Бюро магической статистики 3 - Галина Дмитриевна Гончарова

Рент Ноэль покачал головой.

— Смирись. Есть люди, которые для нашего дела просто не предназначены, вот и ты из таких. Надеюсь, в чем другом тебе больше повезет.

У Симона аж слезы на глаза навернулись. Злые.

— Вы… да я все докажу! Да я…

И вылетел за дверь. Мужчины переглянулись, и рент Ноэль сел писать докладную на имя мэра. Полиция в его ведении.

Вот, убыток у нас, надо нового полицейского искать. Слифт — не подходит. Печально, но увы.

* * *

В приличных романах влюбленным никто не мешает. В трудной повседневной жизни, увы…

— Ваше величество, тут делегация…

— Какая? — Риберто жутко не хотелось выбираться из кровати. Вот так провести бы весь день, валяться, обнимать любимую женщину, да, и любовью заниматься тоже, но вот это чувство близости тоже приятно, просто разговаривать, дотрагиваться друг до друга, заново узнавать — и понимать, что все правильно, что они до сих пор любят друг друга, что это было не влечение тел, а сошлись, встретились две половинки одного целого. А что расставались…

И такое бывает. В жизни всего не предусмотришь…

— Мэр, ваше величество. И с ним тут еще…

— Еще — кто?

Оказалось, шесть человек из мэрии. Сам мэр, понятно, казначей, начальник гарнизона, трое почетных горожан Левенсберга — как же! Его величество приехал, и никуда, никого, ничего… а почему? Конечно, люди не выдержали неизвестности.

Риберто потянулся и встал. Выбора нет…

— Лина, ты со мной?

— С тобой?

— Надо и принять, выслушать, ну и в ответ им, речи, может, награждения, наказания… работа такая.

Элина тоже потянулась.

— С тобой, конечно. И так долго врозь были, теперь не хочу терять ни минуты. Только вот… а что мне надеть?

Риберто от души рассмеялся.

— Вечная женская проблема! Важнее нет!

За что в него и прилетела подушка.

— Тебе смешно! Вредный!

— На самом деле нет. Сейчас попрошу слугу принести, рена Шафф тебе собрала кое-что. Белье, кажется, ну и так, надеть…

— Замечательная женщина! — искренне сказала Элина.

Как оказалось, рена Шафф положила не только белье, но еще и самое лучшее платье, и туфли не забыла. Так что Элина себя чувствовала вполне уверенно.

А вот так. У короля не только права есть, у него еще и обязанности. Много. Не можешь принять этого мужчину таким, какой он есть? Не надо и начинать было! Риберто — король, этим все сказано. Привык он так, живет этим. Вот и пусть. А Элина… ее задача быть рядом. Помогать, оберегать, поддерживать, успокаивать, чтобы не поубивал всех — и будет все хорошо.

Риберто наблюдал, как собирается любимая женщина, и прикидывал, что говорить. Тут все тоже не так просто. Он Элину давно любит, и жить без нее больше не хочет. Но он король.

А это значит — еще и общественное мнение.

Лидию в стране не то, чтобы безумно любили, но ее приняли, ее считали своей. И вот, месяца не прошло, король себе нашел кого-то? Подобрал?

И ведь не объяснишь никому про любовь, не поймут просто… не захотят понять, кто из вредности напакостит, кто из зависти яду со змеиного языка капнет, и пойдет… королевский двор, даже самый демократический, остается гадюшником. Элину начнут травить, она, конечно, в долгу не останется, но Риберто хотелось спокойствия для себя и любимой. Так что…

Надо именно здесь и сейчас все представить, как романтическую историю.

И пусть ползут сплетни. И пусть Левенсберг станет городом возрожденной любви, а не предательства памяти королевы. Совесть Риберто и Элины чиста, теперь надо правильно расставить акценты.

— Лина, милая, когда будем разговаривать с мэром…

* * *

— Как — уволили⁈

Арисса Слифт схватилась за объемную грудь. Потом вспомнила, что сердце слева и чуточку сдвинула руку. Все равно через такой объем до сердца не дотянуться.

В ее понимании Симочку не могли уволить.

Он мог уйти сам, разругавшись с начальством, горделиво хлопнуть дверью, его могли не понять, обидеть… но уволить?

Да за что⁉

— Я всех нашел, я дело раскрыл! А они…

Симон жил в свеем виртуальном мире, в котором он был и умным, и безупречным, и его гипотезы всегда попадали в цель. Это же ЕГО предположения!

А тут такой афронт!

Ладно — не оценили! Уволили!

И конечно, Симон нашел этому объяснение!

— Наверняка отец этой Марины дал взятку, вот, Яника выпустили, а меня, чтобы никому не рассказал правду… так всегда! Мама, ты же меня понимаешь!

Кто ж еще Симочку мог понять, кроме мамочки.

Арисса запричитала, и закружилась вокруг сЫночки.

Мигом была нагрета вода для ванной, а в нее потихоньку вылито полбутылки ароматного масла. Помогло, правда, слабо, теперь запах стал, как будто кот обоссал лаванду, но Симочка не обратил на это внимания. Он слопал плотный завтрак из четырех яиц и четырех же кусков бекона, выкурил две трубки (к запаху кота и лаванды добавился еще и табак) и рухнул в кровать. Отсыпаться.

А что?

Мальчик сутки не спал, в пещере — там понятно, почему, а потом и в рамбиле тоже. Насекомые его стороной облетали, да и не замерз он сильно, но позор…

Арисса подумала какое-то время.

Сынок будет спать, и еще долго, а вот она… на отправится туда, где ее выслушают. В мэрию!

И пусть только попробуют ее не послушать!

Сыночку обидели!

Да она их… она сейчас всех, к ногтю и в жидкую грязь! Вообще всех!

Оскорбить, обвинить и уволить ее ребенка?

Да она на месте этой полиции воронку оставит! И мертвые позавидуют живым!

Женщина решительно надела новый жакет, щедро украшенную дарами осени шляпку, перчатки — и выплыла из дома, как неумолимое судно судьбы. К примеру, баржа с фруктами.

* * *

Робин и Матео проснулись рано. Да какое там спать — магия бурлила в крови, пела, звенела, переливалась… неудивительно, что с утра пораньше мужчины встретились на кухне. Рена Астрид, которая недавно встала, молча налила им по кружке парного молока, подвинула свежий хлеб и достала большую банку с вареньем.

— Пока — чем богаты. Или еще чего погреть?

— Нет-нет, тетушка, — тут же отозвался Робин. Чего мешать человеку? Она занята, завтрак готовит… — вы не против, если я вот так? Мы с Лисси поженимся, и тут останемся, конечно, свой дом у меня есть, но… когда бабушка рядом, лучше же будет?

— Бабушка? — не уловила