Система: Код Чёрного Свидетеля — Каждому спасению назначена жертва 1 книга - Лидия Касьянова

— Сердечник выбрал Дневник?

— Вы открыли канал насильно. Атлас использовал доступный носитель.

— Можно извлечь его без вреда?

— После восстановления права Дневника закрывать доступ.

— Как?

— Нурменгард даст формулу, предмет — временное соединение. Ни одно не создаст доверия.

— Я не спрашивал о доверии.

— Поэтому и произнёс это слово.

След исчез, оставив сломанный циркуль с надписью:

«Расстояние измеряется тем, что приходится отрицать».

Комплекс сжался за ними и превратился в кладовую. Под плащом Дневник шевельнулся, а на обложке появилась дверь и слово «Нурменгард».

Алексей коснулся линии, и она исчезла.

— Почему?

— Ты попытался использовать маршрут как нейтральный инструмент.

— Что требуется?

— Назвать причину.

— Я иду за формулой и предметом.

— Это цель.

Элина остановилась впереди.

— Какой связи с Нурменгардом у тебя ещё нет?

Алексей посмотрел на книгу.

— Я иду туда, потому что после того, что сделал, не могу требовать от Дневника сотрудничества. Мне нужен способ соединить наши структуры без подчинения одной другой.

Линия появилась снова.

— Этого достаточно для маршрута, — сказал Дневник. — Недостаточно для прощения.

— Я не требовал прощения.

— Пока.

Элина подошла ближе.

— Когда выберемся, отдашь Дневник мне. Я положу его в комнате, а ты останешься за дверью, пока он сам не решит открыться.

— Атлас внутри него. Система может вмешаться.

— Тогда стой рядом и спорь с Системой. В комнату не войдёшь.

— Ты не удержишь меня.

— Верно. Поэтому проверю, способен ли ты остановиться без принуждения.

После паузы Алексей ответил:

— Хорошо.

Дневник промолчал, но линия к Нурменгарду сохранилась.

В библиотеке Элина протянула руки.

— Давай.

Повреждённый корешок разошёлся, и на стол упал пустой лист. Том передал книгу.

— До комнаты я понесу её сама, — сказала Элина. — Ты пойдёшь сзади.

— Хорошо.

— Не рядом.

— Я услышал.

— Ты часто слышишь и всё равно поступаешь по-своему.

— Сейчас пойду сзади.

В коридоре между ними оставалось четыре шага. Дневник приоткрылся в руках Элины.

— Он что-то показывает? — спросил Том.

— Одну линию.

— Куда?

— В Нурменгард.

— Больше ничего?

Книга закрылась.

— Больше ничего, — ответила Элина. — И это был последний вопрос до комнаты.

Они продолжили идти. Четыре шага между ними сохранились.

Глава 25. Колыбель Кадма

Ворота Нурменгарда открывались внутрь, против ветра. За стеной серое здание поднималось прямо из скалы, без башен и обычных окон.

Том предъявил разрешение с тремя печатями, одна из которых была создана по данным албанского Атласа.

— Томас Меррил, исследователь тёмных реликвий. Двадцать девять лет, — прочитал охранник.

— Двадцать семь.

— Вы сделали паузу.

— Проверял строку.

Охранник вернул бумагу и предупредил, что палочку можно применять только по приказу, записывающие артефакты запрещены, а контакт с заключённым ограничен сорока минутами.

— В разрешении указаны два часа.

— Сегодня проверяют камеры.

— Перенесите проверку.

Второй охранник рассмеялся.

— Здесь стены помнят старые приказы, лестницы меняют уровни, а заключённый превращает разговор в оружие. Получите сорок минут.

Том потребовал доступ к предметам, официально не принадлежащим заключённому. После этого улыбки исчезли.

[Объект «Нурменгард» достигнут.]

[Миссия активирована: «Нурменгардский узел. Наследие побеждённого».]

[Основная цель: получить Колыбель Кадма.]

[Дополнительная цель: изъять формулу коллективного намерения.]

[Условие секретности: не допустить признания кровного родства с Альбусом Дамблдором.]

[Обязательное условие: устранить Геллерта Грин-де-Вальда как компетентного свидетеля.]

[Допустимая цена: смерть заключённого.]

— Убийство практично, — сказала Маска в отражении двери. — Его смерть объяснят возрастом или последствиями старых ритуалов.

— Я слышал Систему.

— Он виновен в массовом насилии, поэтому оправдание уже существует.

— Основание не создаёт необходимость.

— Необходимость создаст то, что он узнает.

Том спрятал уменьшенный Дневник в шве перчатки. Книга не отозвалась.

У камеры охранник предупредил заключённого держать руки на виду. Геллерт Грин-де-Вальд сидел на краю узкой койки; он постарел, но сохранял прямую осанку, а один глаз двигался с небольшой задержкой.

— Господин Меррил остаётся у порога, — сказал Йонас. — Физический контакт запрещён.

— Меррил? — переспросил Геллерт и внимательно посмотрел на посетителя. — Имя становится политическим вопросом, когда достаётся по наследству.

Том остановился на третьей плите от входа.

— Я изучаю последствия ваших ритуалов и связанные реликвии.

— Вы занимаетесь объяснениями.

— Мы ещё не начали.

— Вы начали у ворот.

Йонас заметил, что заключённый не мог слышать происходившее во дворе.

— Я вижу снег на плечах, складку на разрешении и чернила на платке, — спокойно ответил Геллерт. — Не всё требует магии.

Том спросил о неизвестном артефакте, но Геллерт почти сразу назвал Колыбель Кадма.

Охранники напряглись.

— Предмет отсутствует в описи, — сказал Йонас.

— Поэтому особенно удобен для комиссии, — отозвался Геллерт.

— Откуда вы знаете, зачем я пришёл?

— Вы удерживаете левую сторону плаща, хотя не защищаете оружие, а то, что спрятано там, меняет вес при моих ответах. Кроме того, вы смотрите на меня как на опасное средство.

Йонас встал между ними.

— Не приближайтесь.

— Отойдите, вы закрываете ему обзор, — сказал Том.

— Вы не отдаёте мне приказы.

— Тогда стойте сбоку.

Геллерт тихо рассмеялся.

— Прекрасно. Он оставляет вам свободу остаться, если вы встанете туда, куда он указал.

Том сделал паузу.

— Вы знали Дамблдора близко?

Улыбка Геллерта исчезла.

— Вы выбрали вопрос, позволяющий не отрицать сравнение.

[Риск признания родства увеличен.]

[Рекомендация: прервать диалог и