Ищущий свет - Е. Юань

'Третий ярус? Вздумай я откинуть ту крышку, и «Замок Истока», чего доброго, прямо на месте обретет себе нового владыку…

«…»

Пока эти мысли молниеносным вихрем проносились в его голове, Клейн уже выковал железобетонный план: до предела сузить зону поражения и нанести ювелирный, точечный удар!

Сыщик вознамерился поменять местами парадные врата костяного собора и то самое пространство первого яруса «Шкатулки Былых Времен», щедро накачанное мощью «Замка Истока». Этот виртуозный финт должен был в два счета разрушить ту глухую печать, что намертво отсекала святилище от мира духов и астрального плана.

А стоит барьеру рухнуть, как истинные божества мигом почуют неладное, и божественное нисхождение грянет куда раньше намеченного срока!

Восседая в почетном кресле во главе изъеденного патиной длинного бронзового стола, Клейн взял на мушку ту самую багровую звезду, символизирующую Леонарда, и решительным жестом откинул крышку первого яруса «Шкатулки Былых Времен».

Ревущая, первобытная мощь в недрах «Замка Истока» внезапно сменила гнев на милость, обратившись в крадущуюся, сокрытую силу, которая абсолютно бесшумно просочилась сквозь мерцающее багровое светило.

Тем временем в материальной реальности, в доме номер семь по улице Пинстер, монументальные створы того самого костяного собора, гротескно наложившегося на заурядный особняк, в одночасье померкли. Они напрочь лишились своего зловещего лоска и в ту же долю секунды обернулись отмелью — самой обыкновенной речной отмелью, усеянной песком да гладкой галькой.

Глухой барьер между мирами с треском рухнул, и происходящее внутри наконец-то кристально ясно отразилось во всевидящем оке Клейна.

На фоне циклопического, взмывающего ввысь на сотню метров креста застыл Амон. Облаченный в классическую черную мантию, щеголяющий в остроконечной мягкой шляпе и со Своим неизменным хрустальным моноклем, Король Ангелов, до этого стоявший вполоборота к «распахнутым» вратам, мучительно медленно развернулся.

На Его ладони безмятежно покоилась диковинная хрустальная колонна, виртуозно вылепленная из слияния света и теней. В её недрах суетливым роем мельтешили мириады прозрачных «Червей Времени», каждый из которых насчитывал ровно двенадцать сегментов. Твари лениво скользили в этом заточении, в то время как само мироздание вокруг Них словно намертво окоченело.

Амон плавно вскинул голову. Устремив пронзительный взгляд в заоблачные выси, Он едва уловимо, с издевательской лукавинкой изогнул губы в усмешке.

Глава 1206 Все они старые лисы

Опоздал? Сердце Клейна екнуло. Внезапно он почувствовал, как «Шкатулка Былых Времен» в его руке неистово задрожала.

Он торопливо опустил взгляд и узрел, как по поверхности сжатых до игрушечных размеров врат костяного собора на первом ярусе одна за другой пробегают вспышки света. Каждый белый череп, каждая искаженная мукой гримаса на створках, казалось, обрели плоть и ожили.

Неужто этот костяной собор Адама обладает столь заоблачным калибром? Одной-единственной двери хватило, чтобы дать отпор целому первому ярусу артефакта «0–61»? Не теряя ни доли секунды, Клейн, оседлав багровую звезду Леонарда, намертво взял на мушку газовый фонарь снаружи дома номер семь по улице Пинстер.

В мгновение ока те самые усеянные костями и искаженными лицами врата вывалились обратно в материальную реальность, а в первом ярусе «Шкатулки Былых Времен» появился крошечный игрушечный фонарный столб.

Вслед за этим сыщик перевел прицел прямиком на Амона, запертого в недрах костяного собора. Его правая рука скользнула ниже, изготовившись распахнуть второй ярус реликвии «0–61».

Раз уж Паллес Сороастр благополучно покинул поле брани, юноша мог со спокойной совестью, не страшась задеть союзника, катапультировать Амона куда подальше.

В качестве конечной точки он облюбовал астральный план, отчаянно уповая на то, что семерка богов одарит «Богохульника» своей горячей «заботой». Вот только обернется ли этот финт непредсказуемой, случайной мутацией — одному богу было известно.

Но именно в этот миг изгнанные врата вернулись на свое законное место, и монументальный собор, намертво перекрывавший дом номер семь по улице Пинстер, начал стремительно осыпаться прахом.

Процесс распада шел с пугающей, выверенной методичностью: сперва в труху разлетелся купол, за ним последовали сводчатые арки и стены, а финальным аккордом осыпались непроницаемо-черные каменные колонны.

Причем рушащиеся обломки так и не коснулись земли, бесследно растворяясь прямо в полувоздухе.

Застывший перед распятием Амон, вторя краху костяного собора, тоже начал дюйм за дюймом таять. Казалось, Он сам был лишь плодом чужой фантазии, иллюзией, чье существование можно оборвать в любую секунду.

Разумеется, Клейн кристально ясно осознавал: это лишь очередной виртуозный финт Амона. Король Ангелов играючи оседлал «ошибку» мироздания, воспользовавшись отменой «фантазийного воплощения» собора, дабы обратить в иллюзию Самого Себя и благополучно унести ноги из Баклунда.

Ба-бах!

Небеса невесть когда заволокло свинцовой, тяжелой пеленой туч. Исполинская шаровая молния размером с дом, оставляя за собой ослепительно-серебристый шлейф, с сокрушительной яростью обрушилась прямо на еще не до конца растаявший костяной собор и самого Амона.

Выточенный из хрусталя монокль на глазу Амона в мгновение ока покрылся паутиной тончайших трещин, а остроконечная мягкая шляпа на Его голове жалко осела.

Впрочем, «Ангела Времени» это ничуть не вывело из равновесия. И пускай по Его лицу пробежала неконтролируемая, судорожная дрожь, Он не стер с губ неизменную улыбку. Сжимая в руке тот самый кристалл, сплетенный из света и теней, Король Ангелов окончательно развеялся словно мираж, бесследно сгинув в ревущем океане света, что затопил недра костяного собора.

В следующую же секунду монументальный, выстроенный из непроницаемого мрака и усеянный костями храм тоже без остатка канул в царство фантазий.

Дом номер семь по улице Пинстер, как ни в чем не бывало, стоял на своем законном месте. О недавней чертовщине напоминала лишь колоссальная, зияющая борозда на полу гостиной.

Очертания этого выжженного следа до боли походили на человеческий силуэт, обращенный в горстку обугленных головешек.

То были останки невесть скольких клонов Амона, испепеленных карающей молнией. Но Клейн железобетонно знал: подлинное тело «Богохульника» благополучно улизнуло, с блеском добившись своей цели.

Стоит Ему лишь прийти в норму и зализать раны, как этого Короля Ангелов от божественного престола будет отделять один-единственный ритуал. И тогда Он воистину станет живым воплощением всех «Ошибок» этого мира.

«Подумать только: едва я умыкнул врата костяного собора, как первым почуял неладное, молниеносно отреагировал и обрушил Свою мощь не кто иной, как „Повелитель Бурь“… Богиня и впрямь наглухо лишена возможности ниспослать божественное нисхождение. Ей по силам лишь слегка дергать за ниточки реальности через косвенные медиумы. А уж пробить глухую оборону подготовившегося подлинного тела Амона подобными крохами силы Ей банально не по зубам…»

«…Я-то, глупец, почивал на лаврах, упиваясь тем, что стряхнул Амона с хвоста и раз за разом виртуозно