Во главе закона - Лия Арден

ничего, кроме страданий, поэтому я убью тебя. Но только после того, как ты увидишь смерть своего Элиона. Ты заставила меня пройти через смерть Маттео, поэтому я заставлю тебя почувствовать то же самое.

Ио медленно вытащила из кармана маленький металлический кейс, двигаясь так аккуратно, будто не хотела тревожить повисшую в ангаре тишину.

– Он подсунул мне маячок, вероятно решив, что я дура какая. – Ио тряхнула кейсом, и послышался тихий звон. – Пока сигнал блокируется, но я всё подготовлю для его появления, поглядим, как прекрасный принц прибежит спасать тебя, принцесса. Или, точнее, убить, ведь ты, кажется, проломила череп его лучшему другу.

Ио игриво наклонила голову, глаза заблестели нездоровым азартом. Ей больше нечего терять. Сердце Веги застряло где-то в горле и запульсировало, возвращая удушающую тошноту. Сталь внутри расплавилась и начала обжигать, гнев, рождённый из ужаса, захлестнул с головой.

Вега бросилась на прутья, Ио сидела достаточно близко и уже обманулась скованной позой Веги. Всего мгновение ей понадобилось, чтобы накинуть цепь на шею Ио и рвануть на себя. Мощный удар головой о прутья лишил её сопротивления, но Вега, яростно крича, ещё трижды дёрнула Ио на себя за цепь. Лицо сестры превратилось в кровавое месиво, зрение Веги заволокло непрошеными слезами, когда она перекрутила цепь. Ио захрипела, схватилась за удавку, попыталась разжать, хотела отпрянуть, но даже не смогла встать на ноги.

Вега взвыла от понимания, что нужно сделать, внутри всё протестовало, но стоило вспомнить об Элионе, и она развернулась, чтобы использовать все оставшиеся силы для последнего рывка. Перекинутая через плечо цепь больно вдавилась в мышцы, когда Вега потянула. Ио за спиной истошно захрипела, вдавленная в прутья решётки. Вега со всей силы дёрнула, и вопль оборвался с хрустом шеи. Тут же ослабев, Вега упала на пол, выпустила цепь, и тело сестры с искривлённой шеей рухнуло назад. Вега лишь мельком на неё взглянула, содрогаясь от новых рыданий. Вокруг одни покойники. Она больше не могла на них смотреть. Вега сжалась, подтянула ноги, уткнулась в грязный пол лбом и продолжила плакать, ужасаясь того, что наделала и в кого превратилась. Кровь гудела в ушах и затылке. Вега пыталась успокоиться, но не могла даже вдохнуть, чтобы не ощущать металлический запах чужой смерти.

Одинокую панику разбавил надтреснутый смех.

Вега подняла взгляд, чтобы увидеть, как чудовище ожило. Ио сумела сбросить цепь и отползти на пару шагов. Её шея была в порядке, за исключением жуткого фиолетово-бордового синяка там, где была удавка. Её губам медленно возвращался цвет, но глаза с лопнувшими капиллярами выглядели жутко.

– Поздравляю. Ты настоящая убийца, сестра, – со смешком прохрипела Ио.

Взгляд Веги опустился: сестра держала её цепь в руке.

Теперь за неё дёрнула Ио, и Вега с глухим звуком врезалась в решётки, острая боль в рёбрах на миг сковала всё тело. Вега тут же защитила шею, думая, что Ио попытается её задушить, но вместо этого сестра, обдирая её кожу на запястье, вытянула её левую руку наружу.

– Вот в чём проблема. Шрам, – удовлетворённо бросила Ио, явно наслаждаясь испугом Веги. – А я-то гадала, чего твой парень пальцы ощупывает. Думает, что так нас различит. – Раздался щелчок, в руке Ио раскрылся перочинный нож. Вега дёрнула руку обратно, но Ио держала крепко. – Давай покажем ему, что он ошибается.

Вега ахнула, когда первое быстрое движение лезвия рассекло кожу, а за ним ещё одно, ещё и ещё. Кровь залила ладонь, пальцы задрожали от боли. Может, она никогда и не болела грёзовой хворью, может, не она творила ужасы в собственных кошмарах, но чудовище с её лицом, которого Вега так боялась, оказалось реальнее некуда.

33. Элион

Элион сцепил пальцы в замок, упёрся локтями в колени и напряжённо следил за заканчивающейся дозой разведённого ихора в капельнице. Последней дозой. Пошёл пятый день. Все прогнозы Дардана не оправдались.

Прошло больше суток после неудачной встречи с близнецом Мелиты, и эти сутки Элион провёл в беспамятстве. Иво навешал лапши на уши, что Элион отключился и ему просто дали выспаться, но он нутром чуял, что ему либо вкололи какой-то транквилизатор, либо подсыпали чего в воду. В его окружении едва ли не каждый имел доступ или к усыпляющим макам на Переправе, или же к медицинским препаратам Дардана. Элион их не винил, он на своё отражение старался не смотреть – не узнавал себя. Ведь всё равно он не мог ничего сделать: ни помочь Каю очнуться, ни найти Мелиту, которую психованная сестра куда-то утащила.

«Свиная кровь, бардак в квартире, испачканная в крови Вега, измазанные стены. Это действительно инсценировка, но не для нас, а для Мелиты Кайлос. Похоже, Ио пыталась свести сестру с ума», – пришёл к выводу Иво, когда по возвращении Дардан сообщил о результатах исследования лекарств, которые Элион принёс из квартиры Веги. Какие-то добавки в сыворотках, наоборот, вызывали провалы в памяти, галлюцинации и кошмары, которые напоминали симптоматику грёзовой хвори. А если всё соединить со снами, где Вега видела воспоминания Ио, то до сумасшествия в целом недалеко.

От осознания, что с самого начала Мелита была главной жертвой, в груди заболело, он хотел найти её как можно скорее. Лино поднял всех на уши, чтобы отыскать Маттео, а Лита наверняка где-то с ним. Иво и Дардан подключили все имеющиеся у них связи, и всё, что Элион мог делать – это ждать. Он не сказал Иво, что успел засунуть Ио маячок, но, судя по молчанию на телефоне, тот не сработал или же стерва нашла и избавилась.

Оказалось, что вчера, пока Элион был в отключке, прибегли к последнему варианту помочь Каю проснуться: о его состоянии рассказали Весте. Элион даже порадовался, что не был свидетелем этого момента. Иво описал, как все маки разом завяли, а солнечная погода превратилась в серую хмарь, пока Веста пыталась справиться с ужасом. Она могла притягивать сознание спящих на Переправу. Гипнос попросил её попытаться и, может, таким образом разбудить Кая, но в итоге ничего не вышло. Веста не смогла его нащупать. Поэтому теперь всё, что Элион мог сделать, – это ждать. Он был готов выполнить любое задание, но ему осталось только бездействие.

Элион обернулся на рассвет в окне, прищурился, недолго разглядывая, как просыпается Санкт-Данам. Он давно встал и решил сменить Кассию, которая уже потеряла чувство дня и ночи, почти не выходя из палаты Кая. Он отправил её поесть, помыться и хоть немного подышать воздухом на террасе на крыше.

Он моргнул и тут же