Ищущий свет - Е. Юань

окончательно потерял дар речи, чувствуя, как реальность с треском рвет все шаблоны его воображения. Но вместе с тем на него снизошло диковинное озарение: а ведь подобный исход не так уж и фантастичен. Вполне вероятно, что истинным палачом Бутиса выступила сама эта проклятая шкатулка.

Ему ли не знать, какую хтоническую, фатальную угрозу таила в себе эта реликвия нулевого калибра!

Синхронно с этим его цепкий взор наконец-то выхватил одно-единственное, стержневое слово:

«Мы».

Впервые за всё время Форс прямым текстом огласила, что у нее есть соратники и боевые партнеры.

Положа руку на сердце, Дориан уже давненько выстроил железобетонные догадки на этот счет, просто из деликатности благоразумно держал язык за зубами, не срывая с нее маску.

«Так я и думал…» — наставник тяжело, с шумом выдохнул и с бьющим через край нетерпением впился в оставшийся текст:

«…Эта карательная операция против Бутиса была затеяна исключительно ради того, чтобы один мой приятель смог доказать вам свои благие намерения. Он просил передать: в обмен на кое-какую услугу он готов ссудить вам „Шкатулку Былых Времен“ либо дать железобетонную клятву выжечь с корнем проклятие семьи Авраам. Заинтригованы ли вы такой сделкой? Ваши координаты для него — тайна за семью печатями, я их ни за что не выдам. Вы вольны без малейших колебаний ответить отказом…»

Обещание снять проклятие⁈ Дориан напрочь проигнорировал пассаж про «Шкатулку Былых Времен», мысленно, словно пробуя на вкус, перекатывая эту воистину судьбоносную, критическую для него фразу.

Пройдя сквозь горнило прошлых переписок с ученицей, он уже досконально, до самого дна раскусил подлинную изнанку этого родового рока. Открывшаяся истина несла в себе лишь глухую скорбь и безысходность, но сквозь эту свинцовую муку всё же пробивался крошечный, робкий росток надежды.

Кто бы мог помыслить еще недавно, что катализатором, из поколения в поколение сводящим кровных потомков Авраамов с ума, окажутся истошные мольбы о помощи от их собственного пращура?

Воистину, это походило на самую мерзкую, издевательскую выходку злой судьбы.

Дориан ни сном ни духом не ведал, осознает ли мистер «Дверь» весь тот чудовищный масштаб катастрофы, что сеют Его вопли. Мужчине было попросту не по зубам подобрать слова, дабы описать тот бушующий в душе коктейль эмоций, однако он на чистых инстинктах уже начал рыть землю носом, выискивая способ вытащить пращура из небытия и наглухо разрубить узел проклятия.

Спору нет, шансы на триумф болтались у призрачной, нулевой отметки, но для династии Авраамов этого хватало за глаза. В их беспросветном мраке наконец-то затеплился спасительный луч.

Одному богу известно, сколько времени кануло в Лету. Аккуратно свернув пергамент, Дориан издал горький, самоироничный смешок и пробормотал себе под нос:

— Благие намерения… От подобного благородства кровь в жилах стынет…

Уронив эти слова, он вновь провалился в звенящее молчание. Его лицо то наливалось свинцовой мрачностью, то светлело, выдавая бушующую внутри, мучительную внутреннюю борьбу.

Дон!

Гулкий, размеренный бой настенных часов разорвал тишину, вмиг вырвав мужчину из оцепенения.

Черты его лица мало-помалу затвердели, выковав окончательный, железобетонный вердикт.

Сбросив с души этот свинцовый груз сомнений, Дориан ощутил небывалую легкость, а на его губах даже заиграло подобие улыбки.

Первым делом он предал огню весточку Форс. Затем, сноровисто набросав в саквояж кое-какие пожитки, шагнул за порог, взяв курс прямиком на вокзал паровых поездов порта Притц.

Его путь лежал в графство Южный Уэльс. И отнюдь не ради того, чтобы поджать хвост и залечь на дно — ему кровь из носу надлежало подготовить почву.

Мужчина твердо вознамерился сгрузить все подотчетные ему родовые реликвии вкупе с рецептами эликсиров одному из соплеменников, осевшему в тех краях. После чего — вернуться в порт Притц и уже под личиной Дориана Грея нагрянуть в Баклунд. На рандеву со своей ученицей Форс и тем самым мастодонтом, что столь щедро сулил свою дружбу.

Загодя, перед самой встречей, он опрокинет в себя специфическое зелье, которое наглухо пригвоздит к его духовному телу убойное проклятие. Чтобы коптить небо дальше, ему придется по часам, с аптекарской точностью глотать антидот. Этот изящный, суицидальный финт даровал железобетонную гарантию: даже если враг возьмет его под ментальный колпак и лишит возможности наложить на себя руки, без вожделенной дозы он всё равно стремительно сыграет в ящик. Духовное тело развеется в прах, унося все сокровенные тайны в могилу.

В этом «вояже» собственная шкура Дориана больше ни на йоту не заботила. Он окончательно перешагнул страх смерти.

Ради того самого призрачного, эфемерного луча надежды он был готов без малейших колебаний бросить свою жизнь на алтарь.

…………

Баклунд, Северный район. В глубоких подземельях собора Святого Самуила.

Только-только отстрелявшись на совместном мозговом штурме с Уполномоченными Карателями, Механическим Сердцем и ищейками из МИ-9, Леонард вернулся в свой кабинет и тяжело опустился в кресло.

В этот самый миг в его голове раскатилось эхо слегка надтреснутого, старческого баритона Паллеса Сороастра:

— Они наконец-то нащупали точные координаты сокровищницы семьи Якоб и вот-вот полезут внутрь.

— А? — Леонард на долю секунды опешил, так и не найдясь с реакцией.

На недавней подпольной сходке «Отшельников Судьбы» юноша и впрямь слил наводку на этот клад. Вот только поскольку никто ни сном ни духом не ведал о содержимом тайника, раскошеливаться на кругленькую сумму дураков не нашлось. Впрочем, Леонард и не гнался за барышами, благополучно выменяв информацию лишь на горстку весьма редких духов.

Торопливо понизив голос до глухого шепота, поэт осведомился:

— Старик, откуда такие вести?

— Хех, я, разумеется, заслал туда своего клона для слежки, — с явным раздражением огрызнулся Паллес. — Неужто ты настолько ни во что не ставишь ангела из Пути «Мародера»?

Леонард выдавил из себя сухой, неловкий смешок:

— Старик, а ты, погляжу, изрядно поднакопил силенок, раз уж умудряешься штамповать лишних двойников.

— Я уже вскарабкался на вторую Последовательность, — едко хмыкнул паразит. — А теперь слушай сюда: носа за порог не высовывай. Сиди под церковными сводами, дабы подстелить соломку на случай форс-мажоров.

— Боишься, что сокровищница напичкана гибельными капканами? — глубокомысленно протянул Леонард.

— Чтобы клад, запрятанный ангелом-«Мародером», обошелся без ловушек? Смешно! — презрительно фыркнул Паллес Сороастр. — Одному богу известно, какая именно дичь там сейчас полыхнет, но здесь, в глубоких подземельях собора, нам стопроцентно ничего не грозит.

Леонард согласно кивнул и, не повышая голоса, произнес:

— Искренне уповаю, что всё пройдет без сучка без задоринки. Старик, уговор в силе? Если благополучно наложишь лапы на ту самую Потустороннюю характеристику второй Последовательности, с тебя Запечатанный артефакт первого класса. Выкрадешь из их добычи.

Положа руку на сердце, собственная доля трофеев его