречно отыграли роль наживки.

«…» Форс впала в глухой ступор, решительно не представляя, какую мину скорчить в ответ на этот сомнительный комплимент. Впрочем, краем уха она всё же уловила, как господин «Звезда» едва заметно прыснул.

С шумом втянув воздух, девушка устремила взор на трофеи, щедро усыпавшие длинную бронзовую столешницу.

Положа руку на сердце, её так и подмывало наложить лапы на «Шкатулку Былых Времен» — как-никак, эта диковинка была внаглую умыкнута у семьи её наставника.

Сама-то она пользоваться этой шкатулкой совершенно не собиралась, твердо решив при первой же возможности вернуть её наставнику.

Вот только, резонно рассудив, что в этой заварушке она лишь отыграла роль жалкой наживки, Форс с горечью признала: прав претендовать на диковину столь заоблачного калибра у нее банально нет.

Внимая недавним откровениям господина «Звезды», девушка уже успела проникнуться первобытным трепетом перед Запечатанными артефактами нулевого класса, осознав, насколько они редки, бесценны и фатально опасны. Она кристально ясно понимала: истинная ценность «Шкатулки Былых Времен» на голову превосходит даже Потустороннюю характеристику святого.

Вспомнив, что дележ проходит под пристальным, тяжелым взором «Мира» Германа Воробья, «Фокусник» Форс титаническим усилием воли задавила этот дерзкий порыв. Указав пальцем на выкатившиеся глазные яблоки, она произнесла:

— Пожалуй, я возьму их.

Писательница отчаянно жаждала принести эти окровавленные трофеи своему учителю, чтобы воочию доказать: Бутис мертв, и кровавой вендетте наконец-то положен конец.

Ко всему прочему, даже если вынести за скобки сентиментальную ценность, глаза Бутиса служили идеальным материалом для ковки сокрушительных проклятых артефактов или безупречным медиумом для наведения порчи. Одним словом — весьма недурной улов.

Клейн ответил едва уловимым, скупым кивком. Благоразумно не став отговаривать девушку, он небрежным жестом указал на россыпь самоцветов, ингредиентов и «Червей Звезд», после чего с ледяным спокойствием изрек:

— В этой авантюре вы пустили в расход «Лунного бумажного человечка». Вы вольны взять еще что-нибудь в качестве компенсации.

— Добро, — Форс выпалила согласие практически на чистых инстинктах.

Поскольку львиная доля таинств и амулетов на Пути «Ученика» кровь из носу требовала драгоценных камней, да и сами по себе побрякушки радовали глаз, Форс сгребла часть самоцветов. Ей оставалось лишь дождаться финала сходки, дабы благополучно получить их через ритуал дарования.

Вслед за этим Клейн перевел тяжелый взгляд на мисс «Суд»:

— Ваш черед.

«Суд» Сио тоже трезво отдавала себе отчет в том, что её лепта в общий триумф была до смешного скромной. Охотница кристально ясно понимала: обуздать леденящую отдачу «Шкатулки Былых Времен» ей банально не по зубам. А потому, даже не удостоив артефакт «0–61» мимолетным взглядом, она указала на неприметный черный карман:

— Я выбираю «Вещмешок путешественника».

Заполучив эту диковинку, она смогла бы играючи таскать с собой целый арсенал тяжелого вооружения. Случись какой