Кудей - Дмитрий Васильевич Колесников

Думала, я деревенщина необразованная, только и умеющая ноги раздвигать? А ты попробуй из шлюх в баронессы выползти — ещё и не такому научишься. Я долго живу, многое знаю, меня на мякине не проведёшь. Ты, девочка, занималась у себя тем же, что и я. Я, как тебя увидела, сразу почуяла сестрицу по профессии. Или хочешь сказать, что ни разу не спала ни с кем ради тёплого местечка? Можешь не отвечать, и так всё ясно.

Плио отвернулась к стенке и укрылась одеялом, давая понять, что разговор окончен. Карина сжала пальцы в кулак, хмуро глядя на стройную фигуру лежавшей, пока дыхание баронессы не стало ровным и размеренным.

Вскоре вернулся Кудей. Он окинул взглядом каюту, жестом позвал девушку следовать за ним. Та послушно пошла за мужчиной, и они по узкому крутому трапу поднялись на палубу.

Карина огляделась. Лодья, на которой они плыли, была не самым большим судном из виденных у причалов Старгорода: примерно пятнадцать метров в длину, пять в ширину, с двумя мачтами и высокими, до плеча девушки, бортами. Сейчас на передней мачте был растянут треугольный парус, который надувал лёгкий боковой ветер, заставляя корабль идти с небольшим креном.

Команда, состоявшая из крепких мужчин разного возраста и одетая примерно так же, как и стоявший у штурвала рулевой, занималась своими делами, непонятными сухопутной попаданке.

С появлением на палубе девушки они дружно повернули головы в её сторону, бесцеремонно разглядывая пассажирку. Но, к немалому удивлению Крыгиной, комментариев и громогласных обсуждений не последовало. Все молча посмотрели, оценили, перевели взгляды на стоявшего рядом Кудея — и вернулись к своим делам.

— Странно, — произнесла блондинка так тихо, что услышать её мог только маг. — Я думала, они сейчас начнут мне все косточки перемывать.

— Ну что вы, Карина Александровна, — скупо улыбнулся Кудей. — Мы не на каком‑нибудь торговом судне, а на корабле Сыскного Указа. Тут люди собрались осторожные и деликатные. Они вас, конечно, обсудят, но потом, в своей тесной компании.

— «По улицам слона водили…» Это про меня.

— Вы необычно молчаливы этим утром. Вас что‑то тревожит? Казнь Вершинина?

— Да, пожалуй. Но, знаете… Не столько сама казнь, а то, как я её восприняла. Месяц назад я бы в обморок от такого зрелища хлопнулась, а сейчас… Ну, повесили, и что? Больше волновало, что он меня чуть не изнасиловал, чем… вот это вот всё.

Кудей кивнул, задумчиво потерев подбородок:

— Вы сильно изменились с момента переноса. Постоянный стресс, новая обстановка, угроза жизни — всё это не могло не сказаться.

— Да, но… Такое равнодушие?

— Защитная реакция мозга, — пожал плечами старик. — И привычка. Сколько смертей вы уже видели? Это просто ещё одна.

Карина обхватила себя руками, глядя на бегущую за бортом воду.

— Наверное…

— Ну, а раз вы пришли в себя, нам стоит продолжить занятия, — бодро заявил маг. — Тем более что у нас тут и ветер в достатке, и времени полно.

— О‑ох…

— Я же обещал, что возьмусь за вас всерьёз? Надо заниматься, Карина Александровна, надо. Тем более что ваши земляки будут осваивать магию в стенах КМШ, а значит, будут иметь преимущество. Нельзя лениться.

— Я не ленюсь, — возразила девушка. — Но у меня всё равно ничего не получается. А ведь вы обещали, что я и Валерик возьмём первый уровень раньше других.

— Да, с вами обычные методы не работают, — признал Кудей. — Либо у вас стоят слишком сильные блоки в подсознании, либо вы сами не верите, что можете чего‑то добиться. Любой одарённый этого мира, будь у него ваши задатки, прорвался бы ещё пару недель назад, м‑да. Приходится идти на эксперименты. С Дарханом и Андреем Владимировичем сработало.

— Получить пулю в сердце — действенный метод? Спасибо, как по мне, уж лучше остаться без магии, чем так рисковать, — начинающая волшебница скривилась, глядя на перо в руке наставника. — О май гадбл, опять… Неужели нет ничего другого, кроме этого пёрышка? Оно мне уже во сне снится.

Кудей усмехнулся, покрутив перо между пальцами. Оно на мгновение вспыхнуло серебристым светом и снова стало обычным.

— Нельзя построить крепкий дом без основы, Карина Александровна. Сейчас мы работаем над фундаментом. Верите вы или нет, но магия — это не только заклинания и жесты. Это связь с миром, с его потоками. Вы пока толком не чувствуете их, потому что ваш разум сопротивляется. Перо — инструмент, который помогает пробить эту стену. Начинайте.

Блондинка сжала губы, пристально глядя на предмет своих мучений. Через несколько минут лёгкий ветерок тронул её волосы, скользнул вдоль вытянутой руки и попытался выхватить перо из пальцев наставника. Тот одобрительно кивнул, показывая, что оценил попытку, и плавно передвинул руку на полметра в сторону. Ветер, повинуясь взгляду Крыгиной, последовал за ним.

— Неплохо, неплохо. Теперь вихрь.

— Тц…

Карина растопырила пальцы, потом повернула кисть, словно вворачивала в патрон невидимую лампочку. Движение воздуха изменилось: теперь перо не наклонялось в одну сторону, а трепетало от рукотворного смерча. Маг разжал пальцы — перо рванулось было вверх, но тут же вернулось назад, быстро вращаясь на уровне глаз.

Так продолжалось около минуты, в течение которой повелительница ветра дышала всё тяжелее и тяжелее. Мышцы на руках дрожали от напряжения, на лбу выступили капельки пота. Наконец она резко выдохнула и обессиленно уронила руку.

— Всё, не могу больше!

Мужчина ловко поймал перо и покрутил его в пальцах.

— М‑да.

— Что? Всё так плохо? — встревоженно спросила девушка.

— Да нет, совсем даже наоборот. Но вам надо научиться расслабляться при работе с Силой, Карина Александровна. Это не дело — так выкладываться на первых ста ударах.

— Ста ударах?

— Сердца, — пояснил маг. — Сто ударов сердца. Если вы сможете сохранить первоначальный сердечный ритм на протяжении ста ударов, можете считать себя уже не новичком.

— Сто ударов? — девушка задумалась, прикидывая в уме. — Ну, наверное, я смогу протянуть столько, но… У меня же мана закончится раньше!

— А зачем вы её копите? — полюбопытствовал мужчина, откидывая с лица седую прядь.

— Как это, зачем? — возмутилась ученица. — Я же маной… Ну, Силой, по‑вашему, оперирую. Сначала её накапливаю, потом превращаю в ветер, потом этим ветром перо это дурацкое кручу.

— Накапливаете, значит? — уже откровенно насмешливо переспросил Кудей. — И где же вы копите