Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

совершенно не нужно! Это точно лишнее! Я грозная, злая воительница и, вообще... Ну, ладно. Сегодня я, так и быть, добрая. Так что ладно, тискай! Шарон, а ты чего лезешь? А ты, Сартал? Ребята, вы что, спятили??? Вы же меня сейчас задушите своими обнимашками! Ка-р-а-а-а-ул!!!

И плевать, что катаной этой Ирмелис никогда не пользовалась. Во-первых, плохого оружия в её арсенале просто не было, а во-вторых, пара красивых слов могут превратить обычный подарок в тот, который получатель запомнит на всю свою жизнь! А ей не тяжело сделать хорошему человеку приятное! Тем более что ей это совсем ничего не стоит!

[17] Титан обладает высокой химической активностью по отношению к кислороду, азоту и водороду при его нагреве и плавлении, из-за чего металл вступает в реакцию с атмосферным воздухом, что негативно отражается на прочности сварочного шва. Это, в свою очередь, чревато тем, что шов не выдержит даже лёгкого удара. Поэтому сварка титана обычно проводится в среде газа аргона или в его смесях с гелием. Сварку производят под местной защитой.

Глава 18

Месяц спустя...

— Береги себя, Шарон! — прошептала Ирмелис на ухо сгрёбшему её в охапку воину.

Да что же это такое! Затискают ведь! Вон, весь её маленький отряд причапал вместе с Шароном, чтобы проститься. И все стоят, и с улыбками ждут своей очереди, чтобы попрощаться. Да и старейшина с Нэтором тоже пришли, что немало её удивило.

— Ты ведь ещё должен вырастить из своих сыновей сильных воинов!

Шарон округлил глаза:

— Из каких сыновей?

Ирмелис только загадочно ухмыльнулась:

— Мне звёзды рассказали, что у тебя будут два сына.

Не говорить же ему, что, когда стало известно, что Лита, младшая жена Шарона, в тягости, Ирмелис её заманила на Мираж, чтобы «погадать» на пол ребёнка. А Геликс-капсулы в таких вопросах не ошибаются. Так что да, Шарон готовился снова стать папой, и скоро у его семерых дочерей появится два братика — Лита вынашивала двойню.

То изумление, невероятная надежда и просто сумасшедшая радость, которые проступили на лице Шарона, стали лучшей платой Ирмелис за очистку Пещер Киала. А его друзья, не ожидавшие такой новости, радостно закричали, стали наперебой поздравлять Шарона и одобрительно хлопать по плечам. Ирмелис с улыбкой наблюдала за их радостью и совершенно не заметила, как к ней подошёл старейшина Тиок-Ни-Дираби.

— Я хотел бы поблагодарить тебя, Звёздная Путешественица! — тихо сказал он.

— За что? — удивилась Ирмелис.

— Шарон рассказал мне о том, что обитало в Пещерах Киала.

Ирмелис резко встретилась взглядом с его, словно вытцветшими, глазами.

— Спасибо тебе, дочка, за всё, что ты сделала для моих людей, нашего поселения и для меня! — и старейшина вдруг низко ей поклонился.

Сказать по правде, Ирмелис не знала, как себя вести. А когда воины вдруг притихли и стали один за другим опускаться перед ней на колени, и вовсе растерялась. В результате решила, что не переломится, если поклонится старейшине в ответ, — что она и сделала, но склонилась намного ниже, чем старейшина.

Потом её снова тискали, а местные начали дарить прощальные подарки. Если бы она знала, что её отлёт их так переполошит, то не говорила бы точную дату взлёта. Хорошо ещё, что местные пришли её провожать к Миражу, иначе Ирмелис не представляла, как бы она все их дары от селения тащила. Потому что только сладкого картофеля местные ей притащили целых пять мешков. Олор проболтался, что ей понравился этот корнеплод, и теперь она могла питаться одной картошкой несколько месяцев подряд. Где они вообще её столько насобирали?

Ещё Ирмелис стала счастливой обладательницей пяти яиц сотара, четырёх медных копий, трёх кинжалов с искусно изукрашенными резьбой рукоятками, кучи всяких бусиков и побрякушек, перьев и ещё, леший знает чего. Но самым пришедшимся к сердцу подарком оказалась фигурка, вырезанная из кости, которую подарил Олор — её портрет.

Когда где-то через час створки шлюза закрылись, Ирмелис всё ещё не верила, что этот день настал и она, наконец, может улететь с Эреи. Прошло уже три месяца с того дня, как «Мираж» совершил аварийную посадку на этой планете, и вот, наконец, её верный «птиц» снова был готов стать на крыло.

Все важные дела с местными были закончены! Пещеры Киала Ирмелис проверила ещё несколько раз, чтобы окончательно убедиться, что больше подземные катакомбы не представляют никакой опасности для местных. Деревенька аборигенов, пока она возилась с ремонтом, не только обросла надёжной защитой от гатти, но и заметно расширилась, и Ирмелис, находясь в благодушном настроении от строительного прогресса местных, великодушно оставила им аэро-платформу и камнерез в подарок. Она-то себе на Тартаре ещё купит, а для этих несчастных, которым не повезло родиться в этом пустынном пекле, эти два предмета могли стать гарантом их дальнейшего существования и выживания. Тем более что она и не помнила, когда пользовалась камнерезом, а здесь вещь явно пользуется спросом и не будет простаивать без дела.

Да и одну из двух Геликс-капсул (на борту Миража всегда было две — на экстренный случай или в случае поломки) Ирмелис пришлось оставить в одной из «новостроек», которая теперь носила гордое название «Госпиталь». Оставлять её, конечно, было немного стрёмно — вдруг самой пригодится, — но Ирмелис не могла рисковать с беременностью Литы. У Шарона должны быть наследники, и лучше уж не доверять такую беременность местной повитухе. Так что можно смело сказать, что свой вклад в демографическое развитие этой зачахлой деревеньки она сделала.

Может, через пару сотен лет тут вместо этого убогого селения будет стоять город? И Ирмелис искренне надеялась, что стойкие к засухе деревья и злаки, которыми она снабдила местных, тоже пойдут селению на благо.

Да-а, привязалась она к этим людям! Всего за три месяца эти «придурочные» аборигены стали для неё... Ирмелис даже не смогла сразу подобрать нужное слово, чтобы описать своё отношение к ним. Пожалуй, она себя чувствовала как мамочка, которая, наблюдая за старанием и усердием своих чад, испытывала чувство искренней гордости. Вот такой вот абсурд. Многие из её новых «друзей» были намного старше неё, но почему-то именно она чувствовала ответственность за них. Хотя... возможно, всё дело в том, что её опыта могло хватить на пять жизней, в то время как аборигены были крайне ограничены своим бытом. И, наблюдая за тем прогрессом, который они показали в столь короткие сроки, Ирмелис не могла не чувствовать радость