Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

class="p1">В конце концов, я хоть и в Советском Союзе, но человеческий фактор никто не отменял. Никто не клялся Ленину в том, что он будет честен с собой и с людьми до конца дней своих. Никто не хочет жить плохо. Все хотят жить хорошо. Кто-то решается на нечестные действия, а кто-то не решается.

Я не решился.

Даже так, я принципиально не решился. Я просто не из этого мира интриг, подстав и прочей чепухи. Если Бакунину нужно сделать это исследование таким образом, чтобы правда осталась незамеченной, я просто отвернусь и буду смотреть в другую сторону. Кто я такой, в конце концов, чтобы его осуждать?

Да и не был Бакунин плохим человеком. Просто немного испуганный мужик. Он привык сидеть в НИЧе, гонять чаи и подписывать документы. А не вот это вот всё.

Уверен, что если бы не я, он бы даже не попытался докопаться до сути. Потому что зачем? Предприятие функционирует, персонал получает деньги. Да, имелись какие-то местечковые проблемы. Государственный заказ выполнит, либо НИЧ МИУ, либо кто-то другой.

А деньги никогда не доставались легко. Поэтому стоило хотя бы попытаться.

Но, чёрт подери! Не в моих это принципах всё! Не в моих. Ненавижу все эти игры. Я шёл по зимнему Горькому, солнце заволокло облаками. Шёл снег, а перчатки не защищали от холода. Поэтому я дул прямо в них, чтобы немного согреть пальцы.

Внезапно сзади кто-то хлопнул по спине, я чуть не среагировал своим коронным ударом.

― А, это ты, ― бросил я, увидев Алию.

― Ты куда собрался?

― Перед тобой забыл отчитаться, иди давай к Бакунину, он уже соскучился.

― Не нужен мне этот Бакунин больше.

― Ага, всё-таки изначально был нужен?

― Не твоё дело.

― Ну раз не моё, то тогда я пошёл.

― Стой! Я с тобой.

― Сдалась ты мне. Я вообще-то хотел доехать обратно спокойно и без приключений.

― Ничего себе заявления!

― Как есть.

― Неужели мне тут оставаться, мёрзнуть и слушать душные речи Бакунина? ― задумчиво сказала она в воздух.

― А мне почём знать? Делай, что захочешь.

Я развернулся и пошёл дальше, но она меня нагнала и пошла со мной вровень. Я остановился. Меня это начало бесить.

― Так, послушай, Алия, ты чего за мной увязалась?

― А я не за тобой, я просто иду рядом. Нам в одну сторону по пути.

― Бакунину нужна стенографистка. Чтобы всё фиксировала. Иди и помогай ему. Иначе тебя с НИЧа попрут, моргнуть не успеешь.

― Да всё он уже закончил делать! И отправился в наливайку с начальниками отделов.

Я так и думал. Это всё часть большой тусовки, а не работа. Впрочем, а что я ждал от бесхребетного Бакунина? Что он сделает что-то выдающееся? Тем более, что основную работу я за него выполнил. Ему лишь оставалось только зафиксировать какие-то малозначительные детали.

― Ты удивлена?

― Да!

― Почему?

― Я считала его… Более порядочным.

― Как он проявил свою непорядочность?

― Как, как? Пригласил меня вместе с ними!

― И в чём проблема?

Всё это время падал снег, а мои руки отмерзали всё больше. Чёртова советская зима 1980 года.

― А ты сам не понимаешь?

Ох уж это женское: «А ты сам догадайся». Разумеется, я не понимал. Мне вообще её мотивы были совершенно не ясны. Чем она занималась, почему за мной бегала хвостиком, зачем ей ехать со мной обратно? Денег что ли не было?

― Алия, признайся, у тебя нет денег на обратный проезд, и ты просто хочешь доехать за мой счёт?

― Да как ты смеешь?

― Что опять не так? ― всплеснул я руками. ― Думаешь, мне жалко денег на билеты? Не жалко. Могу и тебе купить. Только не докапывайся до мня во время поездки! Я хочу спать и жрать.

Она внезапно улыбнулась.

― Правда можешь взять мне билет?

― Нет, блин, оставлю тебя с пьяным Бакуниным и мужиками. Люди-то они может и неплохие, но даже хороший человек под алкоголем становится не самым лучшим представителем нашего вида.

― Поехали! ― она подхватила меня под руку. ― Я так устала от этого места. Зачем я вообще согласилась?

― Ты меня спрашиваешь?

― Нет, это мысли вслух.

Мы шли молча буквально секунд пятнадцать, после чего её, как прорвало. Рассказывала обо всём подряд. О своей жизни, о своих привычках, о тренировках, о том, что ей нужны деньги, чтобы бабушке на лекарства отправлять. Потому что бабушке нужны импортные лекарства, они хорошо действовали.

Какого чёрта я вообще пытался вникнуть в то, что она говорила? Среди всего этого потока мыслей не было абсолютно ничего важного.

Затем, когда мы сели в поезд, начался новый виток разговоров. Я так прикинул, если её не заткнуть, она же мне не даст даже поспать.

― Алия, давай поиграем в игру, ― сказал я.

― В какую?

― Кто первый заговорит, тот должен будет стенографировать дипломную работу другого. Время до приезда на вокзал. Начинаем прямо сейчас.

И она реально замолчала. Но через секунду ударила меня кулаком в плечо. Затем в колено. А потом встала и сделала фляг, прямо в проходе. Я смотрел на неё с изумлением.

― Алия, что ты нахрен делаешь?

― Ты проиграл, ― обрадовалась она, ― Так вот, я рассказывала про школу.

Я чуть не рассёк себе лицо фейспалмом. Как я мог повестись на эту чушь?

Несмотря на её болтливость, в один момент она всё-таки устала. И уснула. А потом и вовсе положила мне голову на плечо, и руками обвила мою руку, чтобы устроиться поудобнее.

Кошмар.

Походу, я ей реально нравился. Да только вот неувязочка, девушка у меня уже есть. И Кристина мне всем нравилась. А Алия пусть стройная, красивая и довольно заводная, да только проблемная и ни в чём мне особо не поможет. Поэтому извини, Алия, но только до вокзала, а дальше сама.

Не собирался я вестись на её уловки. Сам уснул тоже довольно быстро. Её копна волос оказалась отличной подушкой. Положил голову, вырубился. Проснулся от того, что объявили конечную. Начал будить Алию.

― Эй, дурёха, приехали, ― сказал я заспанным тоном.

― Ещё немного, ― она вцепилась сильнее.

― Так, не нервируй меня, ― начал злиться я, ― отцепись, я хочу домой и жрать.

― Не отцеплюсь, ― сонным голосом с закрытыми глазами произнесла