Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

необходимостей твои похвала и одобрение у меня располагается где-то между банкой шпрот и кубиком рубика. Для начала, — я поднял бутылку и отпил, — я хочу, чтобы ты просто понял это.

Лицо Кислевского враз изменилось; мне было знакомо это выражение. Он не привык, чтобы кто-то с ним так говорил.

— А как поймёшь это, так пойми и то, что конкретно от тебя как от Антона Кислевского мне не нужно ничего, — я улыбнулся. — Чего нельзя сказать об одолжении от первого мечника.

Антон фыркнул и тоже взял бутылку со стола.

— Забавно.

— Что именно?

— Обычно всё ровно наоборот, — он отпил и, жутко скривившись, тут же поставил бутылку обратно. — Ну и дерьмище…

Логично. Стоит полагать, что у отпрыска богатого семейства в его возрасте основной актив — это фамилия. И лишь потом идут личные достижения и регалии.

— Видишь ли, — продолжил я, — я тут подумываю о том, чтобы взять факультатив.

Антон непонимающе на меня уставился.

— Лежал себе, думал. Алхимия? — я покачал головой. — Всё хорошо, но жуть как не люблю мыть долбанные пробирки. Биология? Сердце разрывается, как представлю, что нужно будет резать несчастных лягушек. Нет, мне скорее по душе… Орден мечников?

Кислевский быстро замотал головой, словно проверяя, не послышалось ли ему.

— Вот только мой друг Пётр сообщил, что попасть туда всего два варианта. Год подготовки и экзамен, либо… личная рекомендация первого мечника. Вот так незадача.

Антон рассмеялся.

— Попасть к нам в Орден? Зачем тебе это? Ну… — он приподнял бровь, — с фехтованием у тебя проблем вроде бы нет.

— Всегда хотел посмотреть на мёртвого Бога вживую. А доступ к ним среди студентов есть только у вас, — я снова отпил из бутылки. — Сам понимаешь, если бы любопытством можно было заправлять корабли, то человечество давно жило бы в космосе. Ничего не могу с собой поделать.

— А если я откажусь? Что тогда? Расскажешь всем о том, что шоу было и не шоу вовсе? — он ухмыльнулся. — Эффект будет уже не тот. Даже если побьешь меня ещё раз.

Я посмотрел ему прямо в глаза.

— Не откажешься. И я даже не буду тебя шантажировать. Думаю, где-то к этому моменту тебе и самому не терпится узнать, что я выкину дальше. Могу сказать, что твои ожидания оправдаются.

Парень промолчал. Потому что знал, что я прав.

— Завтра я пойду записываться в Орден. Твоя рекомендация будет кстати.

Он ничего не сказал; развернувшись, Антон медленно зашагал по направлению к своему брату, что стоял в дальнем угле спортзала… а затем внезапно остановился.

— Ты словно и не Стерлинг вовсе, — он обронил это как рядовую мысль вслух.

Я отмахнулся.

— А кто же ещё?

* * *

Глаза Пети горели. Парень доверил тяжкий труд диджея функции «случайное воспроизведение» на плеере и бережно пересчитывал заработанные со ставок деньги около колонок.

— Чувак… да тут… етить-колотить.

— Етить-колотить?

— Да, так моя бабка всегда говорила про любые суммы, что превышали её пенсию.

— Значит, так и поделим. Тебе етить, мне — колотить, — я протянул руку за деньгами.

Пётр закатил глаза.

— А ещё более мудацкого способа сказать, что бабки делим 40 на 60, ты не придумал?

— Ты сейчас… на что-то пожаловался? — я демонстративно прокашлялся. — Только прошлой ночью, помнится, ты собирал вещи, чтобы валить из города.

Петя рассмеялся.

— Да я шучу! Я-то думал, что мне вообще ничего не перепадёт. Кстати… — он указал рукой на толпу танцующих студентов. — Глянь-ка, вроде как недурно вышло. Ворвёшься на танцпол?

Хмыкнув, я покачал головой. Последний раз я танцевал в тот раз, когда мы с моим дружбаном Одиссеем целый год отрывались на острове у какой-то бабы. Честно говоря, тогда с меня хватило.

— Нет, спасибо. После драки что-то хрустит в колене. Сам-то почему стоишь?

Петя немного потупился, бросив быстрый взгляд куда-то в центр импровизированного танцпола.

Там вовсю двигались Алекс с остальной компашкой. Лера, разумеется, тоже была там. Делать нечего, будем играть амура на полставки.

— Поня-я-ятно… Пошли.

Петя панически закачал головой.

— Э-э-э, нет, куда⁈ А как же колено… может, мазь поищем, или…

— Какую, нахер, мазь? — я махнул рукой, показывая парню следовать за мной, и начал протискиваться сквозь толпу пьяных дёргающихся тел. Петя нехотя пошел следом.

Алекс был настолько пьян, что сначала даже не понял, что я к нему обращаюсь.

— Дружище, — на третий раз я хлопнул его по плечу так сильно, что он просто не мог отмахнуться. — Кажется, ты мне кое-что должен.

Алекс наконец прекратил танцевать и, пошатываясь, уставился на меня.

— А-а-а-а… Стерлинг. Я… — он почесал затылок, — я вообще не понял, как ты это… это сделал… — пьяный взгляд сфокусировался на моём спутнике. — О, Петя-Пётр, привет…

Сколько бы лет я ни жил, процесс общения с пьяными, когда ты сам трезв, ни разу не показался мне хоть сколько-нибудь приятным.

— Если мне не изменяет память, Антон меня ни разу не ударил. Ты согласен с этим?

Он кивнул.

— Следовательно — я победил в нашем споре. И твоя компашка должна мне одолжение.

Его друзья уставились на меня с некоторой опаской во взглядах, однако спорить никто не стал.

Алекс виновато развёл руками.