Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

Возможно, целью этого преступления с самого начала была попытка расшатать ситуацию в городе. Но как ни любили Аллара в народе, как ни велика была ненависть к королю Ричарду, возвращением к царившим при котором порядков запугивали обывателей, сложно было представить, что вся эта история с убийством и арестом могла привести к настоящему бунту. А с отдельными стычками и дебошами без особого труда справились служба прево и городская стража. Тогда к чему эта запутанная и сложная интрига? Кто-то хотел устранить Аллара и вызвать новые склоки за его освободившийся пост при дворе? Но король, несмотря на свою молодость и видимую неопытность, на самом деле твёрдо держит в руках всю эту камарилью, потому что опирается на преданных и пользующихся большим влиянием чиновников и командиров. Ведь сейчас, когда выпустили из тюрьмы Аллара, и он остался на своём посту, исчезнут все предпосылки для этих тревожащих слухов, власти наведут в городе порядок, показательно накажут зачинщиков и подстрекателей, и всё закончится. Королевская власть достаточно сильна, чтоб пережить этот небольшой шторм. Тогда зачем?

Марк покачал головой. Он видел лишь один ответ на этот тревожный вопрос. Вернее, тревожным был ответ на него. Всё это было затеяно лишь для того, чтоб пустить пробный шар, проверить на прочность эти самые власти, проследить, как они будут действовать в подобной ситуации, и что можно им противопоставить в будущем.

Этот ответ Марку не нравился, поскольку из него следовало, что в столице появилась настоящая враждебная королю и народу сила, которая может вызвать подобные беспорядки и заинтересована в том, чтоб устроить в городе хаос. С какой целью? Об этом можно было только догадываться.

Он по-прежнему пытался успокоить себя тем, что надумывает, но никак не мог избавиться от мысли, что так оно и есть. И тайный враг всё также с ледяным спокойствием и ненавистью смотрел на него из темноты мелькающих по сторонам пустых улиц.

Нужно просто иметь всё это в виду и продолжить расследование. Быть может, де Лоран, который при таком раскладе является лишь пешкой в большой игре невидимого противника, всё же выведет его на верный путь. Пока нужно сосредоточиться на нём. В какой-то момент Марк даже решил прямо сейчас пойти в Серую башню и отправить сыщиков следить за ним, но потом передумал. Ставки в этой игре казались ему слишком высокими, и права на провал у него не было. Если его люди спугнут этого негодяя, то он или просто сбежит, или его уберут, как ненужную фигуру с шахматной доски. Решив действовать осторожно, Марк поднял голову и осмотрелся. Он уже вышел на Королевскую площадь. Впереди рядами тепло светящихся окон высился королевский дворец. Он свернул направо и пошёл вдоль фасадов дворцов, пока впереди не показалась изящная резная галерея его собственного дома.

Входя в распахнутую дверь, он, в глубине души, надеялся, что его ждёт особый гость и, увидев выражение лица управляющего, невольно улыбнулся. Эту слегка обиженную мину нельзя было спутать ни с какой другой. Джин Хо являлся в дом графа де Лорма в любое угодное ему время и с ходу начинал третировать слуг, требуя ужин, как в трактире заказывая им блюда и подгоняя с недовольным видом, если они не торопились накрыть перед ним стол. И всё это при полном попустительстве их сиятельств.

— Где он? — спросил Марк, снимая плащ и перевязь с мечом.

— В маленькой гостиной, — словно жалуясь, сообщил управляющий.

Мадлен даже не вышла встретить супруга, потому что знала, что он тут же отправиться к господину Хуану и останется с ним до поздней ночи. Не то, чтоб она обижалась, просто понимала, что будет так и никак иначе.

Джин Хо действительно сидел за столом в их маленькой гостиной. В камине весело потрескивали полешки, и пламя плясало на них танец весёлых саламандр. Уютный бархат и нежные блики на позолоте придавали комнатке изысканный и уютный вид, а в центре красовался этот чудо-мальчик с пышными рыжими кудрями в бирюзовом камзоле. Отсветы свечей мерцали в его зелёных глазах и отражались россыпями искр от драгоценных перстней, украшающих длинные, сильные пальцы, которыми он сжимал большую ложку с витой ручкой. Перед ним на золочёном блюде возвышался сплошь покрытый взбитыми сливками пирог, украшенный свежими ягодами малины и пластинками тонко нарезанного персика. Эти сливки были на его пальцах, на губах, румяных щёчках и на салфетке, которую онпредусмотрительно заправил за ворот кружевной сорочки.

— Ты пришёл! — радостно воскликнул лис, увидев друга. — Хочешь пирога? Я ждал тебя долго и потому почти всё съел. Я, вроде как, наелся, потому могу поделиться с тобой. Или вели Модестайну принести ещё что-нибудь!

— Я поужинал у Аллара, — улыбнулся Марк, присаживаясь за стол.

— Ладно, придётся доедать самому, — без тени сожаления произнёс лис. — Значит, ты его выпустил? Я был прав, его подставили?

— Да, и, кажется, я даже знаю, кто это сделал. И мне понадобится твоя помощь в этом деле.

— Договоримся, — кивнул Джин Хо, слизывая крем с ложки. — Что я должен сделать? Или сначала ты расскажешь мне всё, что я должен знать?

— Расскажу, но ты же понимаешь, что это должно остаться между нами?

— Можно подумать, я кому-то могу что-то рассказать! У меня нет друзей, кроме тебя. К тому же тебе известно, что лучше меня хранит секреты только могила, впрочем, в случае эксгумации, и она проболтается, а я — никогда… — он озабочено нахмурился. — Зря я про эксгумацию. Плохая тема за ужином. Я слушаю тебя!

Марк откинулся на спинку кресла и начал свой рассказ. Лис тем временем доедал свой пирог со столь сосредоточенным видом, словно это было самое важное дело в его жизни. Но Марк знал, что он всё слышит и запоминает.

— Понятно, — кивнул Джин Хо, закончив вылизывать длинным розовым языком опустевшее блюдо. — Ты хочешь, чтоб мы выяснили об этом парне всё, что можно, и проследили за ним.

— Главное, чтоб проследили, — уточнил Марк. — Я сам наведу о нём справки.

— Ну, по своим каналам, возможно, а вот расспросить соседей лучше нам, иначе кто-нибудь ему проболтается. Так, где он живёт?

— На улице Золотой лозы, снимает три комнаты над лавкой пивоварни Шаумана. Завтра в числе других рыцарей, служащих коннетаблю, он явится в Серую башню. Кто-нибудь из твоих лисичек сможет посмотреть на него и запомнить.

— Вот! — лис, вытиравший руки