"Фантастика 2026-52". Компиляция. Книги 1-19 - Александра Шервинская

С момента нашего выезда из города и признания Фарнира, что он колдун сорогской башни магов, между ним и препозитором были весьма натянутые отношения. Скажем так, Петер не совсем понимал, как себя вести в присутствии колдуна. Ведь с одной стороны — Фарнир был еретиком, который коверкает слово Алдира, а с другой — он поощрял стремление Петера быть сакратором, и, что важно, знал тайну нашего толстого жреца. Ведь по сути своей, Фарнир являлся потомком и последователем тех самых древних сакраторов, которые откололись от культа Алдира и убыли на восток.

Короче, ситуация была сложная, но эти двое все же как-то уживались, хоть Петер старался лишний раз с Фарниром не пересекаться, и я на самом деле понимал жреца в этом его стремлении. Была бы моя воля, я бы тоже с Фарниром общался как можно меньше, ведь мое раздражение от манер и привычек колдуна никуда не делось, а местами даже обострилось.

— Сроки, — улыбнулся колдун. — Совершенно невероятные сроки. Что-то не сходится.

Я кивнул, после чего перевел взгляд на жреца.

— А вы что думаете, препозитор? Мог ли человек, больной чумой, протянуть почти месяц в лесу? Да в холода?

— Из того, что мы видели, черная хворь убивает за неделю, — медленно проговорил жрец, сложив пухлые ладони на огромном животе и глядя при этом строго в сторону. — С моими молитвами, может быть, этот срок можно было бы продлить и до трех недель. Но ваш оруженосец доложил, что чужак пришел один…

— Думаете, он жрец? — предположил я.

Петер и Фарнир синхронно закачали головами, отметая такое предположение.

— На севере, за фронтиром, не веруют в Отца, — вслух добавил Петер. — Там в ходу культ обманщицы Хильмены…

— Матери Хильмены, — поправил его колдун.

— Она сестра нашего отца, а не…

— Да нет же!..

— Прекратите! — рявкнул я и чуть хлопнул ладонью по столу, ведь видел, что эти двое сейчас сцепятся намертво. — Не время и не место! Хоть мать, хоть сестра, хоть соседка! Свои диспуты будете вести в другое время!

Я сорвался, но и жрец с колдуном не оставили мне выбора. Если бы я жестко не остановил мужчин, они бы спорили с пеной у рта до самого рассвета.

— Значит, никакого жреца, который бы отмолил скорую смерть чужака, с ним быть не могло, — продолжил я мысль, хмуро глядя на Петера и Фарнира, которые выглядели сейчас пристыженными. — Я правильно понимаю?

— Правильно, — кивнул головой толстяк.

— Но как-то же он выжил, — продолжил за меня Фарнир.

Мы трое опять переглянулись между собой.

— Вот это и надо выяснить, — выдохнул я. — Хватает и того, что эта болезнь вовсе появилась здесь… Собирайтесь в путь, господа, на рассвете выезжаем.

Едва я закончил говорить, Петер вскочил со своего табурета и заспешил прочь, не желая оставаться с Фарниром даже лишнюю минуту. Колдун же напротив, якобы замешкался, чтобы остаться в шатре и перекинуться со мной еще парой слов.

— Барон, — вкрадчиво начал мужчина, — мне кажется, ваш оруженосец обнаружил что-то важное. Нам нужно быть готовым к любым неожиданностям. Оставьте необходимые приказы своим людям, уладьте дела, ведь мы можем застрять с этим чужаком надолго.

— Почему же? — спросил я, устало перекладывая бумаги, то есть, просто делая вид, что очень сильно занят.

Говорить с Фарниром сейчас у меня не было ни сил, ни желания. Слишком тяжелым оказался в моральном плане визит на погибший хутор.

— Странности, — продолжил колдун. — Странности привели меня в Херцкальт, и я обнаружил вас с миледи Эрен. Я думал, на этом все закончится, но тут эта зараза с другого конца мира, а еще какой-то бессмертный варвар. Когда заразился первый хутор?

— Недели три назад, может даже месяц, — ответил я.

— Месяц… — протянул Фарнир. — Какой человек может выжить месяц, будучи пораженный черной хворью?

— Так он все же жрец или колдун? — спросил я.

На эти слова Фарнир только горько рассмеялся и покачал головой.

— Есть вещи, неподвластные даже колдунам и жрецам, — ответил мужчина. — Кроме того, когда вы рассказали мне, что разные болезни имеют разные причины, а чума вызывается мельчайшими живыми существами, бактериями… Мне многое стало понятнее.

— Когда вернетесь в Сорог и соберете первый микроскоп, сможете воочию убедиться в моей правоте, — подначил я колдуна.

О, когда я рассказал ученому про конструкцию, способную давать подобное увеличение, нетерпение мужчины взлетело до небес. Подзорные трубы были уже известны морякам, как и отдельные увеличительные стекла. Но вот использовать целый каскад из линз, чтобы увидеть не просто что-то далекое, но что-то очень маленькое… Каждый раз, когда я упоминал о микроскопе, Фарнира буквально перекашивало от нетерпения, а страдания колдуна были мне как бальзам на душу.

— Я и не сомневаюсь в ваших словах, милорд, — степенно ответил колдун. — Никакое благословение не убережет от такой напасти, как ты не молись. Сила Алдира более направлена на само человеческое тело, это мне известно доподлинно. Да и колдовство тут будет бессильно, ведь у каждого свои дары и свои сильные стороны. Так что…

— Вы советуете мне все же подготовиться, — подытожил я.

— Да, дабы не случилось так, когда вы только нашли первый хутор, — согласился Фарнир. — И чтобы миледи не слишком тревожилась.

При упоминании Эрен у меня в груди екнуло. И в самом деле. Если с хозяйственными делами сейчас все было налажено и все нужные люди вовлечены в работу, то вот оставлять в неведении и ожидании жену я не мог и не хотел.

Так что как только колдун наконец-то встал и, попрощавшись, вышел из шатра, я взялся за железное перо и подтянул к себе чистый лист. Надо написать жене письмо и рассказать о последних событиях, поделиться мыслями и, конечно же, предупредить о том, что я могу опять увязнуть где-то в лесах. Но теперь уже не на границе надела, а недалеко от Херцкальта.

Как-то так получилось, что за первой страницей пошла вторая, а после — и третья. О том, что Эрен справится с хозяйством, я не беспокоился. На всякий случай я демонстративно оставил своей жене баронскую цепь, но не было сейчас в городе идиота, который бы мог усомниться в том, что она имеет право отдавать какие угодно