Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Вот он, край. Раскалённое марево, за которым — нормальный мир.

Я сделал последний рывок и вывалился из Разлома, кувыркнулся по раскалённой земле и замер, судорожно хватая ртом воздух. Он был обжигающим, но уже не смертельным.

Я лежал на спине, глядя в багровое от зарева небо, и слушал, как бешено колотится сердце. Внутри была пустота, горше, чем когда-либо. И стыд. Жгучий, унизительный стыд.

Зашуршали шаги. Влад упал на колени рядом со мной, его лицо было искажено тревогой.

— Барин! Жив? Говори!

— Жив, — просипел я, с трудом поднимаясь на локти. — Не получилось. Не смог.

Я ждал упрёка. Насмешки. Гнева за потраченное время.

Но Влад лишь тяжело вздохнул и протянул мне флягу с водой.

— Пей. Не спеши. И не смог — это не проиграл. — Он окинул меня опытным взглядом. — Что там? Сильно мощное ядро?

— Не просто мощное, — я с жадностью глотнул тёплой воды. — Оно… умное. Оно чувствовало меня. Подстроилось.

Влад присвистнул.

— Ведомое ядро. Редкая гадость. Значит, там есть не просто скопление стихии, а некая воля. Дух разлома. С такими шутки плохи. — Он помолчал, глядя на пылающий вход в аномалию. — Ты правильно сделал, что вернулся. Лечь костьми — не подвиг. Глупость.

Его слова не сняли стыд, но придали ему другую окраску. Это было не поражение, а тактическая перегруппировка.

— Что будем делать? — спросил я, чувствуя, как адреналин отступает, а на его место приходит свинцовая усталость.

— Сначала — ты отдохнёшь, — твёрдо сказал Влад. — Восстановишь силы. Поешь, поспишь. Пока я постою на страже. Потом… потом подумаем. Возможно, нужно сменить тактику. Не идти напролом, а найти его слабое место. У всего есть слабое место.

Он помог мне подняться и отвести лошадей подальше от жара. Мы разбили импровизированный лагерь в тени обгоревших скал.

Я сидел, прислонившись к камню, и смотрел на пляшущее зарево. Поражение глодало изнутри. Но теперь к нему примешивалось иное — холодное, аналитическое любопытство. Как его обойти? Как переиграть?

Я посмотрел на Влада, который, прищурившись, изучал очертания Разлома, словно пытаясь прочитать его замысел.

Свинцовая усталость всё ещё тянула кости на дно, но голос Влада, спокойный и разумный, пробивался сквозь гул в ушах.

— Ладно, барин, — он выдохнул, усаживаясь на камень напротив меня. — Ситуация ясна. Штурмовать в лоб — самоубийство. Остаётся два адекватных варианта. Первый — отступить. Вычеркнуть эту дыру из списка и ехать к следующей. Рискнуть не выполнить контракт, но сохранить жизни.

Я тут же покачал головой, хотя движение отдалось болью в висках.

— Нет. Нам дали пять определённых Разломов. Не любых на выбор. Волконский и так на нас косо смотрит. Если мы сдадимся на первом же сложном, он расторгнет контракт, и мы останемся ни с чем. Без денег, без лошадей, с долгами. И Маша в Воронеже… — Я не договорил, но Влад понял.

Он кивнул, словно и ожидал такого ответа.

— Второй вариант, — продолжил он, вычерчивая палкой на песке нечто, похожее на схему.

— Постепенное уничтожение. Мы не отходим далеко от портала. Ты заходишь, наносишь урон — убиваешь нескольких тварей, разрушаешь какую-то структуру, — и отступаешь. Восстанавливаешь силы. Потом — снова. И так раз за разом. Мы будем истощать его. Медленно, но верно. — Он посмотрел на меня.

— Это долго. Нудно. Опасно — всегда есть шанс, что они подготовят засаду. Но это адекватно.

Я молча переваривал его слова. Моя натура рвалась в бой, требовала реванша здесь и сейчас. Но холодный остаток разума, подкреплённый свежим памятью о боли и страхе, говорил, что старик прав. Бросаться снова в эту пеклящуюся мясорубку сходу — значит повторить ошибку.

— Как саперы, — хрипло выдохнул я. — Подкоп под крепость. Метр за метром.

— Именно, — Влад одобрительно хмыкнул. — Только крепость эта из огня, а сапёр — ты. Я буду здесь, на выходе, готовый в любой момент прикрыть отход или вытащить тебя за шкирку, если что.

В его словах была железная логика. Это был не отказ от боя. Это был другой вид боя. Бой на истощение. Проверка не на силу, а на выносливость и терпение.

Я поднял голову и посмотрел на раскалённый вход в ад.

— Ладно, — согласился я. — Играем по-твоему. Но сегодня — всё. Никаких больше вылазок. — Я потрогал свой бок, где уже проступал синяк.

— Нужно восстановиться как следует.

Влад кивнул.

— Умное решение. Утро вечера мудренее. А пока — ешь и спи. Я первую вахту возьму.

Он встал и отошёл к краю лагеря, его фигура на фоне пылающего Разлома казалась незыблемой скалой.

Я откинулся назад, глядя на затянутое дымом небо. Поражение всё ещё горело внутри стыдом, но теперь его разбавляло странное чувство — не надежды, а уверенности. Уверенности в том, что есть план. Что мы не будем просто биться лбом о стену.

Я закрыл глаза, прислушиваясь к мерному дыханию лошадей и к далёкому, зловещему гуну «Огненной кузницы». Завтра начиналась новая охота. Медленная. Методичная. Смертельная.

Но мы её выиграем. Я в этом уверен.

Следующие несколько дней превратились в однообразный, изматывающий ритуал. Рассвет заставал нас уже на ногах. Я подходил к раскалённому порталу, делал глубокий вдох и шагал внутрь.

Первый заход длился не больше десяти минут. Я не шёл глубже, чем на пять десятков шагов. Два огненных голема, привлечённые моим вторжением, ринулись на меня. Не стал вступать в ближний бой. Вспышка света, ослепившая их, точный, сконцентрированный удар сжатым воздухом, разрывающий грудь одному, и быстрое отступление. Выскочил обратно, тяжело дыша, но целый.

Влад, встретивший меня у выхода, лишь кивнул.

— Нормально. Жив. Иди, пей.

Второй заход, через два часа. Теперь големов было трое. Они ждали. Я позволил им приблизиться, подпустил почти вплотную, и тогда вызвал под ногами у переднего клочок земли, превратив его в зыбучий песок. Существо увязло, и я, не тратя силы на его уничтожение, быстро добил двух других и отступил под градом огненных снарядов.

Третий заход. Четвёртый. Пятый.

Я втягивался. Тело запоминало движения, разум учился читать паттерны атак. Я уже не тратил силы на сильные заклинания. Использовал минимум — короткую вспышку, чтобы ослепить, резкий порыв ветра, чтобы сбить с ног, внезапное охлаждение небольшого участка лавы, чтобы создать себе