Симбионт 3 - Валерий Михайлович Гуминский

В этот момент на лестничную площадку степенно вышла пушистая белая кошка (по мордочке было видно, что это не кот). Она сделала несколько шагов и уселась, пристально глядя на меня.

— Марго! — воскликнула женщина и выскочила следом. На ней был чёрный шёлковый халат с золотыми драконами.

Я едва не рассмеялся, услышав имя кошки. Надо же, Марго! Надо потом Ваньке позвонить, рассказать, какая у меня соседка хвостатая появилась. А кошечка (я угадал!) с недовольной миной покосилась на хозяйку, когда та схватила её на руки. Дескать, ну и что ты мне запрещаешь знакомиться с новыми людьми?

— Ой, Ангелина Петровна, а вы можете нам потом дать Марго? Мы ее в квартиру запустим перед новосельем! — быстро сообразила Луиза.

— Конечно, с удовольствием! — расплылась в улыбке дама. — Традиции новоселья нельзя игнорировать!

Мы попрощались с говорливой соседкой и спустились к машине. Пора было ехать на встречу с племянником адвоката Фишлера. Он ожидал нас в каком-то кафе на Москворецкой набережной. На Генриха Оттовича племянник не был похож совершенно. Это был высокий поджарый мужчина лет сорока, с крупными и жёсткими чертами лица, присущими скандинавам или немцам. Очки в тонкой золотой оправе, идеально пригнанный по фигуре костюм, холёные пальцы с парой массивных перстней — всё говорило о достатке сего господина.

Но в целом Анатолий Карлович оказался знатоком своего дела. Он внимательно изучил договор купли-продажи, документы компании-застройщика и фирмы, которая занималась риэлтерскими услугами, но пока ничего не говорил. Мало того, Фишлер пару раз оставлял нас, чтобы сделать важные звонки. И лишь после очередного разговора с неизвестными нам людьми улыбнулся и уверенно сказал, что никаких проблем не видит. Можно смело покупать. Квартира отличная, в перспективном районе, да ещё не в доходном доме. А то вдруг окажется, что я живу у чужого дяденьки, и ему захочется выкупить у меня квартиру, применяя разнообразные методы давления. Бывали такие случаи, подтвердил Фишлер. Поэтому и проверяет тщательно.

В общем, договорились встретиться через несколько дней, чтобы окончательно подписать договор и стать владельцем квартиры. Мне ещё нужно счёт в банке открыть, чтобы отец мог туда деньги пересылать. Что поделаешь: пока я учусь, без отцовской помощи никуда. Придётся смириться с этим.

Луиза увлечённо занялась покупкой мебели и на какое-то время я перестал ездить к ней в гости. Чтобы сбросить напряжение от недостатка женского внимания, усиленно тренировался под присмотром Бабича. Пока живу во дворце, нужно пользоваться моментом. Мастер клинков специально для меня программировал големов под определённую тактику боя. Таким образом, я познакомился не только со «Стальным каноном», но и с флотской школой фехтования. А вот «пляс» мы отрабатывали в спаррингах. Пусть он в основе своей был одинаковым для всех казачьих войск, но некоторые техники отличались деталями. Тем не менее, Бабич охотно устраивал со мной бои, на которые приходили смотреть свободные от дежурства охранники. Григорий готовился к поездке в Петербург, поэтому с утра до вечера где-то пропадал вместе с отцом. Надеюсь, «майор» полностью втянулся в новую жизнь, и мне теперь не нужно его контролировать столь часто. Хотелось бы гарантированно знать, что между Субботиным и княжичем Шуйским не возникнет «конфликт душ».

Накануне отъезда Григорий заглянул ко мне с парой бутылок пива.

— Слуги на меня так смотрели, как будто обезьяна из кирпичей дом сложила, — со смехом сказал княжич, когда мы расположились в креслах и потягивали хмельное. — Гришка-то никогда не пил пиво дома, боясь матушку рассердить. А я его «уговорил» попробовать. Всё равно в Питер завтра уезжаю.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил я. — Моя помощь не требуется?

— Кажется, слияние проходит нормально, — кивнул «майор». — У меня вдруг такая мысль возникла, что парень сам не понимает, какую карту ему посчастливилось вытянуть. Но постепенно привыкает.

— То есть он не исчез полностью? — уточнил я.

— Нет. Он во мне — я в нём. Полнейшая взаимозаменяемость, — Григорий отхлебнул из горлышка. — Знаешь, Миша, он каким-то образом «видит» мою прошлую жизнь и признаётся, что хочет однажды жениться на девушке, которая похожа на мою Наденьку. Понимаешь, он «проживает» моё прошлое, жадно учится. Правда, не догоняю, зачем ему знать о чужом мире.

— Хм, интересный у вас симбиоз, — я почесал переносицу. — Со мной так не было. Я чётко определял границы нашего взаимодействия…

— Потому что ты не хотел жить с чужой душой, — тихо сказал княжич. — А я чувствовал твоё сопротивление. Григорий оказался слабее, но почему-то мне не удаётся полностью заместить его.

— Может, дело в магии?

— Пока не знаю. Сложный вопрос. Ты ведь тоже одарённый…

— Я получил свой Дар через привязку к Оку Ра, а до инициации был обычным ребёнком. У «природных» одарённых искра зарождается с первой минуты жизни. Так что к пяти-шести годам они уже ощущают источник, — пояснил я. — В этом вся разница. Причём, очень существенная. Правда, к двадцати годам она нивелируется. Око Ра чем хорошо? Оно даёт возможность быстро прокачать источник и выйти на пик владения магии наравне со «старой» аристократией.

— Простолюдины и здесь «пролетают», — с непонятной интонацией сказал Григорий.

— Почему же? Они могут найти или купить за огромные деньги осколок Ока и привязать его к своей крови. Правда, для этого потребуется пройти очень долгий путь. Опытным путём доказано, что для закрепления магических способностей нужно потратить уйму лет и чужой крови. Оку нужно питаться. Не каждый сможет преодолеть этот психологический барьер: перерезать жертве горло и отдать его кровь Алтарю, — ответил я и промочил горло. — А ты сам чувствуешь магию?

— Это классно! — оживился Григорий. — Даже не знаю, как описать всё, что ощущаю, когда по жилам и венам растекается приятное тепло, а твои руки формируют какие-то интересные магические конструкты!

— Осваивайся, — улыбнулся я. — Подключай Григория, вместе веселее будет.

— Ну да, — кивнул княжич и задумался. — Даже не знаю, ехать в Питер или нет. Как-то не по себе становится. Бросаю тебя одного, без поддержки.

— Не переживай. Скоро я перееду на Таганку, Шуйским не буду мозолить глаза. А то уже спиной ощущаю нетерпеливые взгляды Ларисы Николаевны и слуг.

— Да уж, мамаша — та ещё штучка, — засмеялся Григорий. — Но красивая,