Расследования Марка де Сегюра.(Книги 1-26) - Лариса Куницына

права, потому что стоило ему явиться утром на службу, как в дверь постучали, и на пороге возник офицер для поручений Лорент де Мюллан. Он сообщил, что его величество желает немедленно видеть графа де Лорма у себя.

— Мне показалось, что король расстроен, — следуя вместе с Марком по дворцовым залам, сообщил молодой человек. — Рано утром, едва он проснулся, явилась вдовствующая королева. Они о чём-то говорили с глазу на глаз, а потом он велел пригласить вас. Вы не знаете, в чём дело?

— Знаю, но вам не скажу, друг мой, — произнёс тот. — Вы всё узнаете в своё время, а пока могу сказать, что ничего страшного не случилось.

— Что ж, вам виднее, — пробормотал де Мюллан озабоченно.

Жоан в это время находился в своём кабинете, но не за столом. Он стоял у окна и смотрел в маленький узкий дворик, где раньше стояла прекрасная статуя короля Армана, теперь украшавшая площадь перед Храмом святой Лурдес. Услышав шаги, он обернулся, и Марк увидел его немного обиженное и расстроенное лицо.

— Ты уже всё знаешь, верно? — опуская приветствие, спросил он. — Элеонора сказала, что была у тебя вчера.

— Да, она мне рассказала…

— Как это грустно, Марк! — неожиданно заявил король. — Нет, я конечно счастлив за неё, и Танкред — прекрасная партия. Этот траур уже даже меня начал тяготить. Я так ей и сказал! Но… что я теперь буду делать? Она занималась двором, в то время как я — государственными делами! Она была хозяйкой во дворце и на пирах, и я был совершенно спокоен за эту часть дел. А теперь? Как я один управлюсь с этим? А сенешаль и оба совета изведут меня своими требованиями жениться! Ты не представляешь, какими нудными и противными они становятся, когда касаются этого вопроса! Ну, что ты скалишься? У твоего короля новые проблемы, а ты едва не ржёшь, как жеребец! — король возмущённо топнул ногой, а потом невольно рассмеялся. — Знаю, знаю, я веду себя как капризный ребёнок! Мне бы порадоваться за сестру, что прекратятся её ночные бдения у гроба, слёзы и молитвы, а я опять о своём. Но ты же поможешь мне осаживать этих надоедливых зануд? Поговори с остальными! Мне нужна партия поддержки, которая в случае новых обсуждений моей женитьбы встанет на мою защиту!

— Я поговорю, — заверил его Марк. — Обещаю, что Аллар будет в первых рядах.

— Да уж, это меньшее, на что я могу рассчитывать. Но ты точно ни о чём не догадывался раньше? Он не говорил тебе?

— Он был нем, как рыба, и твёрд, как скала! Я догадывался, что у него есть дама сердца и именно из-за неё он попал в эту передрягу. А потом выяснил, что она имеет очень высокий статус и тщательно скрывает свою тайну, но мне и в голову не могло прийти, что это вдовствующая королева.

— Бедняга Танкред, — меланхолично произнёс король и направился к камину, чтоб сесть в кресло у огня. На второе он указал Марку. — Он так дорого заплатил за свой секрет и не пожалел бы жизни. К счастью для него, у Элеоноры хватило отваги во всём признаться. Иначе, кто знает, чем бы всё закончилось…

— Просто сидел бы в своей камере чуть дольше, — пожал плечами Марк. — Я уже выяснил достаточно, что б убедиться в том, что он невиновен. Но снять с него вину можно было, либо открыв его алиби, либо найдя настоящего преступника.

— Правда? — заинтересовался Жоан. — Расскажи мне, что ты узнал!

И Марк поведал ему о своих изысканиях, обысках, разговорах и выводах. Король слушал внимательно и, когда рассказ был окончен, кивнул.

— Ты опять всё перевернул с головы на ноги. Буланже, Буланже… Я всё чаще думаю, что он не подходит для своего поста.

— Я полагаю, что вины сыщика Брешо в этом нет… — начал Марк.

— Ну, конечно, его ошибки случились по вине малого роста и слабых рук, к тому же он не может похвастаться близкой дружбой с капитаном Арно. Что б ты сказал, если б на основании этого ошибочного обвинения Аллара предали суду? — Жоан сам не отдавая себе отчёта, потёр яшму в своём массивном перстне, том самом, который носил в напоминание о том, что обязан бережно относиться к каждой жизни, которой может распоряжаться. — Нет, Марк, такие ошибки слишком дорого обходятся. Я пока не буду принимать скоропалительных решений, но запомню этот случай и буду более внимательно следить за действиями полиции магистрата. А ты сегодня же выпусти Аллара и продолжай расследование. Что б унять эти слухи, мы должны представить убийцу народу, судить его публично и объявить приговор во всеуслышание.

— Всё будет сделано, — заверил его Марк.

— Знаешь, — немного помолчав, грустно произнёс король, — я пытался схитрить и оставить Элеонору при дворе. Предложил ей титул герцогини, как своей сестре. Тогда она бы могла, как прежде, помогать мне. Но она отказалась, заявив, что ей довольно будет титула баронессы Аллар. И мне стало стыдно за своё малодушие. Она ведь выходит замуж за любимого человека, чтоб жить с ним, помогать ему, растить с ним детей. Ведь об этом мечтает каждая женщина, верно? Мне придётся выпутываться одному.

— Вы не один, — возразил Марк. — У вас много друзей, верных слуг и помощников, готовых разделить с вами любое бремя. Всё это случилось слишком неожиданно, потрясло и, поверьте, не только вас. Но со временем мы успокоимся, привыкнем к новому положению дел и найдём правильные решения.

— Конечно, — пробормотал Жоан. — Лишь бы сенешаль искал это правильное решение, а не навязывал мне незнакомых девиц в качестве невесты. Иди, мне пора заниматься делами. А следующим светлым утром поедем в Труа. Может, устроим помолвку нашим влюблённым.

— Я постараюсь присоединиться к вам… — начал Марк, но Жоан снова обиженно фыркнул:

— Вот ты опять начинаешь! Ты — самый занятой из нас. Иди и расследуй! И учти, никаких помолвок без твоего присутствия! Даже если Элеонора так и состарится вдовой!

— Этого не будет! — рассмеялся Марк, поднявшись. — Я закончу это дело куда раньше и буду в полном вашем распоряжении!

И всё-таки он доставил себе это удовольствие: распахнуть дверь камеры Аллара и, войдя, свирепо прорычать:

— Убирайся