Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

— С госпожой Шанской мы на паях открываем прачечную, — любезно сообщила я. — Это никакой не секрет, можете спросить у тети. Болит. Я всю ночь сидела с этим дурацким платьем. Не думайте, что только с магией. Свежие чернила прекрасно выводятся с помощью горячей воды и горчицы. Взгляните на мои руки — все в ожогах.

И я доверчиво раскрыла перед дознавателем ладони.

Сам напросился. Обмолвился, что неравнодушен ко мне — и я не могла не воспользоваться моментом. Я все же женщина, и женщина с мозгами. Не стоит меня недооценивать.

Глава 14

О дознавателях

Гор осторожно прикоснулся пальцами к ожогам и нахмурился.

— Вы странная женщина, Марта. Необычная. Нельзя же быть такой вот…

— Можно, — тихо ответила я, пожимая плечами и морщась. — Мое право как женщины, как брошенной невесты — помочь в такой ситуации.

— Послушайте…

— Да?

— Я очень боюсь показаться вам навязчивым и даже наглым…

Началось. Сейчас что-то будет просить.

— Я умею делать массаж.

— Что? — испугалась я.

— Массаж. Помогу вам с шеей, станет легче, обещаю.

— И откуда такие познания? — совершенно растерялась я, не зная, что на это ответить.

— Это секрет. Но если вы позволите…

Я кивнула. Не думаю, что он мне навредит. Что же касается репутации… меня сегодня забрали в полицейский участок. Меня, княжну Снежину! Куда уж хуже? Маменька бы уже билась в истерике…

Гор встал за моей спиной, опустил руки мне на плечи и нажал большими пальцами на шейные позвонки. Что-то хрустнуло, но боли не было.

— Я в юности участвовал в подпольных боях. Там научился вправлять кости.

— Что? — изумилась я. — Ну нет! Вы лжете!

— Вовсе нет, все так и было, — бархатный смех за моей спиной, сильные пальцы разминают шею и плечи, да так сладко, что я с трудом сдерживаю стон блаженства. До чего ж хорошо! — Я был таким дураком…

— Ваш отец знает?

— Конечно, нет. Он бы меня прибил. Так не больно?

— Вовсе нет. Вы маг?

— Разумеется. Природник. Не целитель.

Надо же! Мужчина меня трогает, и весьма интимно. За шею, за плечи — хоть и через одежду. И небо на землю не упало, и я даже не краснею и не падаю в обморок от омерзения.

Да, Гор определенно мог бы стать для меня морковкой.

— Вы выигрывали бои? — разбиваю я вязкую, неловкую тишину.

— Когда как. Иногда побеждал, иногда был бит.

— И для чего вы это делали?

— Я же — сын полицейского. Более того, самого главного полицейского в Большеграде. Отец у меня строгий, даже суровый. Я был счастлив делать то, что он точно бы не одобрил. Это было весело. Ну, и деньги платили неплохие.

— Но ведь ссадины… синяки…

— Отцу я говорил, что дрался с мальчишками. Он злился, но не так, чтобы сильно.

— Но вы ведь все равно стали порядочным гражданином?

Гор, который мне раскрыл свой секрет, оказался вдруг близким и понятным. Он был похож на меня.

— О, меня поймали, — тихо засмеялся дознаватель. — Господин Туманов… слышали про него? Он искал подпольные клубы по всему Югу. Нашел и наш однажды.

Кто же не слышал про господина Туманова? Его звезда стремительно взошла на небосводе Севера. Сам государь называл его верным другом. Я встречала Туманова при дворе, но представлена ему не была.

— Говорят, он суров, но справедлив?

— Верно. Он знал моего отца и меня тоже узнал. Выписал пару оплеух и прогнал прочь. Сказал, что еще раз встретит — лично придушит. Отцу меня не выдал.

— Могло быть и хуже.

— Это уж точно, — Гор отпустил меня и обошел, усаживаясь за стол. — Мне очень повезло, хоть я и понял это не сразу. Продолжим? Почему не пьете чай?

— Не доверяю, — честно ответила я.

— Зря. Я не стал бы травить… вас.

Эта маленькая пауза окончательно убедила меня в том, что пить я больше не хочу.

— Продолжим? — предложила я. — Итак, я почистила платье Альмиры, это было ужасно сложно. Спросите служанок — они убирали тазики с водой и чернилами.

— И все же вы использовали магию без разрешения на то.

— Я использую ее ежедневно, господин дознаватель. Чищу свою одежду и обувь. Одежду детей. Порой мою пол без воды и тряпки. Это не запрещено.

— Семья — это семья.

— Считайте, что Альмира — моя подруга, — вздохнула я. — Кстати, я сомневаюсь, что ваша служба задала хоть один вопрос голове. Что за манеры — обвинять в глупых преступлениях самых беззащитных? Вдов, сирот… студентов?

— Не понял, при чем здесь голова? Он знал, что вы маг? Тогда да, мы вызовем его как свидетеля.

— Когда объявили о смерти государыни? — я кивнула на портрет с черным крепом. — На следующий день после свадьбы, верно?

— Да, ранним утром. А при чем здесь это?

— Государыня умерла на день раньше. Весть об этом была отправлена голове через зеркалограф. Траур должен был начаться ровно в день свадьбы.

— Откуда вы знаете? — прищурился Гор. — Если это клевета…

— Мне сообщил Асур Синегорский. Он в дружеских отношениях с князем Озеровым. Вам интересно, что какая-то вдова по доброте душевной почистила платье невесты. А к той, что коварно и подло испортила фамильный наряд, вопросов нет? А кто-то и вовсе посмел кощунственно умолчать о смерти самой государыни — и ради чего? Ради свадьбы! Это не пахнет государственной изменой, господин дознаватель?

— Был праздник, издалека собрались высокие гости, — пробормотал Гор смущенно. — Гулял весь Большеград. Я могу понять Белянского. Но… вы правы. Подобное недопустимо. Будет скандал.

Я усмехнулась. Месть, конечно, глупая и даже нелепая. Лично мне голова ничего плохого не сделал. За что я на него обиделась? Может, за то, что он не сказал ни слова в мою защиту? Вряд ли он не знал про всю эту ситуацию. Уверена, что ему стоило приказать — и дознаватели закрыли глаза на эту вольность. Тем более, денег мне и вправду не дали. И вряд ли теперь дадут.

— А что будет со мной?

— Подождем возвращения госпожи Альмиры из свадебного путешествия и вызовем ее как свидетельницу. Пока же вы свободны. Я записал все, что вы сказали. Читать умеете? Подписать сможете?

Врать в полицейском кабинете — задумка весьма опасная, и я нехотя созналась:

— Умею. Подпишу.

— Прекрасно, — в глазах Гора мелькнуло что-то непонятное, даже торжествующее. — Кстати, вы должны мне прогулку в парке.

— Верно. Но теперь уж после получения патента. Мне нужно готовиться к экзаменам.

— Я подожду.

Он протянул мне листок. Я быстро пробежалась