Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

— Входите. Вас ожидают. У вас десять минут, — вышел другой чиновник, наверно помощник или дворецкий, не знаю, как называют секретарей Императора, а то, что это был именно секретарь, понял, потому что он вышел с кипой бумаг, которые хозяйски положил на стол, имевшийся в приёмной.

— Пойдёмте, энц, если можно говорить будете вы, — тихо произнёс энц Смарта́ни Кари́тос и мне показалось, что он оробел. Вот только от чего. С его послужным списком, занимаемой должностью не пристало робеть будь то перед Императором или большой аудиторией. Но в ответ я только кивнул и вошёл первым.

Просторный, светлый кабинет. Вдали массивный стол, вдоль стен шкафы. Что бросилось в глаза, так Император встречал нас на ногах. Он о чём-то тихо на расстоянии разговаривал с сопровождавшим нас чиновником. Жестом Император пригласил приблизиться, а когда чиновник удалился, он заговорил.

— Слушаю вас, уважаемый Комендант. Мне сообщили, что у вас дело государственной важности.

— Именно так, Ваше Величество, — произнёс с коротким поклоном, — существует большая вероятность, что болезнь поразившая жителей столицы принесена в Империю извне умышленно, — первоначально я не собирался говорить напрямую предположения, хотел доложить с цифрами и фактами, чтобы венценосная особа пришла к выводам сама, но недостаток времени спутал мои планы и пришлось говорить в лоб, напрямую.

После моих слов лицо Императора вытянулось, он уселся за рабочий стол. Посмотрел сначала на меня, потом на стоявшего рядом главного врача больницы. Думаю, Императору доложили с кем у него произойдёт незапланированная аудиенция. Но пауза затягивалась. Император молчал, переводя взгляд то на меня, то на стоявшего рядом энца. Но всё когда-нибудь заканчивается.

— Сведения точные? — хриплым, словно только что проглотил ком, произнёс Император.

— Да, Ваше Величество. К такому мнению я и энц Смарта́ни Кари́тос пришли разными путями. Он, изучив имевшиеся в распоряжении с начала эпидемии опросные листы больных, а я таможенные декларации и другие документы. Но вывод оказался одинаковым.

Император словно сомнамбула взялся за колокольчик и позвонил. Вошёл секретарь.

— Срочно собрать Малый Совет, — коротко бросил Император, вставая, но не удержался на ногах, свалился в кресло. Врач и секретарь кинулись к Императору, а я мгновение соображал, но принял на мой взгляд единственно правильное решение — бросился из кабинета в приёмную, надеясь, что там кто-то есть, чтобы позвать императорского лекаря…

— Император скорее всего присутствовать не будет, — оповестил секретарь Малого Совета энц Ни́тас Проти́ски.

В совещательном зале, где заседает Малый Совет собралось от силы треть его состава. Всех, кого нашли за достаточно короткий срок и поэтому места хватило всем рассесться через одного, держа дистанцию.

— Повестка дня… — продолжал секретарь, но запнулся, посмотрев на меня, сидевшего вместе с энцем Смарта́ни Кари́тос отдельно от членов Совета. Было видно, что он нервничает. По прямому указанию Императора срочный созыв членов Малого Совета, отсутствие чёткой повестки дня, да и докладчик особенный. Вряд ли такая ситуация предвещает что-то хорошее, но опытный чиновник быстро взял себя в руки, продолжая, — на повестке дня один вопрос — это доклад Коменданта столицы энца Валео Мирони, прошу.

Здесь я развернулся. Говорил долго, иногда мою речь прерывали, задавали вопросы, на которые отвечал не только я, но и главный врач больницы, поясняя, уточняя, предъявляя подготовленные ещё для аудиенции с Императором документы и составленную мной аналитическую записку. Растиражировать её у меня времени не было, так что пришлось её практически полностью зачитать. Она была короткая. Только выводы, основанные на фактах. После того как закончил, воцарилась тишина. Все собравшиеся переваривали сказанное, но тишину разрушил сначала стук шагов, а потом скрип открываемой двери.

— Ваше Величество… — с поклоном, удивлённо произнёс секретарь, а все присутствующие встали, — как…

— Со мной всё в порядке, — прервав на полуслове секретаря, ответил Император, — я припозднился, уважаемый энц доложил Совету?

— Да, Ваше Величество, только что уважаемый энц Валео Мирони и энц Смарта́ни Кари́тос закончили доклад.

— Жаль, что припозднился, — усевшись во главу стола, с явным сожалением произнёс Император, но я не растерялся, передал через секретаря ему аналитическую записку. Император читал её долго, очень долго для двух листов размашистым почерком. И всё это время в зале царила тишина.

— Совет… что вы думаете по этому поводу?

— Ваше Величество, мы пока не приступили к обсуждению, — быстро произнёс секретарь.

— По-моему здесь всё понятно, Ваше Величество, если сведения верны, а сомневаться в верности и прозорливости людей, представивших данный доклад у нас нет, то… — начал говорить один из членов Совета. Он единственный из собравшихся был в военной форме в чине штабс-генерала, но его лицо я не узнал. Кто-то новый, наверно, и точно я с ним лично не встречался, — то это война, Ваше Величество. Армия ждёт вашего высочайшего повеления и готова выступить и разбить врага на его территории!

«Пафосно, слишком пафосно», — подумал, переводя взгляд на офицера.

— Война… — проговорил Император, задумавшись, а все притихли. Никто не стал возражать военному, но и я молчал, хотя понимал, что в настоящее время, когда все силы не только гражданских служб, но и армии брошены на борьбу с эпидемией вести боевые действия невозможно по целому ряду причин. — Империя, — продолжал Император, — сейчас находится в тяжёлой ситуации. Столица — её сердце поражено болезнью, а тело содрогается в судорогах. Мне доложили, что за последние недели в Империи выявили ещё два очага болезни, но там ситуация под контролем. Вовремя приняли меры. И всё благодаря письмам, что разослали в разные концы… Урожай в этом году небольшой, — продолжал тихо говорить Император. Он словно рассуждал вслух. Изредка во время монолога Император прикрывал глаза, выдерживая паузу, будто вспоминая, но все его слушали внимательно, тем более я. Так как впервые присутствовал во время принятия важного решения. Для меня очевидно, что война сейчас не самое лучшее дело, но и оставлять без ответа явно провокационные действия в отношении Империи — страны, которая меня приютила, дала кров, известность, чины и право жить в нормальных условиях, а не ютиться где-нибудь в землянке, ища пропитание каждый день… нельзя.

Слушая тихую речь Императора, я зауважал его, и как-то не вязалась характеристика, данная ему окружением, как недалёкого, покладистого супруга Императрицы Линессы Первой. Сейчас он предстал передо мной как мудрый политик. Он говорил