Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

— И почему же? — спросил, убирая клинок обратно в душу, не став уточнять, что мы здесь ради разведки, а закрытие Рифта — моя инициатива.

Пока князь подбирал слова, чтобы ответить, я мысленно скомандовал хвостатой собрать трофеи. Те, которых убивала Анна, и так сразу отправлялись в пространственное хранилище, а вот остальных пришлось забирать уже после окончания схватки.

— Вы вдвоем обладаете очень высокой мобильностью, — начал пояснять Донской. — В пылу схватки я отметил, что вы двигались быстрее меня.

— Дар позволяет, — мне оставалось лишь пожать плечами.

— Не только, — покачал головой князь. — Чтобы с помощью вашей способности так лихо перемещаться по полю боя, буквально находясь везде и сразу, необходим колоссальный боевой опыт.

— У меня выдалось трудное детство, Игорь Владимирович, — взглянув в глаза мужчине, дал уклончивый ответ.

Ожидаемо, что у такого человека, как князь Донской, сразу появились разного рода подозрения. Но пока что делится подробностями своей жизни я с ним не планировал.

— Как скажете, Александр Петрович, как скажете, — князь вновь принял излюбленную им позу, сложив руки за спину, и встал неподалеку от Рифта, всматриваясь в него, словно хотел разглядеть там что-то новое.

Тем временем Кей закончила со сбором трофеев, и я попросил склянку с зельем восстановления энергии.

— Зачем тебе это? — спросила Анна, глядя на емкость с голубоватой жидкостью в моих руках. — Ты же открыл второй источник, должен был восстановиться.

— У меня немного по-другому работает, — я опустошил склянку, после чего показал девушке палец, на котором расположилось кольцо Стража, все ещё светящееся голубоватым светом.

— То, что ты быстро по Порядкам прыгаешь в разные стороны, я уже поняла, — скрестила руки на груди девушка. — Что ещё?

— Вот что, — я окутал в разные стихии указательные пальцы на каждой из рук. — Как тебе?

— Интересно, — приставила пальчик к щеке Анна. — Никогда раньше не видела, чтобы кто-то пользовался сразу двумя стихиями. Их суммой — да, а вот чтобы вот так… — она замолчала, но практически сразу продолжила: — Пробовал уже одновременно использовать техники разных стихий?

— Нет, — отрицательно покачал головой я, деактивируя свой Дар. — Маловат контроль, а времени, чтобы нормально позаниматься, у меня нет.

Тем временем на том месте, где мы сейчас находились, окончательно стемнело. Солнце скрылось за горизонтом, а тусклый свет от луны не мог пробиться через верхушки деревьев.

— Ладно, заходим, — скомандовал я. — Кей доложила, что на той стороне мы сможем вполне комфортно себя чувствовать. Разве что жарковато будет немного.

Я шагнул в разлом и спустя мгновение оказался в весьма странном месте. Мои ноги по косточки провалились во что-то зыбкое, а грудная клетка наполнилась теплом от вдыхаемого воздуха, который был весьма горячим.

Здесь было светло. В небе было видать что-то схожее с нашим солнцем, однако было оно ярко-красного цвета. Вокруг же меня окружала высохшая пустыня, и под ногами был отнюдь не песок. Я наклонился и взял небольшую щепотку зыбкого вещества пальцами. Пепел.

— Да-а-а, — протянул князь, вошедший в Рифт сразу за мной. — Аномалия под стать тварям, в ней обитающим, — он также чинно, держа руки за спиной, отошел в сторону от разлома, чтобы Анна с ним не столкнулась.

— Жарковато будет, — прокомментировала окружающую нас обстановку девушка, когда вышла из разлома. — Умрем не от лап тварей, так от перегрева.

— Подойдите, — поманил нас к себе Донской. — Вот наденьте, будет легче, — он протянул две металлические цепочки, которые с лёгкостью уместились на наших шеях. Князь же, заметив мой пристальный взгляд, добавил: — У всех есть свои секреты, Александр Петрович.

Нам на самом деле стало легче. Цепочки являлись артефактами, которые, скорее всего, как-то влияли на терморегуляцию и не только, ведь и дышать стало свободнее. По сути, это артефакты-фильтры, которые взялись у князя невесть откуда. Уточнять способ их появления я не стал, так как в таком случае пришлось бы делиться информацией в обратную сторону. А мне этого делать очень не хотелось.

— М-да, теперь же переночевать снаружи не кажется такой плохой идеей, — хмыкнул я.

— Вы же Одаренные, и не самого низкого ранга, — подметил князь Донской. — Дополнительные сутки на ногах не станут для вас большой проблемой, а если у вас открыт второй источник — тем более, — он сделал небольшую паузу, глубоко вдыхая горячий воздух. — Но, если станет совсем худо, я, так и быть, взбодрю вас одной занимательной техникой, доступной лекарям, — улыбнулся мужчина.

— Надеюсь до этого дело не дойдет, — вздрогнула Анна, взглянув на странную улыбку князя, а также ощутив возможность стать целью неизвестной техники.

— Кей, веди, — после того, как мы двинулись в путь, я решил поинтересоваться у князя: — Игорь Владимирович, а где твой пес?

— Глупый вопрос, Александр Петрович, — губы на лице князя вновь дрогнули в улыбке. — Там же, где и вы прячете своего. Разве вы, как владелец фамильяра, не знаете, что всем доступна такая возможность?

— До нашей встречи, я видел только двух владельцев фамильяров, кроме меня самого, — отвечал я. — Их подручных я глазами не видел, поэтому правильного и точного вывода сделать не мог.

Мы замолчали, и вскоре Кей сигнализировала о первой замеченной ею стае тварей. Та же солянка, что и была нами уничтожена возле входа в Рифт. За единственным исключением. Под песком передвигались какие-то крупные силуэты, как выразилась хвостатая. Точно сказать, что это за твари она не могла. Однако со стопроцентной уверенностью заявила, что снаружи Рифта подобных монстров не было.

Я активировал покров и медленно стал уходить в Тень, чтобы мои товарищи могли среагировать и поступить также. Ну как также, перед Анной появился портал, а князю пришлось чесать на своих двоих.

Гончие, их Огненные товарки, Стрекозы. Все они методично вырезались, после чего отправлялись в пространственное хранилище хвостатой, которое уже могло в себя вместить просто колоссальное количество объектов различных объема и массы.

«То ли еще будет», — приговаривала Кей, когда я спрашивал ее о размерах хранилища.

Подземные твари решили выйти наружу и атаковать нас только тогда, когда сверху не осталось ни одного живого существа за нашим исключением, разумеется.