Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

не было на это денег. Не пригласил. А дальше… — он окинул нас двоих взглядом, — моя жизнь как-то так повернулась, что я в основном таскаю самогон по кампусу и получаю по морде от Кислевских, нет времени на любовные дела. Ещё тупые вопросы будут?

— Боже, — фыркнул я. — Не горячись.

Дальнейшие наши телодвижения заняли пару часов. Мы вернулись в комнату в общаге, убедились, что нам никто не помешает и принялись за изготовление лимитированного издания локального крафтового ликёра. Процесс был довольно медитативный — помой бутылку, оторви наклейку, перелей размешанный алкоголь и выдави немного лимонов и апельсинов в каждую бутылку. В итоге получилось что-то около 50 литров относительно удобоваримой бодяги с флёром лимона, расфасованной на 200 с небольшим бутылок.

Затем я отправил Петра на поиски пары вещиц, которые мне были для этого вечера просто необходимы. Ещё час ушел на то, чтобы я нашел в гардеробе Стерлинга хоть сколько-нибудь приличный наряд (в итоге остановившись на сером костюме-тройке) и рассказал Пете, в чём будет заключаться часть его основных обязанностей на этот вечер.

С ним всё было просто — парень будет выполнять роль диджея, официанта и ведущего одновременно. А ещё пару раз поможет мне, когда будет надо. Выслушав меня, он лишь кивнул и принялся наряжаться сам. Больше вопросов касательно целесообразности происходящего он не задавал, что меня радовало.

Стрелка часов неумолимо двигалась к пяти вечера, и я рассудил, что пора выдвигаться в спортивный зал.

Мы шли по витиеватым коридорам и многочисленным лестничным пролетам минут двадцать, не меньше. Внутреннее убранство Академии было ничуть не менее аляповатым, чем его внешняя сторона. Стены увешаны всяческими гербами, небольшими бюстами и портретами. Впрочем, сколько бы я не в них ни всматривался — никого даже отдаленно знакомого не находил.

За все мои годы с камнем я обсасывал момент своего возвращения в голове так часто, что, казалось бы, был готов ко всему. Однако, если бы не память Стерлинга, что услужливо объясняла мне, как работает мир и что я пропустил за всё время взаперти, то, боюсь, лишь на одну только адаптацию у меня ушла бы пара лет.

Всё-таки довольно сложно подготовиться к тому, чего в на момент подготовки ещё не изобрели.

Впрочем, вместе со знаниями я перенял и отношение Стерлинга ко многим вещам, которых не застал в своё время. Иногда доходило до смешного — проходя мимо портрета очередного усатого типа, я сначала чувствовал к нему непреодолимое отвращение, и лишь затем память тела подсказывала мне, за что именно.

После проходки в спортзал стало очевидно, что Стерлингу не нравится почти никто из увековеченных на стенах Академии типов.

К счастью, ликбез, который мне устраивала моя же голова, наконец-то закончился, когда вдали показалась большая двойная дверь. Я пытался прислушаться, чтобы понять, есть ли за ней какой-то шум, однако в ничего не услышал. Впрочем, до назначенного времени ещё полчаса, а значит, расстраиваться рано.

Спортзал был очень просторным; огромное баскетбольное поле, два ряда трибун друг напротив друга и трек для бега по периметру — здесь бы с легкостью поместилось человек 400, при желании. Как объяснил мне Петя, это всего лишь один из залов. Больше рекреационный, чем тот, что предназначен для оттачивания физических способностей студентов. Всё же их здесь тренируют для того, чтобы в будущем они могли драться с Богами. И что-то мне подсказывало, что исход битвы будет решаться не слэм-данком.

Пока что здесь было действительно пустовато. Человек пятнадцать разбрелись по всей площади помещения — кто-то сидел на трибунах, кто-то в ожидании отбивал мяч от пола, кто-то же просто общался. Я быстро окинул зал взглядом и кивнул Пете, после чего тот взял с собой пару зевак и принялся размещать на столах для настольного тенниса бутылки с алкоголем и пересыпать самые дешевые чипсы, которые мы только смогли найти, в огромные тарелки, заранее позаимствованные из академской столовки. Затем он включил музыку.

Как я и думал, опасения насчет того, что народ не успеет подтянуться, были тщетными. Минут за двадцать до шести в спортивный зал начали стекаться студенты — группками по 7–8 человек; прошло совсем немного времени, прежде чем помещение оживилось.

Антона, впрочем, видно не было.

Судя по обрывкам фраз, которые мне удавалось подслушать, люди начинали думать, что происходящее — какая-то шутка, и мы действительно решили просто устроить вечеринку. О том, что сейчас здесь будет драка, не напоминало вообще ничего.

— Вон там… — подошел ко мне запыхавшийся Петя, — сидят ботаны. Наши злейшие враги… ну, до всей этой ситуации с Кислевским.

Я посмотрел на трибуны. И правда, на самой верхушке трибун подозрительно тихо сидело человек двенадцать. От остальных их сразу отличал несколько скованный внешний вид. Даже форма Академии на каждом из них была выглаженной и сидела идеально, чего нельзя было сказать об основной массе собравшихся. Один из ботанов, низкий парень с прической-горшком, буквально прожигал меня взглядом.

Интересно, чем Стерлинг ему так насолил? Ручку забыл вернуть, или что-то типа того?

— Слева от них Алекс с друзьями, — парень поправил очки. — Ну, их ты уже знаешь. А перед ними… что-то типа мажоров среди мажоров. Внуки всяких графов и прочей аристократической лабуды. Твоя Анжела обычно с ними тусит.

Эти тоже смотрели на меня волком. Логика подсказывала, что они явно будут болеть за Антона.

Я кивнул и посмотрел на Петю.

— Как всё продвигается?

В ответ он лишь почесал в затылке.

— Ну, вечеринкой года это не назовешь. Всем хочется посмотреть на то, как ты огребёшь. Я не особо понимаю, как их удержать здесь, если Антон не придет.

Я снова окинул взглядом зрителей. Да, скучающих лиц было больше, чем мне того хотелось бы. Впрочем, это решаемо.

Я выключил музыку и громко хлопнул в ладоши; взгляды всего зала враз уставились на меня.

— Привет, сброд.

Было забавно наблюдать,