Умрешь, когда умрешь - Энгус Уотсон

– Все так и было, – сказал он.

– Ладно, Финнбоги…

– Зови меня Финн.

– Ладно, Финн. Если я узнаю, что ты убил Гарта или каким-то образом помог ему умереть, Финн, я тебя прикончу. Это понятно, Финн?

– Прости, я не сумел ничего сделать, чтобы его спасти, ты же до сих пор научила меня только блокировать удары. Не могли бы мы уже освоить выпады, когда будем тренироваться сегодня вечером?

Тайри поглядела на него так, словно он был огромной блестящей соплей, которую кто-то серьезно больной вычихнул ей в миску с завтраком, а потом поспешила вперед.

Финнбоги только начал мысленно сетовать на несправедливость подобного отношения, когда Тайри резко развернулась и прыгнула, замахнувшись на него саксом. Он увернулся от удара и выдернул из ножен меч. Она сделала выпад. Он блокировал удар, их оружие встретилось, оглушительно зазвенев, и он отступил на шаг назад, высоко держа Членитель Врагов и готовый к следующей атаке.

– Тебе все еще надо работать над блоками, – заявила она, – но уже лучше. В конце сегодняшнего урока попробуем некоторые атакующие движения.

Тайри зашагала дальше. Финнбоги, изумляясь, двинулся следом. Почему же все вокруг настолько лучше него?

Он дошел до места, где остановилась Фрейдис.

– Что случилось? – спросил он.

– Привет, Финнбоги Хлюпик. Ты не видел Хугина и Мунина?

Он огляделся по сторонам:

– Пока нет.

– Они исчезли. Оттара это не беспокоит, но мне не нравится, когда они бродят сами по себе в незнакомом месте.

– Я буду высматривать их.

– Спасибо!

Он пошел дальше, и Фрейдис рядом с ним. Он потрепал ее по голове, и она вроде даже не возмутилась.

Интересно, это уже новая жизнь началась? Прекрасные места, никакого Гарта, отменная компания из Фрейдис, Сассы, Бьярни, Кифа, Волка и, будем честны, Эрика, уроки Тайри, возможно, настоящие романтические отношения с ней, и никакой оуслы у них за спиной?

Наверняка это слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Ситси Пустельга спустила тетиву, когда что-то маленькое и мягкое свалилось ей на руку, сбив прицел. Ее стрела пролетела через долину, не причинив никакого вреда, высоко над головами грибоедов.

– Да какого…

В кустах скрылся маленький енот.

Что за ерунда? Есть здесь еще какие-нибудь мелкие животные, которые будут валиться на нее из ветвей? Ситси задрала голову.

Вроде никого. И, похоже, грибоеды не заметили, как ее стрела пронеслась над ними. Они по-прежнему шагали неспешно, словно счастливое семейство в праздничный день. Она выдернула из колчана еще одну стрелу.

– Я видела, как над нами пролетела стрела, – сообщила Бодил Гусыня.

– Когда? – спросил Бьярни Дурень.

– Прямо сейчас, перед тем как я об этом сказала.

– ВСЕМ ЛЕЧЬ! ЛУЧНИКИ! – заорал Бьярни.

Он рухнул на дорогу, увлекая за собой Бодил.

– Ты уверена, что это была стрела?

– Могла быть очень тощая и очень быстрая птица.

Ситси Пустельга промахнулась на целую милю, что было так же невозможно, как семиногая рысь, а через пару ударов сердца грибоеды уже распластались по земле, заслоненные от взгляда Ситси высокой травой.

«Неважно, – подумала Софи Торнадо, – мы все равно их нагнали». Она зашагала по дороге в сторону затаившихся жертв, сжимая каменный топор. Чоголиза Землетрясение показалась за спиной упавших ничком грибоедов и рысцой побежала ей навстречу. Утренняя Звезда и Палома Антилопа выдвинулись с севера, а Ситси – с юга.

Их добыча окружена. У грибоедов нет ни шанса.

Финнбоги всматривался сквозь траву. Он не осмеливался подняться, опасаясь стрел. Одна из женщин оуслы шагала к ним по дороге, их чародей – у нее за спиной. Остальные воительницы подходили с разных сторон.

Итак, их в конце концов поймали, вот она, смерть. Как странно сознавать, что уже через несколько минут он окажется в другом мире. Финнбоги надеялся, что Гарта там не будет. Он только-только избавился от этого говнюка.

Оттар с Фрейдис лежали перед ним, храбрые маленькие дети.

Он протянул руку к рукояти Членителя Врагов и вытащил меч из ножен. Ради детей он сделает все, на что способен. Он падет, блокируя удары.

А потом глупый, безумный Оттар встал на ноги.

– Оттар, ложись! – проскрежетал Финнбоги.

– Вута! – крикнул мальчик.

Мальчик встал. Ситси Пустельга подняла лук. Он смотрел на нее. Она натянула тетиву. У него была бледная кожа и поразительные голубые глаза грибоеда, но при этом копна темных густых волос кальнианского ребенка. Щеки у него пылали, а подбородок блестел от слюны. По его непомерно большим глазам и этой слюне на подбородке она догадалась, что он умственно недоразвит, как и ее братья.

Она опустила лук. Мальчик улыбнулся ей.

Софи Торнадо увидела мальчика и увидела, что Ситси Пустельга не стала в него стрелять. Это неудивительно – маленькая лучница всегда была самой добросердечной в оусле, а без ромбической гремучей змеи и дорожной осы-убийцы к ней вернулось нормальное человеческое нежелание убивать детей.

Неважно. У Софи есть задание и нет никаких сомнений. Она пошла мальчику навстречу, воздев топор.

Рослый светловолосый парень вскочил, чтобы остановить мальчишку. «Опять двадцать пять! – подумала Ситси Пустельга. – Смогу искупить свою вину за то, что оставила мальчишку в живых». Она подняла лук, прицелилась грибоеду в лицо и выстрелила.

Раньше, чем Сасса увидела, как мимо прошел Оттар, Волк уже вставал. Сасса по печальному опыту знала, что бывает, если встать, когда на тебя нацелены стрелы лучников.

– Нет! – Она подбила ему ноги, дернула его за стеганую кожаную куртку и опрокинула обратно в траву. Стрела, которая должна была пронзить Волку голову, просвистела мимо.

Софи Торнадо ускорила шаг.

Мальчик широко улыбался ей.

«Я уберу эту ухмылку с твоей физиономии», – подумала она, занося оружие для смертельного удара.

Кто-то вцепился ей в руку. А она даже не услышала, как он подошел.

Она развернулась.

Ее держал за запястье Йоки Чоппа.

Мягко, но решительно он прижал руку ей к боку, покачивая головой. К ее изумлению, она позволила ему.

Он шагнул мимо нее. Мальчик раскинул руки. Йоки Чоппа нагнулся. Мальчик обнял чародея за плечи. Йоки Чоппа подхватил его и обнял так крепко, как воин, вернувшийся после долгого отсутствия, обнимает сына.

– Что, – Софи Торнадо отступила на шаг назад, – во имя раскаленных яиц Инновака, здесь творится?

Палома Антилопа поглядела на Утреннюю Звезду, которая выглядела такой же сконфуженной, потом снова на Йоки Чоппу, обнимающего мальчика.

«Ну и ну!» – вот и все, что она смогла подумать.

Чоголиза Землетрясение застыла с таким видом, словно пришла домой и застукала своего мужа занимающимся любовью с теленком бизона. Ситси Пустельга уронила лук.