Меч света - ГоЛеон

– Что вас привело сюда? – безо всяких приветствий произнес командир. – Смерти ищете? Или к нам хотите примкнуть? Добровольцы всегда нужны.

– И да, и нет, – ответил я. – В добровольцы не хотим, а вот смерть ищем. Только не для себя, а для того, кто управляет тьмой.

Гулкий гогот раздался сразу от всех всадников. Вся их напыщенность и бравада вмиг спали. В каком‐то смысле лучший способ сорвать с кого‐то маску безразличия – рассмешить его. Только вот какое дело… я и не думал их смешить.

– Я Странник, – произнес я громко, не обращая внимания на издевательский смех.

Он оборвался в ту же секунду, как только они услышали мое имя.

Всадник молча опустил забрало.

– Следуйте за нами, – сказал он, и все пятеро всадников одновременно развернули коней, взяв нас в сопровождение к замку.

Когда‐то это было величественное поместье, гордость барона Фаргуса. Замок, словно высеченный из мрамора, украшали резные балконы, витражи и висячие сады. Башни были стройными и изящными, с окнами, смотревшими на зеленые долины, где паслись лошади, а по вечерам звучала музыка. Теперь же этот образ канул в прошлое.

Все, что напоминало о прежнем великолепии, было убрано, разобрано или покрыто толстым слоем копоти и пыли. Балконы превращены в позиции с баллистами, башни обросли дозорными пунктами, вместо садов – тренировочные плацы. По всему периметру стен стояли катапульты, требушеты и башенные арбалеты, готовые обрушить гнев на любого, кто приблизится из-за купола.

Внутри же, словно в разрезе муравейника, кипела постоянная деятельность: отряды маршировали, лучники тренировались на манекенах, кузнецы вели тяжелую ковку, а маги в плащах из пепельной ткани обсуждали что‐то, чертя знаки в воздухе. Все здесь дышало тревогой, напряжением, подготовкой к последнему бою.

Это был не замок – это был бастион. Последняя крепость на пути тьмы.

Нас завели внутрь и провели в просторный зал, где когда‐то устраивали балы и приемы. Теперь же это был штаб. Длинный стол, протянувшийся почти через весь зал, легко мог бы вместить с десяток лордов и их советников, но сейчас за ним сидело всего трое. Они склонились над картой, бурно обсуждая что‐то, не замечая нашего появления.

– Поздравляю тебя, Рино, – обратился к одному из сидящих наш сопровождающий, командир отряда. Остальные четверо всадников остались у двери. – С меня бутылка «Эльфийских слез».

Услышав это, Линель чуть напряглась, округлив глаза.

– Простите, мадам, не подумал, – поднял руки в примиряющем жесте командир. – Конечно, в напитке нет никаких слез. Просто он настолько хорош, что назвать иначе было бы оскорблением для того, кто его придумал. Кстати, это был я.

– Хватит пустой болтовни, – раздался резкий голос из-за стола.

Фигура в тени, что сидела во главе, поднялась, и атмосфера в зале сразу сжалась.

– Короче, Странник это… – Командир махнул в нашу сторону.

Наступила тишина. Простая, тяжелая, как свод над головой. Те, кто знал, – осознавали. Те, кто сомневался, – всматривались.

– Тот самый, – прервал я молчание, опередив ожидаемый вопрос.

– Не сомневаюсь, – кивнул мужчина. Он не спеша подошел ближе и протянул руку. – Глендор. Генерал.

– Значит, пророчество сбывается! – с энтузиазмом поднялся еще один, старец, подходя к нам и протягивая руку. – Рино. Местный маг. Отвечаю за магов и все, что с ними связано.

Третий член совета не успел представиться. Дверь тихо скрипнула, и один из стражников шагнул вперед:

– Генерал, к вам посланник от короля.

Он отступил в сторону, пропуская вошедшего. В зал неспешно вошел Мудрец.

Мне стоило немалых усилий сдержать порыв – подбежать, обнять ворона по-дружески и выложить все, что мы пережили с того самого мгновения, как он оставил нас еще до той пещеры, где был заточен Морас. Но обстановка была не та, и я не стал нарушать церемонию.

«Указ короля, – прозвучал в моей голове знакомый голос. Он передавал слова телепатически, и их невозможно было не услышать. – Тот, кто одолеет тьму и принесет мир в Эрос, получит замок барона Фаргуса и все прилегающие к нему земли в полное владение».

– Здравствуй, Странник. Линель, Гёте, – добавил ворон, глядя на нас с теплом. – Я безмерно рад, что вы живы. Я всегда верил в вас, даже когда ты был неотесанным юнцом, а остальные смотрели на тебя с усмешкой.

– Здравствуй, Мудрец. Здравствуй, старый друг, – шагнул я к нему и тепло поприветствовал.

Затем Мудрец вытянул из-под крыла запечатанный свиток и бросил его на стол перед Глендором. Генерал не мешкая распечатал его и начал читать:

– «В случае победы все, кто окажет помощь в свершении подвига или хотя бы не воспрепятствует, получат полную амнистию. И смогут как герои вернуться в свои земли».

Еще одна минутная пауза. Было видно: ни генерал, ни его окружение не верили, что Странник действительно придет. Потому и строили совсем другие планы – планы обороны: как сдержать тьму, когда купол падет, как выстоять. Но теперь все расчеты шли прахом, потому что я не собирался обороняться. Я собирался идти в атаку.

– Сегодня уже поздно, – проговорил генерал голосом, в котором проскальзывала растерянность. – Вас разместят в гостевой палатке. Удобств нет, но ужин будет. Завтра обсудим ваш план.

Вот только одного я ему так и не сказал: никакого плана у нас нет.

Глава 47

История генерала

Ужин оказался на удивление вкусным и разнообразным. Желающих жить и охотиться в этих землях было немного, поэтому дичи тут водилось с избытком. К тому же, если учесть контингент, тут хватало тех, кто умел обращаться с луком. Шкуры и другие полезные трофеи они выменивали на овощи и крупы – связь с внешним миром все же оставалась.

Поужинав, мы с Линель решили уединиться и ушли на самую дальнюю стену. Дозорные, разумеется, были и тут, но двое рядом все‐таки не шумная толпа. Того же покоя, похоже, искал и генерал Глендор. Он стоял и молча смотрел вдаль. Отсюда купол был виден особенно четко. Гигантская полусфера, простирающаяся за горизонт, словно небесный щит.

– Пока он есть, миру ничто не угрожает, – сказал он, когда мы подошли совсем близко. – Вы правда верите, что сможете ее одолеть?

В его голосе чувствовалась внутренняя борьба. Генерал не верил: ну как могут четверо сделать то, с чем не справилась целая армия? Но он, живущий в этом мире, любящий его и желающий ему спасения, хотел верить, что у нас получится.

– Ну, чтобы уж совсем понятно было, – усмехнулся я, стараясь увести разговор от тяжелых тем в сторону. – Умирать мы точно не планируем.