Путь Скорпиона - Павел Владимирович Волчик

Командир Соли ступал тяжело. Его тело прело под кольчугой. Язва на щеке чесалась и сводила его с ума. И он знал, что чем дальше бежит от владыки, тем сильнее будет это напоминание о его клятве.

Солнце нещадно пекло его неприкрытую голову с проседью. По лицу бежал горький пот. В глазах начало темнеть…

– Хелька! – позвал он негромко и тут же почувствовал, как что-то мягкое поднырнуло под его руку.

– Руп, быстро сюда. Помоги господину Соли.

Серый Лис опёрся на них. Он слышал, как шаркают его ноги о дорогу, слышал, с каким сипением из груди вылетает воздух.

Мероншох – как поступь закованного в стальную броню войска, идущего через туман.

– Хелька…

– Да, ритори Соли?

– Я мог его убить и не сделал этого.

– Кого, господин?

– Мероншоха. Узурпатора.

Серый Лис облизал растрескавшиеся до крови губы:

– Я знал, что он затевает переворот. И я поддерживал его. Но мне и в голову не могло прийти, во что это выльется…

– Он разрушил Исполину, ритори? Он убил всех жителей?

– Хуже… – выдохнул Соли. – Гораздо хуже, Хелька. Он переделал их под свои нужды. Изуродовал и подчинил себе.

Соли коснулся щеки и с трудом сдержался, чтобы не почесать язву.

– Вас тоже? – осторожно спросила Хелька, косясь на него.

– Лишь частично, – ответил командир. – Мне чудом удалось избежать превращения в столице. Потому что я находился глубоко под землёй, в тюремных камерах, и допрашивал заключённого. Но теперь узурпатор нашёл меня и отметил.

Они сели в тени дерева, росшего у дороги. Руп сказал, что пойдёт вперёд и посмотрит, далеко ли до поморской деревни. Соли отхлебнул прохладной воды, которой они набрали в неизвестном ручье, и продолжил рассказ:

– Когда я поднялся, он уже запустил свою машину и качал силы из священного колодца. Я увидел его слуг и, хотя прошёл множество битв, созданий уродливей едва ли мог себе представить. Я увидел и его самого. Мощь портала изувечила его красивое лицо, спалила волосы. Он корчился на мраморных плитах двора. Мне нужно было лишь подойти и обнажить меч. Но я не смог.

– Скорпион помешал вам?

Соли внимательно посмотрел на Хельку, сощурился:

– Нет. Он и эта девчонка из кулкури пытались уничтожить машину. А я… Меня сковало страхом, Хелька.

– Вас? – удивлённо вымолвила она.

Соли медленно закрыл опалённые солнцем веки:

– Странное чувство. Вроде озарения. Видения будущего. Я знал, что, если даже убью его, он сможет вернуться вновь. И тогда он обязательно отыщет меня и отомстит. Так жестоко, что скорая смерть покажется избавлением. Потому я просто бежал. Мне еле удалось вырваться из проклятой столицы.

– Вы бежали… – эхом повторила Хелька.

Он странно посмотрел на неё и зашептал:

– Я не знаю никого могущественней его. Это сила, которую невозможно победить, и она покроет весь мир. Противиться ей бесполезно. Даже сейчас, когда он ещё не обрёл полной мощи, он уничтожает целые армии и проникает на расстоянии в разум своих врагов. Кто ещё способен на такое?

Он наклонился и прошептал Хельке в самое ухо:

– Не убить его тогда было правильным решением. Ибо он снова нашёл меня. И теперь я стал его союзником, а не врагом.

Хелька удивлённо подняла брови.

– Да-да, Хелька, – кивнул командир. – Учись выбирать союзников. Это главное умение в жизни.

Она коротко кивнула. На пыльной дороге появилась коренастая фигура Рупа.

– Эй вы там, идёте? С холма уже видна деревня. Рукой подать.

Соли и Хелька коротко переглянулись. Командир кивнул.

«Мероншох. Как шорох земли, сыплющейся на крышку гроба», – думал Анемед, трясясь в телеге, едущей в сторону Афалины. Его ноги сбились в кровь, белая кожа обгорела на солнце.

Но на груди он чувствовал прохладный амулет, а под туникой стальной шар – подарок Мероншоха, призванный разить врагов.

Скитаясь по Лысым холмам, альбинос попробовал применить его. Он запустил шар прямо в небо, и тот с первого раза сбил чайку. В перьях и крови, лежала она на склоне холма и умирала. Но у юноши не было с собой огня, и он не собирался её есть.

На второй день скитаний ему удалось выйти на дорогу, и его подобрал торговец, едущий с семьёй из Гейзерграда. Увидев оборванного, грязного юношу со странными белыми волосами и бровями, он не побрезговал и взял его на телегу. Накануне праздника отцов-мореплавателей негоже отказывать путникам. К тому же моряки с южных островов будто бы говорили, что встретить такого вот «беляка» – к удаче.

Путники были утомлены жарой и вопросов не задавали. И к лучшему, потому что весь путь до Афалины Анемеда мучили голоса. То гнусавые наставления ментори, то таинственный шёпот, который только и повторял: «Мероншох, Мероншох, Мероншох…»

На четвёртый день Анемед заметил белый город на море и крепче сжал под туникой смертоносный шар.

Он чувствовал – его враги здесь. Но его собственный голос, ставший таким слабым и едва слышным, всё ещё возражал: «А мои ли это враги?»

«Мероншох. Как удар плети, развернувшейся в воздухе, – думал Ахти, пробуя грозное имя на вкус. – Всё, чего он касается, причиняет боль».

Хмурясь, мальчик шёл обратно к главным воротам, чтобы покинуть душный город.

За золотое колечко, которое ему подарил Ориоль, он мог бы сесть на корабль и перебраться через Горькое море. Но разве Мероншох – враг одних лишь кулкури? Или только афалинцев? Он и его враг.

Из-за его козней пала Зелёная Пирамида. Из-за него, не выдержав позора, приняла смерть его мать – главная защитница твердыни. Не сумела разглядеть заговор, приняла яд.

Только сейчас Ахти понял, как горько ей было от этого предательства. И если он когда-нибудь окажется на её месте и будет стеречь рубежи, то прежде найдёт и казнит врага внутреннего, а уж после – внешнего. Хотя что́ теперь защищать?..

Он вытащил из кармана колечко и подумал, что и правда мог бы всё это бросить. Ничего его больше не держало в Таурусе. Даже с Лемпи он простился…

Из переулка кто-то выскочил и сбил его с ног. Ахти вскрикнул и плюхнулся на землю. Колечко звякнуло о тротуар и покатилось.

Ахти сощурился и прикрылся рукой – прямо перед ним возникла взъерошенная голова мальчишки, его ровесника. Смуглое лунообразное лицо, тёмные немытые волосы и глаза с чуть скошенными веками, удивительно