Галя, у нас отмена! - Мия Соул

— Это была не способность. Я талантливая сумасшедшая.

Он продолжал хохотать. Как же мне не хватало этого смеха. Потом лицо его снова стало серьезным.

— Все равно… — Он осторожно коснулся моей щеки. — Нужно было рассказать мне раньше.

Я виновато кивнула.

— Нужно было.

— Уже поздно сожалеть, Га-ля, — поймал он меня за руку. — Я все узнал, этого хватит. Пойдем.

— Куда? — удивилась я.

— Тебе не место в темнице. Я отвезу тебя в безопасное место, пока все не устаканится. Позже вернусь.

Мне было приятно, что он обо мне беспокоится, но это нарушило бы все наши прежние договоренности.

Я мягко высвободила ладонь.

— Нет, нельзя. Рано.

Он нахмурился.

— Почему? Тебе так неймется рисковать собой?

Серьезно? Мне это реально нужно объяснять?

— Генерал Лун Цзюэ уверен, что избавился от главной проблемы. Для него самозванка уже сидит под замком, а ты ослабел. Он и канцлер расслабятся. Мы получим время.

— И все это время ты будешь в темнице? Га-ля, ты себя-то слышишь?

— Ну, тут я на территории Чжэн Фэя, — покрутилась на одном месте. — Вряд ли твой друг сделает мое пребывание здесь невыносимым. Ты сможешь расправиться с Янь Чжоу.

Суань Лин никак не желал соглашаться.

— Нет, я подобного не позволю.

И как я там не зарычала?

— Если я исчезну, канцлер сразу поймет, что мы действуем.

— Но…

— А если останусь здесь, они будут думать, что победили. Пока они празднуют победу, ты уничтожишь противников.

— Это слишком опасно.

Памятуя о сюжете, я крепче сжала его ладонь.

— На кону не только моя свобода, на кону твой титул. А после наших действий, и жизнь твоего отца.

Он прикрыл глаза. Похоже, осознал, что я права, но никак не мог принять этого.

— Хорошо… — согласие далось ему тяжело. — Но если станет хоть немного опаснее…

— Не нервничай, — вернула я себе простецкий тон. — У меня есть коты, понадобится, она меня украдут.

Вспомнив о них, он улыбнулся.

— Это немного обнадеживает. — Суань Лин осторожно коснулся моего подбородка. — Береги себя…

— Ты тоже себя береги.

— Обещаю.

Он наклонился. На этот раз нас никто не торопил, и точно бы никто не застал.

Его губы нашли мои. Я вцепилась в него пальцами и почувствовала дрожь по телу. Дыхания наши смешались, поцелуй углубился и стал настойчивее. Суань Лин словно пытался запомнить меня на вкус, на ощупь, впитать в себя, чтобы забрать с собой эту минуту сквозь холодные коридоры темницы.

Внутри меня разливалась тягучая нежность, смешанная с горечью прощания. Я приоткрыла губы, впуская его, и на мгновение забыла, где мы, кто мы и что нас ждёт. Его ладонь скользнула по моей спине, прижимая ближе. Мои пальцы сами собой запутались в его волосах, и я потянула его к себе, отвечая с той же жадной искренностью, с какой он целовал меня.

Когда он медленно отстранился, его лоб еще несколько мгновений касался моего.

— До скорой встречи…

— До скорой, — прошептала я.

Глава 24

Суань Лин

Если бы несколько месяцев назад кто-нибудь сказал Суань Лину, что однажды судьба всей империи окажется в руках женщины, открывшей таверну, воспитывавшей троих демонов-котов и утверждавшей, что она вовсе не принцесса, а человек из другого мира, он бы велел лекарю проверить рассказчика на горячку. Теперь же эта невозможная женщина сидела в темнице. Добровольно, а главное — ради него.

Путь от Ведомства наказаний до дворца он почти не запомнил. Ноги сами несли его по длинным галереям Запретного города, пока мысли вновь и вновь возвращались к их последней беседе. Она была права, ее нельзя освободить, но именно это причиняло особенно сильную боль.

Га-ля, так ее звали, и несмотря на то, что имя ей самой не нравилось, ему оно казалось звучным, вложила ему в руки оружие против всех его врагов, а сама осталась за решеткой. Она пожертвовала собственной свободой так спокойно, словно речь шла не о жизни, а о чашке давно остывшего чая.

Суань Лин невольно усмехнулся.

Да, она совершенно невозможная женщина. Она в слабом положении, но продолжает им командовать. А он слишком поздно понял, что рядом с ним всегда находилась не избалованная принцесса, а человек, привыкший бороться за каждый новый день.

Его убивала мысль, что он не уберег женщину, которая пыталась избежать опасностей двора, а в итоге ей пришлось доверить ему невероятную тайну.

К сожалению, после разговора с Гао Лань его ждали дела. Как бы он не хотел остаться с ней, но пропускать собрание чиновников чревато. Это было бы опасно и для нее, и для него.

Утреннее совещание начиналось. Главный зал дворца постепенно наполнялся чиновниками.

По обе стороны широкого прохода выстроились министры, военачальники и придворные сановники. Темные шелковые одежды почти сливались между собой, словно стая воронов слетелась на поле после битвы. На возвышении восседал император Суань Вэй.

Он выглядел спокойным, однако Суань Лин слишком хорошо знал своего отца. Император почти не двигался, значит, был зол.

Возле Суань Лина встал Суань Хуа и поморщился. Братья не выносили друг друга.

Когда все приветствия завершились, главный секретарь начал зачитывать ежедневные доклады. Сообщения о налогах, о паводках, о поставках зерна, о приграничных гарнизонах.

Все это проходило мимо сознания наследного принца. Он ждал удара. И дождался.

Когда очередь дошла до канцлера, Янь Чжоу спокойно вышел вперед, поклонился и приступил:

— Ваше Величество, этот чиновник вынужден сообщить о чрезвычайно прискорбном происшествии.

Император лениво поднял взгляд.

— Говори.

— Минувшей ночью наследный принц Суань Лин без должных оснований приказал арестовать посланника дружественного государства, генерала Лун Цзюэ.

По залу сразу пробежал едва слышный шепот. Та часть чиновников, что поддерживала Янь Чжоу роптала больше всех. Им, естественно, и вторил Суань Хуа.

Янь Чжоу продолжил тем же спокойным голосом:

— Генерал Лун обладает дипломатической неприкосновенностью. Его задержание может быть расценено империей Цинлун как оскорбление.

Император исподлобья посмотрел на сына.

— Суань Лин, отвечай. Неужели ты позволил себе подобную дерзость?

Принц сделал шаг вперед и сел на колени.

— Все так, отец. Генерал действительно находится под стражей.

В зале стало совсем тихо.

— По какой же причине? — спросил император, не разрешив сыну встать.

Суань Лин вздохнул:

— Я собственными глазами видел, как генерал Лун