Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

Еду подают ту же самую, что в обед, но уже на красивых тарелках и щедро присыпаную зеленью. Чарку водки наливают бесплатно. Вечером в «Хромого петуха» приходят с дамами или деловыми беседами. Еда тут — лишь приятное дополнение.

Мне кажется, хозяин очень умный и здорово все придумал. Я внимательно наблюдаю за ним, не теряя надежды, что когда-нибудь и сама буду хозяйкой какой-нибудь лавки или трактира. А может, собственную прачечную открою, с моим магическим даром это возможно. Нужно только денег подкопить… Но сначала собственный дом. Может быть, даже с садом. Не из тех я людей, чтобы всю жизнь в прислуге ходить.

Большеград — город широкий, раскинувшийся привольно по холмам, но вся жизнь его в центре. На окраинах — дома да мастерские. Я же арендую квартирку так удачно, что все мои работы находятся в нескольких шагах. Много бегать не нужно. Я успеваю даже заглянуть домой и отдать Катерине горшок с супом. Обняв детей, спешу в ратушу, где уже окончен рабочий день важных господ-чиновников. Здесь пусто и темно, и никто не мешает мне творить магию. Мне свидетели не нужны.

В отделе магического учета я указала третий уровень дара, маленький, не слишком пригодный для работ. Но по-настоящему дар мой уже доходил до шестого, а может, и до седьмого рубежа. Но сказать об этом я никак не могла, потому что непременно начались бы расспросы: кто такая, откуда взялась? Одаренные простолюдины — большая редкость. Вся магия — у аристократии.

Магия — это всегда власть и деньги.

Уборка в ратуше не занимает много времени: убрать пыль, почистить полы, собрать в коробку найденные под столами бумаги, перья и скрепки. Я успеваю заглянуть в некоторые небрежно брошенные на столах записи.

Фрол Медник просит развода с женой. Уверяет, что у нее ноги холодные, спать с ней неприятно. Голова резонно отвечает, что жену согревать нужно. И приказывает выдать Меднику три пары шерстяных носков за счет казны.

Самуил Коржиков жалуется на птиц: нападают, таскают хлеб из подносов уличных продавальщиков, гадят на мостовую. Давеча утащили не меньше дюжины ватрушек. Голова настоятельно рекомендует завести пару молодых кошек и кормить продавальщиков, прежде чем отправлять их с подносами сдобы на улицу. А что до мостовой, то мыть ее должен сам Коржик.

Я невольно улыбнулась и исправила две помарки: мой дар и на такое способен. Была б я сплетницей — кумушки меня б обожали. Но мать всегда говорила, что пустые разговоры — признак небольшого ума. И вообще, язык может нанести раны страшнее кинжала.

Еще раз пробежавшись по лестницам и проверив, сверкают ли медные дверные ручки, я с довольством киваю. Работа выполнена хорошо, я могу быть спокойна. На столе у головы лежат три серебряные монеты, я беру из них одну — справедливая плата за мой труд. Жаль, что банк уже закрыт. Впрочем, завтра у меня выходной, и я потрачу эту монету на теплые сапожки для детей. Осень скоро войдет в свои права.

Домой я возвращаюсь уже в темноте. Щедрое солнце уснуло, ветер, что гуляет по переулкам, отнюдь не так добр, как дневное светило. Я зябко ежусь, растирая плечи и думаю, что, пожалуй, нужно и себе теплое пальто приобрести. Снова расходы, расходы, расходы.

Когда-то все было по-другому. У меня были лучшие наряды, добрая семья, верные друзья. Наверное, если постараться, все это можно вернуть. Но я не могла предать детей. Это просто невозможно.

Я всегда любила и умела считать деньги. Жизнь подавальщицы или простой прачки меня совершенно не устраивала, поэтому я придумала план, как выбиться в люди.

На Юге женщина работает не часто, а уж практикующих магесс и вовсе по пальцам пересчитать можно. Местные дамы торопятся выйти замуж и нарожать побольше детишек. Ничего плохого в этом нет, я и сама раньше мечтала о том же.

Мои услуги пользуются спросом. Конкуренток на бытовую магию нет.

Мужчины никогда не захотят чистить одежду или занавески, им нужен масштаб. Я же собиралась накопить денег и открыть собственную прачечную. Небольшую, возможно даже на дому. Нанять двух рукодельниц, чтобы штопали прорехи, сама же буду убирать пятна и дурные запахи. Платья из дорогих тканей не стирают, только чистят щетками. Да и зимний плащ не так-то просто привести в порядок. Уверена, клиенты найдутся.

Пока же у меня хватало сил на простой и тяжелый труд. Четыре месяца я на Юге. По моим подсчетам еще столько же — и можно будет купить небольшой домик.

Я вернулась в свое скромное жилище. Дети были накормлены и уложены спать. Катерина тихонько читала книгу возле окна.

— Зрение испортишь, — привычно шикнула я на нее.

— Тут фонарь, светло как днем, — возразила девочка, неуклюже пряча маленький томик в юбках.

— Что читаешь?

— Да так… ничего.

— Покажи. Я не мамка, ругать не буду. Обещаю.

Девочка неохотно показала мне заголовок: «Записки леди Мадьяр». Гадость редкостная, которую и взрослым-то в руки брать не следует.

— Где ты это взяла?

— У подружки.

— Отдай обратно. Почитай лучше «Тайну лорда Строббели» или «Замок с призраками». Или хотя бы «Приключения Аглаи и Маноны». Тебе понравится.

— А там про любовь есть?

Я вздохнула.

— Есть. Хорошие добрые книги. А про любовь… «Рыцарь и пастушка» еще есть.

— А откуда вы знаете? Вы же вдова. Из черных горожан. Говорили, что и читать не умеете.

— Я в хороших домах служила, — выкрутилась я. — Всякие разговоры слышала. Вот про «Леди Мадьяр» дурно говорили. Дай мне книгу, пусть у меня полежит. Не стоит такое юным девочкам читать.

Нехотя Катерина отдала мне книжку. Я бросила ее на подоконник.

Какая ей любовь, ничего хорошего в той любви нет. Лучше пусть о чести девичьей думает. А без мужа, кстати, жизнь спокойнее и тише.

— Завтра у тебя выходной, помнишь?

— Да. Мы с матушкой на ярмарку осеннюю пойдем. А вы?

— И я пойду, пожалуй. Детям обувь нужна, а мне теплый плащ. Ночью ветер холодный.

— Тогда увидимся завтра, — весело пискнула Катарина и ускакала прочь.

Я опустилась на тюфяк, обхватив руками колени. Устала. Нет, магия дается мне довольно просто. Я не делала ничего такого, что перегрузило бы резерв. Но эта постоянная гонка… Должна бы уже привыкнуть, но почему-то с каждым днем становилось все сложнее.

Во-первых, я не рассчитала, что дети быстро растут. Если ботинки, штанишки и рубашки Марэка можно было надеть на Амалу, то мальчишке