"Фантастика 2026-178". Компиляция. Книги 1-22 - Екатерина Насута

конечно было. Со стороны хутора на тракт следы видели. Парная колея. Для саней слишком широкие полозья, для лыж — слишком большое расстояние меж колеями. Прошло минимум два таких аппарата. Может, и больше, но точно не скажу: снег многое засыпал. Но помимо саней выехали два мобиля. Примерно за час-другой до моего появления.

* * *

Питер Олдридж был в гневе. Как обычно. Все происходило как обычно. Начальство придумало блестящую идею и, в восторге от собственной гениальности, отправило подчинённых воплощать эту идею в жизнь. И всё бы ничего, если бы задание не было связано со смертельным риском посреди насквозь промороженной России, с их чёртовыми снегами.

Он, если честно, надеялся, что сэр Перси, имея личную заинтересованность в максимально полном успехе операции, поспособствует в плане обеспечения. Хотя бы позволит взять несколько действительно хороших специалистов. А в реальности всё вышло иначе.

Элис, конечно, отрабатывала свои гонорары на сто процентов. Но была у неё нехорошая черта: своеволие. С Езерским она неплохо начудила: закинула ключи от мобиля под машину. Вышло, конечно, неплохо, но сам факт Питера насторожил. Незначительный и глупый, в общем, поступок Езерского вызвал у Элис приступ ярости. Что уж говорить о Морткине, который без стеснения назвал девушку шлюхой. Правда, наряд и макияж её красноречиво говорили именно об этом. Потому она и задержалась — высказаться напоследок. Потому и лежит сейчас на заброшенной ферме и неизвестно: то ли выживет, то ли нет.

Как ни хороши О’Гилли и МакКолин в качестве боевиков, но по возвращении Питер Олдридж решил вычеркнуть их из своей группы. Уж больно жадными оказались эти парни. Вцепились в трофейные мобили как собака в мясную кость. И никак не желают понимать, что их упрямство может стоить всем если не жизни, то, по меньшей мере, денег, которые они не получат, если задача не будет выполнена. Питер чуть не пристрелил О’Гилли, когда тот потребовал взять сломавшийся «Бугатти» на буксир.

Русская «Молния», на удивление оказалась покрепче, да, к тому же, у неё были особые шины с глубоким протектором, хорошо показавшие себя на снегу. Может, если бы скорость колонны была выше, Питер и её приказал бросить. Но шли удручающе медленно, не пятнадцати-двадцати английских миль в час. И опять из-за начальства.

Аэромобили, так понравившиеся сэру Перси, были, конечно неплохи. По снегу и льду они шли вполне уверенно. Но январской ночью, когда сверху сыплет густой снег, воздушный винт за кормой аппарата создаёт могучий снежный буран. И мобиль, идущий позади, не видит ни огней переднего экипажа, ни колеи, которую аэромобиль сам же заметает летящим от винта снегом.

После первой сотни метров «Молнию» пустили вперёд, и она исправно шла без особых проблем. Даже ни разу не застревала. А вот замыкающие аэросани несколько раз чуть не потеряли. На такой скорости график движения летел к чёрту. Они планировали к утру дойти до следующей базы? Глупости! До рассвета колонна едва-едва вышла за границы Тамбовской губернии. Люди, всю ночь не спавшие, измучились. Всем требовалась передышка.

Питер Олдридж скомандовал остановку. Не выключая паровиков, чтобы не замёрзнуть в салонах машин, люди наскоро перекусили и легли отдыхать. Спали четыре часа. Потом Питер безжалостно всех разбудил и вновь погнал в серую снежную кутерьму.

Глава 22

Элис Кроуфорд очнулась в полутьме. За окном завывал ветер, где-то за головой, так, что не посмотреть, слышалось тихое дыхание. В свежем воздухе на фоне лёгкого аромата дорогих духов царили запахи превосходного кофе и свежей выпечки с нотками корицы и ванили. От этого и сама Элис захотела есть. Да так сильно, что желудок свело голодными спазмами. Его рычание в тишине комнаты прозвучало непростительно громко, совершенно неподобающе приличной девушке из хорошей семьи.

Практически сразу же накатили воспоминания: захудалый бар, бойцы её группы, мерзавец, обозвавший её шлюхой, грохот выстрелов и сразу же резкая боль в теле. А потом — темнота. Воспоминания пробудили тревогу: где она сейчас? У друзей? У врагов?

Эти мысли заглушили чувство голода. Элис пошевелила руками: свободны. Принялась ощупывать себя и обнаружила, что лежит совершенно нагой под одной лишь простынёй. В нескольких местах обнаружились повязки. Это несколько ободряло: раз лечат, убивать не собираются. Но на главный вопрос — друзья или враги — ответа не давало.

Видимо, шорох, издаваемый Элис при самообследовании, привлёк внимание сиделки. Дыхание в изголовье стихло, сменившись скрипом стула. Тёмный силуэт промелькнул на фоне тусклого окна. Легкие женские шаги замерли у входной двери, а потом под потолком вспыхнула ярким светом электрическая лампа под изящным дорогим абажуром.

Элис зажмурилась, ослеплённая внезапным переходом от тьмы к свету. А когда проморгалась, в комнату входила та самая девка из бара, княжна Тенишева. Девка хищно ухмыльнулась и — где только нахваталась дешевых жестов — провела большим пальцем по горлу, обозначая перспективы леди Кроуфорд.

Всё-таки враги! Элис рванулась было с кровати, но тело предало свою хозяйку. Невыносимая боль сразу во многих местах — это не самое страшное. Страшно то, что правая сторона вообще отказалась повиноваться. С мучительным стоном пленница рухнула обратно. Девка Тенишева подошла и прежде, чем вернуть на место простыню, внимательно поглядела на обнаженное тело шпионки. Довольно улыбнулась, прикрыла Элис от нескромных взглядов и вернулась на своё место.

За дверью раздались шаги, на этот раз тяжелые мужские. Вошел сутуловатый немолодой мужчина с саквояжем, по виду которого профессия определялась в два счёта. А следом… тоже немолодой, но прямой, сильный, большой, в дорогом, хоть и явно домашнем, костюме. Можно было не глядеть на родовой перстень с монограммой «Т», чтобы догадаться: сам князь Тенишев.

Доктор с профессиональным равнодушием откинул простыню, изучил состояние повязок. Осмотрел свою пациентку, оценил её общее состояние и, повинуясь указанию князя, вышел.

Князь внимательно поглядел на Элис, и от его взгляда ей стало не по себе. Так мясник глядит на свиную тушу, прикидывая, как ловчее будет её разделать.

— Вы назовёте своё имя? — неожиданно спросил Тенишев.

Он говорил спокойно, сухо, по-деловому. Элис в ответ гордо промолчала.

— Тем хуже для вас. Мне нужны сведения, которые помогут спасти моего человека из рук ваших приятелей-бандитов. У вас четверть часа на раздумья. Если вы согласитесь, останетесь в моём доме до выздоровления, после чего навсегда покинете Россию с другим именем и достаточной для скромной жизни суммой. Иначе я отдам вас контрразведке, и вы в любом случае расскажете всё. Но уже никуда не поедете. Разве что в кузове грузовика