Воины Пустошей Хаоса - Клинт Ли Вернер

долго, что теперь, когда у них в руках оказалась собственная свобода, никто из них даже не осознал этого. Кем бы они ни были когда-то — норсами, курганами или южанами, — теперь все они стали одинаковы и являлись скотом. Эйнар презрительно сплюнул на пол кухни и протолкался сквозь тупую безмолвную толпу. Лучше уж с хохотом бежать в объятия смерти, чем цепляться за столь жалкое подобие жизни.

Эйнар продолжил путь через лагерь. Он видел воинов-эслингов, бродивших вдоль деревьев, росших у подножия утеса. Эслинги хлестали и подгоняли замешкавшихся рабов. Эти воины были гигантами по человеческим меркам, могучее телосложение выделяло их даже на таком расстоянии. Их тела были закованы в металлические доспехи, головы увенчаны рогатыми шлемами. Пояса оттягивали топоры и мечи, а за спиной у каждого воина висел толстый щит. Эйнар ощутил промелькнувшую искорку страха. В лагере оказалось больше эслингов, чем он рассчитывал. По меньшей мере пятеро двигались вдоль леса, и еще четверо присматривали за рабами у подножия утеса. Даже если он атакует очень быстро и перебьет всех эслингов в кузнице, вскоре на него набросятся охранники карьера. При таком количестве противников смерть, которая не посрамит предков, стала бы лучшим выходом, на который мог надеяться Эйнар. Возможно, старая ведьма была права, и следовало поискать другой спуск.

Миг сомнений миновал, сожженный непреодолимой убежденностью Эйнара в том, что сюда его действительно привел Тчар. Берсонлинг находился в верном месте. Как бы сильны ни были эслинги, Тчар намного сильнее. Что может случиться с избранным, если его ведет сила бога? Разве не он еще совсем недавно собирался идти через земли эслингов до тех пор, пока один из них не убьет его? Какая разница, погибнет он здесь или в какой-нибудь деревне с залитым эслингской кровью топором в руках?

Решимость наполнила Эйнара, и он подобрался поближе к чашеобразному углублению, в котором располагалась кузница эслингов. Он продемонстрирует Тчару свою силу, явит всю глубину своего мужества и убеждения. Покажет Тчару, что ничто не может встать между ним и наградой, обещанной богом.

Когда Эйнар собирался обогнуть кузницу, чтобы добраться до кузнеца и огромного зверя, по лагерю пронесся резкий звериный вой. Вслед ему зазвенела сталь и послышались курганские ругательства. Оргрим устал ждать.

В кузнице начался переполох. Два крепких эслинга выскочили из своего похожего на нору укрытия, сжимая в волосатых руках топоры устрашающего вида. Из другой норы высунулась широкоплечая приземистая фигура в чешуйчатых доспехах из вороненой стали и кожи. Облаченный в черное коротышка сжимал в руках массивное двуручное оружие, похожее одновременно на топор, кувалду и кирку. Повернув увенчанную шлемом голову в сторону Эйнара, он распахнул рот, издав отвратительное шипение.

Из-за кузницы донесся оглушительный рев, и Эйнар почувствовал, как тает его решимость: огромный огр проснулся с гневным ревом и встал на своих слоновьих ногах. Почти вдвое выше человека, с руками толщиной с туловище Эйнара, это был самый большой огр, которого когда-либо доводилось видеть норсу. Дыхание богов сильно повлияло на него: с его плеч на мир злобно смотрела пара отвратительных голов, огромные бивни, закручиваясь спиралью, вырастали из нижних челюстей. В центре туловища монстра росла третья рука: толстые пальцы царапали мрак. Огр был облачен в рваные меха и тряпки, которые едва прикрывали волосатое уродливое тело.

Эйнар не успел подробнее рассмотреть чудовище: охранники-эслинги уже ринулись на него с воинственным кличем. За ними двинулся зловещий мастер-кузнец, сжимая закованными в броню руками свое причудливое оружие. Казалось, кузнец был рад тому, что его охранники первыми подступили к Эйнару, и не торопился добраться до противника раньше них.

Первый эслинг ударил Эйнара топором в живот, попытавшись выпотрошить берсонлинга. Эйнар блокировал атаку топором, но не успел отомстить, вынужденный уворачиваться от устремившегося ему в шею топора другого телохранителя. Эслинги засмеялись и атаковали вдвоем, попытавшись прижать Эйнара к стене обрыва: слаженная атака двух эслингов вынуждала Эйнара уйти в оборону, не оставляя возможности для атаки. Эйнар слышал доносящиеся из карьера крики и понимал, что скоро и другие эслинги доберутся до кузницы. Стражам не нужно было торопиться, достаточно было сдержать Эйнара до того момента, как подоспеют сородичи.

Острая колющая боль пронзила бок Эйнара. Отшатнувшись, воин ахнул и едва не налетел на топор эслинга. Он увидел облаченного в доспехи зловещего кузнеца и его странное оружие: острие на конце блестело от крови. Кузнец рассмеялся под стальной маской шлема, и в этом смехе Эйнар услышал садистское удовольствие. Эслинги засмеялись, вторя кузнецу, и снова атаковали Эйнара, засверкав топорами в ночи. И вновь берсонлинг ничего не смог противопоставить их скорости и слаженности. Парируя их выпады, он ощутил, как теперь уже в бедро вонзилось острие оружия кузнеца. Эйнар заставил себя стоять, хотя нога вспыхнула болью, а сапог стал наполняться кровью. Он знал, что эслинги прикончат его в считаные мгновения, если он проявит хоть малейшую слабость.

Эслинги приготовились к новой атаке. Они были полны уверенности, а воинственные крики, доносящиеся со стороны каменоломни, свидетельствовали о том, подкрепление на подходе. Эйнар видел прячущиеся за кровавыми бородами улыбки эслингов, которые приготовились изрубить его своими топорами. Но внезапно на мародеров пала огромная тень, и ухмылки сползли с их лиц. Эйнар увидел, как расширились от ужаса глаза одного из них, но это видение тут же исчезло: огромная рука сомкнулась на голове эслинга, превратив ее в кровавую кашу. Огр потянулся ко второму эслингу, вынуждая охранника отпрыгнуть.

Из-за этого маневра человек оказался в зоне действия оружия Эйнара, и берсонлинг не упустил шанса, рубанув мародера по спине, словно срезая деревце. Человек завопил и рухнул в смешанный с сажей снег. Крик оборвался, когда на голову упавшему наступила огромная ступня огра. Уворачиваясь от атак стражников, Эйнар медленно продвигался над впадиной, приближаясь к кузнице, пока не оказался совсем рядом с тлеющим горном. Огр терпеливо дожидался, пока воины эслингов приблизятся, а когда они оказались в пределах его досягаемости, приступил к делу. Огр пристально посмотрел на Эйнара своими четырьмя подслеповатыми глазами, и на его отвратительных лицах появилось выжидательное выражение. Эйнар увидел на руках и ногах огра цепи, которыми тот был прикован к кузнице. По лицу Эйнара расплылась жестокая улыбка, и он кивнул существу.

Разгадав намерение Эйнара, кузнец-коротышка бросился на берсонлинга с топором-булавой, вопя во всю глотку. Когда кузнец атаковал, Эйнар развернулся, ударив по куполу его шлема. Отшатнувшись, кузнец смахнул с глаз кровь и снова заорал. На этот раз ответом на его рев стали низкие голоса эслингов, и Эйнар увидел, как над