"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

Морткина вывезут из России. После этого его можно считать погибшим. Из Британии его не достать. Можно отомстить, можно убить всех фигурантов этой операции, даже руководителя русского отдела SIS, но умнейшего и вернейшего человека это не вернёт. А потом будет всё, что я вам описал: утраченный приоритет, упущенная прибыль, потеря статуса, утрата секретной информации… Впрочем, хватит терять время на разговоры. Действуйте, подполковник.

Глава 21

В тамбовском особняке Теншевых кипела жизнь. Слуги, взбодрённые хозяином, шустрили по дому, плотник вставлял выбитое стекло. В столовой на большом столе была развёрнута карта Тамбова и окрестностей. Над ней склонились помимо самого Тенишева начальник его охраны, командир группы быстрого реагирования и доморощенный сыщик Евгений Шнидт.

Женя попал в эту компанию по двум причинам: он сумел вычислить и поймать саботажника в день первого полёта «Лебедя». А кроме того, сумел попасться отбывающему князю на глаза. Тот решил, что эта встреча не случайна и сделал своё предложение. А Женя согласился.

— Вот здесь произошло убийство немецкого резидента, — князь поставил на карте отметку. — А вот злосчастный бар.

Остро отточенный карандаш царапнул карту, обводя дом кружком.

— Думаю, — уверенно сказал начальник охраны, — нападение на князя Морткина произошло спонтанно, а основной целью диверсантов прошедшей ночью был Езерский. Если факт работы Езерского на немецкую разведку был известен жандармам, англичане могли тоже быть в курсе. Могли элементарно проследить за графом и, в итоге, забрать добычу. В пользу этой версии говорит и то, что выбор княжны — я имею в виду питейное заведение — был случаен.

— Тогда как британцы сумели найти князя? — спросил командир ГБР

— Мобили, — произнёс Женя Шнидт. — И у Варвары Владимировны, и у Андрея Егоровича очень приметные мобили. Я уверен, англичане просто ехали мимо. Но, увидев машины, провели разведку и устроили удачную для них импровизацию.

— Согласен, — кивнул начальник охраны.

— Тогда выходит… — Тенишев прочертил тонкую волосяную линию от места убийства через бар до окраины Тамбова, — они ехали в эту сторону. Но куда именно?

— Скорее всего, на некую базу, — предположил командир ГБР. — Судя по следам у бара, изначально у британцев имелось две машины. Какая-то из «эмилий» и, если судить по рисунку протектора шин, «бугатти». Спрятать «бугатти» в городе проблематично. Машина приметная, все знают, кому она принадлежит. Кроме того, они забрали «Молнию» князя Морткина и машин стало три. Так что-либо диверсанты ехали на окраину Тамбова, где у них загодя был арендован дом с обширным двором, либо за город. Не удивлюсь, если у них две базы. Одна — оперативная, в черте города, другая — для ухода после выполнения задачи.

Князь внимательно посмотрел на карту.

— В этом районе дворов, способных вместить три мобиля, нет.

— Позвольте, — подал голос Женя Шнидт. — Совершенно случайно я два года назад узнал о существовании небольшого хутора вот здесь.

Он указал место на карте в нескольких милях от городской черты.

— Посмотрите: в эту сторону за город ведет только одна дорога, на московский тракт. От неё примерно здесь, — он снова тыкнул в карту, — отходит просёлок, ведущий к хутору. Считаю, что это достаточное основание для проверки.

Тенишев глянул на командира группы реагирования. Тот молча кивнул и прошел в соседнюю комнату. Прозвучали быстрые команды, затопали каблуки тяжелых ботинок. Один за другим два мощных мобиля сорвались с места и скрылись в предутренней тьме.

Затрезвонил телефон, перенесённый в столовую из прихожей. Князь снял трубку.

— Ваше сиятельство! — раздался искаженный помехами голос, — говорит начальник сыскного отдела полиции. Мои ребята нашли свидетеля, который видел три мобиля, проехавшие один за другим в северо-западном направлении к выезду из города. Описать мобили свидетель затруднился, но утверждает, что на одном из них была нарисована птица.

— Где это произошло?

Полицейский назвал улицу.

— Подождите секунду.

Тенишев метнулся к карте, нашел названный адрес. Улица шла как раз в предсказанном направлении. Вернулся к телефону:

— Вы с транспортом? Замечательно. В таком случае прошу доехать до развилки на московский тракт. Сейчас в ту сторону на двух фургонах выехали мои люди. Большая просьба никого кроме них на просёлок не пускать. Как вы их узнаете? По эмблеме на дверцах грузовиков. Ну и если увидите кавалькаду с разрисованным мобилем… Да, конечно. Заранее благодарен. За мной долг. И не спорьте, вам не по статусу спорить с целым князем.

— Господа! — провозгласил князь, вернувшись к карте. — Кажется, мы сумели угадать верное направление. Если мы не ошиблись в своих предположениях, у нас в руках появятся и доказательства, и новая информация. Думаю, известия поступят примерно через час-полтора. А пока нам остаётся отдыхать и ждать новостей. У телефона я оставлю слугу. Сейчас вас проводят в комнаты и, если пожелаете, накормят.

Начальник охраны и Женя Клейст ушли в сопровождении слуг. Князь тоже поднялся к себе. Ложиться в кровать не стал, лишь скинул парадный костюм и заменил его на более практичную одежду. Прилёг на диване, какое-то время поворочался, но сон всё не шел. Помаявшись так с полчаса, поднялся и вернулся в столовую. Сдвинул карту и попросил слугу приготовить чай, добавив к нему выпечку, если таковая в доме имеется. Сел на своё место и приготовился ждать.

Слуга вернулся быстро, пяти минут не прошло. Выставил перед князем чашку с чаем и блюдо с остывшими уже булками. Но не успел он одолеть первую, как в столовую вошла Варвара.

— Доброе… наверное, уже утро, — поздоровалась она.

Тенишев глянул на мутную сереющую пелену за окном и согласился:

— Утро. Чай будешь?

Сидевший у телефона слуга поднялся было на ноги, но князь махнул рукой:

— Ступай, теперь уж мы сами.

— Как прикажете, — поклонился слуга и вышел.

Варя и вправду прекрасно справилась сама, причём намного лучше. Не прошло и пятнадцати минут, как на столе появились сыр, ветчина, сливочное масло, большой чайник с кипятком и поменьше с заваркой, а подогретые булки заполнили столовую аппетитнейшим запахом. Девушка подлила чаю отцу, наполнила свою кружку и по привычке села по левую руку от места главы.

Некоторое время она просто ела. Мазала булки маслом, накладывала сыр и ветчину. Наплевав на этикет, откусывала большие куски, запивала всё это сладким чаем. Князь занимался тем же самым. Насытившись, отец и дочь просто налили себе по чашке чая и