"Фантастика 2026-52". Компиляция. Книги 1-19 - Александра Шервинская

Если первый год нашего брака Эрен была проводницей воли барона Гросса, ее мужа, то теперь она стала в сознании людей баронессой Гросс — отдельной политической и административной сущностью.

Люди знали, что баронесса рассудит, что баронесса решает вопросы по замковому хозяйству и что баронесса способна самостоятельно принимать решения и отдавать приказы. Если вначале нашего с Эрен брака люди еще задавались вопросом, а совпадают ли ее слова с моими мыслями и желаниями, то теперь такое если осталось, то отошло на второй план.

Когда-то, после нашей неудачной брачной ночи, я предложил Эрен совместно управлять этими землями и строить наше ООО «Херцкальт» как успешное общее хозяйство. И с течением времени мое предложение не только осталось в силе, но обрело плоть, обросло мясом. Мы с Эрен разделили зоны влияния, поделили обязанности. На мне — внешняя торговля, глобальные проекты и оборона. Вопросы городского хозяйства мы решали поровну, финансовый учет, хозяйственное судейство и внутреннее снабжение легли на плечи моей жены.

Так что вместо тревог о делах, я писал Эрен о том, что думал. Странно, говорить лично о таком было бы тяжело, но на бумагу слова ложились так, словно это было само собой разумеющимся.

Не было в том письме ничего критически важного или сурового, никаких наставлений или напутствий. Я описывал отрядный быт, как он есть, рассказывал о том, как применяются фартуки и какие меры предпринимаются, чтобы мы все не заразились. Рассказывал о холодных декабрьских ночах и серых рассветах, о том, как промерзает без снега земля. Рассказывал о выкошенных чумой хатах и как этот поход вытягивает силы из людей похлеще, чем любой переход во время рейда.

Писал и писал, выплескивая на страницы всё, о чем думал в последние дни и о чем не мог поговорить ни с кем, кроме Эрен. Не потому что в моих мыслях была какая-то тайна, или что я боялся, будто бы мои чувства не поймут. Поймут, еще как, тут каждый боец понимал все без слов, ведь все мы думали об одном и том же. Скорее, мне просто было важно мнение именно Эрен, ее поддержка, знание, что моя жена в курсе и что я для нее не просто пришелец из другого мира или воин, закованный в черный доспех, а вполне себе живой человек.

Глава 16

Виктор

Как я и планировал, на рассвете мы выехали из лагеря. Впереди нас отправился срочный гонец — с приказом о ротации от Арчибальда, а также с моим письмом для баронессы Гросс. Я более не опасался чумы так, как раньше, так что для того, чтобы получить и прочитать послание, Эрен будет достаточно протереть футляр спиртом и быть осторожной во время чтения. Но думаю, даже в этих мерах предосторожности не было никакой необходимости.

Наш же отряд, в котором присутствовала половина всех высокопоставленных персон Херцкальта, ведомый Грегором направился не по большаку, который соединял окружными путями пригородные поселения, а напрямую, через вспаханные на зиму поля и куцые перелески. Последние за поколения знатно проредили топорами местные крестьяне, и дело было даже не в зачистке для полей, а в банальной хозяйственной и санитарной вырубке. Люди понимали, что если не расчленять и не распиливать повалившиеся деревья, если не прорубать густой подлесок и не следить за тропами, которыми идешь между полями или по ягоды и грибы, довольно быстро природа отвоюет эти леса обратно, превратит их в непроходимый массив изо мха, папоротника и молодой поросли, что в будущем станет прямой как стрела корабельной сосной. А даже если и не лежит этот лес на пути человека, то все равно где-то надо брать хворост на растопку, заготавливать дрова на зиму или просто, найти подходящий ствол, который распустят на грубые доски или колья. Вот и получалось, что вроде как поля жались посреди лесов, а мелкие деревеньки и хутора терялись в этом зеленом море, но присутствие человека все же было видимым и неумолимым, ведь даже самый удаленный от жилья лес в пределах надела разительно отличался от тех непроходимых чащоб, которые я наблюдал в рейде.

Путь до места, где Грегор обнаружил чужака, занял целый день, да и то, прибыли мы ближе к полуночи. Не заночевали мы в дороге только по причине того, что мой оруженосец был отличным провожатым и прекрасно чувствовал направление. Я такой способностью не обладал. Как городской житель я изначально-то не слишком в сторонах света разбирался, а сейчас мог указать только приблизительно, где находился Херцкальт с погрешностью плюс-минус пять километров. Грегор же провел нас не только быстрее, чем они изначально двигались с отрядом, но в нескольких местах мы шли через те самые поля, не повторяя изначальный маршрут, а срезая углы.

Первым моим желанием было тут же отправиться к тому самому шалашу, но бойцы, которые несли дозор на опушке и зорко следили за любым движением близ укрытия больного, уверили, что никто никуда не выходил. Да и в самом деле, если верить Грегору, тот мужчина был в таком состоянии, что даже если он решится сбежать, то далеко ему уйти не удастся.

Так что подавив первый порыв провести немедленный допрос, я приказал становиться лагерем. Бойцы под руководством Грегора тут же начали ставить палатки для Петера и Фарнира, я же, дабы размять ноги, решил пройтись вдоль кромки леса. Небо было довольно чистыми, звезды и луна светили ярко, так что можно было двигаться даже без факела, а свет костра, который развели мои дружинники, всегда приведет меня обратно к месту стоянки.

Спали мы тяжело, тревожно. Несколько раз я выходил из своей палатки, посидеть у костра, и неизменно сталкивался с кем-нибудь из троицы своего сопровождения, а в предрассветный час я так и вовсе застал и Петера, и Фарнира сидящих на бревне вместе, и уже потягивающих горячий травяной отвар.

— Доброго утра, барон Гросс, — чуть фамильярно бросил колдун, тут же наливая из небольшого котелка кипятка в заранее заготовленный стакан. — Мы вас ждали.

— Прямо так и ждали? — удивился я, усаживаясь рядом с мужчиной на край бревна.

— Вы говорили во сне, — подал голос Петер, неспеша отпивая теплого отвара и при этом морщась от горечи. — Хотя если бы мое