"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

За окном ещё немного посветлело.

— Как ты? — спросил Тенишев.

На самом деле, он спрашивал: «Как ты перенесла всё это», и Варвара прекрасно его поняла.

— На удивление спокойно. Только не сразу отреагировала, иначе каждый из британцев получил бы по пуле, а некоторые даже две.

— Я знаю, — улыбнулся князь, — ты храбрая девочка.

Он протянул руку и взъерошил дочери волосы. Та улыбнулась, согретая отцовской лаской. Потом кинула взгляд на карту, увидела карандашные пометки:

— Вы что-то сумели выяснить?

— Скорее, выдвинули правдоподобные предположения. Сейчас группа быстрого реагирования проверяет их. Думаю, примерно через полчаса будем знать больше.

Варя помолчала, глядя в свою чашку, потом подняла взгляд на отца.

— Скажи, Андрей жив?

— Это лучше у тебя спрашивать, — парировал Тенишев. — Если бы его хотели убить, убили бы в том самом баре. Просто расстреляли вчетвером вас обоих. Ты бы даже не успела потянуться за оружием. Как они его взяли?

— Та девка, что я позже подстрелила, воткнула ему в плечо шприц с неизвестной дрянью. Андрей сразу потерял сознание. Двое громил тут же подскочили и вытащили его на улицу. Эта шлюха тоже ушла бы невредимой, но задержалась. Хотела мне что-то сказать, но не успела: я к тому времени уже вышла из ступора. Я даже подумать не могла, что мне в моём городе что-то может угрожать.

— Тебе — нет, — согласился Тенишев. — А вот Андрею… Думаю, он изначально был их целью. Но в последнее время достать его трудно, вся его жизнь проходит между работой и пансионом. Видишь, у него даже нет своего дома. Ему просто некогда этим заниматься. Да и незачем, если подумать. Жить в одиночестве можно где угодно. А дом предполагает наличие домашних и, в первую очередь, женщины.

— Ты хочешь сказать, если бы он не поехал за мной, то ничего бы не произошло?

— Произошло бы. Не сейчас, не в том баре, но рано или поздно англичане бы его подловили. Или подстроили бы ситуацию, выманили из дома. Неспроста у них в группе была женщина. Она запросто могла бы сыграть роль медовой ловушки.

— Она и сейчас пыталась. Но Андрей грубо её обругал. Видел бы ты, как она взбесилась! Наверное, это меня и привело в чувство.

— Что ж, ты сполна с ней расплатилась.

Варя спокойно кивнула. Потом задумалась о чём-то и спустя минуту неожиданно спросила:

— Скажи, а месть — она обязательна?

— Месть? — удивился Тенишев.

— Ну ответ на удар, на нападение.

Князь в свою очередь задумался.

— Чаще всего, да, обязательна, — сказал он, в конце концов. — Если тебя ударили, а ты не ударил в ответ, тебя начнут считать слабаком. А слабаков начинают бить все, кому не лень. Поэтому нельзя спускать подобное, иначе каждый начнёт пробовать тебя на прочность. Лучше размотать одного в кровавую кашу, зато все остальные будут уважать и бояться.

— И ты собираешься мстить британской короне?

— Ну нет, — рассмеялся Тенишев, — это не мой уровень. Претензии короне будет предъявлять император с подачи жандармов. А вот поймать и показательно выпороть исполнителей — это как раз мне доступно. И это будет очень хорошо и для моей репутации, и для острастки всем другим прочим. Только нужно позаботиться, чтобы саквояж с чертежами попал в Британию. Со стрельбой, с риском, с огромным трудом. Чтобы не было сомнения в достоверности чертежей.

— Те самые, из моего сейфа? — понимающе спросила Варя.

— Те самые, да.

Княжна кровожадно улыбнулась и тут же помрачнела, захваченная очередными мыслями.

— Пап, скажи: если месть обязательна, то Алексу…

Её голос дрогнул, выдавая душевное напряжение. Князь в упор посмотрел на неё:

— А вот это, дочь, уже твоё личное дело. Граф Езерский не навредил нашему роду, просто не успел. Но поскольку он работал на германскую разведку, то разведка и ответит. Уже ответила: их резидент сейчас отдыхает в морге. А вот сколько спросить с Езерского за себя, за растоптанные чувства, за разбитое сердце и спрашивать ли вообще, ты должна решить сама. В этой части истории ты — самая пострадавшая сторона. Но тут, на мой взгляд, от «закона мести» можно отступить. Ты — не игрок. Пока ещё не игрок. И на род в целом итог ваших отношений если даже повлияет, то незначительно. Разве что репутация твоя среди потенциальных женихов несколько упадёт. Но возможное приданое перевесит любые сомнения.

Разговор прервало резкое дребезжание телефона. Князь бодро соскочил со стула и почти бегом кинулся к аппарату.

— Слушаю!

— Ваше сиятельство! — узнали его на той стороне провода, — всё подтвердилось. На хуторе действительно была организована база британской разведки. Сейчас здесь только испорченная «Эмилия», раненная агентесса и врач, который делал ей операцию. Остальные, судя по следам, ушли на север — северо-запад.

— От девки что-то удалось узнать?

— Никак нет. Она ещё не пришла в себя после операции.

— Доктор наш или английский?

— Наш. Наняли сегодня ночью для ухода за пациенткой с условием не покидать хутора до полного излечения девицы.

Тенишев долго не раздумывал:

— Везите её вместе с доктором ко мне в особняк. Что? Доктор возражает? Плевать. Сдохнет девка — туда ей и дорога. Если выживет, будем допрашивать. Ну а хутор выпотрошите: тайники, следы, вся мелочёвка — сами знаете. Сколько вам потребуется? Хорошо, к полудню жду вас на доклад.

Едва князь положил трубку, как телефон снова зазвонил.

— Особняк Тенишевых!

— Ваше сиятельство! Это вновь начальник сыскного отдела. Ваших людей мы на просёлок пропустили, после чего я пост снял. За время дежурства с московского тракта никто не сворачивал.

— Понятно. Спасибо. У вас когда заканчивается рабочий день? Уже? Тогда приезжайте ко мне. Вы, несомненно, заслужили поощрение.

Через час в столовой появился полицейский. Раскрасневшийся с мороза, распространяющий вокруг себя волну холода.

— Присаживайтесь, инспектор, — пригласил Тенишев. — Выпьете?

— Разве что немного. Мне предстоит писать рапорт начальству, и лишние граммы, не говоря уж о градусах, помешают.

— Похвально. Тогда вот вам рюмка коньяку, вот чашка чаю и бутерброды к ней. А вот моя личная благодарность. Берите, инспектор, я знаю размер вашего жалования. Да и подчинённых поощрите, уже от себя лично. Лучше расскажите, не было ли каких странностей, мелочей, чего-то необычного?

— Как не было, — оживился полицейский, —