Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

— Ну, что вы, ваше высочество, — тут же нашёлся Уваров. — Ваше общество, честь для нас…

— Ох, брось, Василий, — Меньшиков негромко рассмеялся. — Уж мне ли не знать, сколь тяжёлым может быть давление от собственного могущества. Всего хорошего, господа.

Склонив голову в едва заметном поклоне, князь направился в сторону центра зала, а я услышал, как стоящий рядом со мной Уваров шумно выдохнул, стоило только фигуре князя затеряться среди гостей.

— Твою мать… — еле слышно выругался он. — Не ожидал, что Меньшиков тут появится.

— Я слышал, что они вообще редкие гости в столице, — вспомнил я короткую статью, которую читал ещё в те времена, когда только-только узнал, кто именно повинен в гибели Разумовских.

— Это так, — кивнул Уваров и начал озираться. Заметив идущего официанта, он махнул ему рукой и тут взял с его подноса бокал, едва только стоило тому подойти ближе.

— Да, они редко сюда приезжают, — сказал он, опустошив бокал с шампанским на половину одним глотком. — Особенно в последнее двадцать лет. Думаю, что ты и сам понимаешь, почему.

— Понял, не дурак, — хмыкнул я. — Но, что он тут делает?

— Да я вообще без понятия, — честно признался граф. — Если бы я знал, что он тут будет, то не пустил бы тебя сюда ни за какие деньги. Это просчёт Григория, проклятие…

Вот хотелось бы обсудить это более предметно, но говорить в открытую уже не то, что не было желания. Банально опасно. В итоге весь наш диалог, к которому у меня и так не было большого интереса, очень быстро прекратился. Уваров сообщил, что ему нужно позвонить, после чего покинул меня.

А я пошёл гулять по залу… ну, это я так называю курсирование вслед за парочкой девиц. Сразу видно, что Елене не хватало живого общения с подругой. Как, в общем-то, и самой Еве. Две девушки даже не имели какой-то четкой цели. Просто неспешно кружили по залу, обсуждая всё на свете. Изредка я ловил обрывки их разговоров, в особенности, когда-либо одна, либо другая замечали кого-то знакомого. Тогда в течение пары минут этот несчастный «знакомый», без его ведома, разумеется, становился предметом горячего обсуждения.

Ну а я ходил, потягивая свой единственный бокал шампанского небольшими глотками, разглядывал прикрытые стеклом экспонаты аукционного дома. Минут через десять к нашей парочке прибился Лар. Видеть альфара в строгом чёрном костюме с тщательно уложенной причёской оказалось непривычно. Мы немного поговорили, после чего Лар сообщил мне о том, что, как ему кажется, он разобрался в печати Эри.

— Кажется? — негромко уточнил я.

— Ну, я мог бы тебе соврать и сказать, что с абсолютной точностью понял, как именно устроена сложная и многоуровневая печать, сковывающая душу разумного существа и передающая её в подчиненное состояние другому существу, но… — Лар с иронией посмотрел на меня. — Ты ведь хочешь узнать, как обстоят дела на самом деле, ведь так?

— Ну, тут не поспоришь, — согласился я с ним, допил наконец своё шампанское и поставил бокал на поднос проходящего мимо официанта. — Кстати, Лар. Можно я тебе вопрос задам?

— Давай.

— Можно ли ощутить чужое ментальное вмешательство? — негромко спросил я.

— В каком смысле?

— В прямом. Я знаю, что моя Реликвия не действует на людей, у которых есть собственная сила…

— Верно, — кивнул альф. — Из-за того, что магическая энергия их собственной Реликвии препятствует этому.

— Да. Так вот, у меня она тоже есть. А, если кто-то попробует использовать подобное на мне? Я смогу ощутить это?

— Хороший вопрос, — Лар задумался. — В теории, это возможно. Если дар очень и очень сильный. Тогда вероятность есть. А, что?

— Считай, что мне просто любопытно, — пожал я плечами.

Лар покосился на меня с таким видом, что становилось предельно ясно. Он не поверил мне ни на йоту. Но, за что я был ему благодарен, как-то расспрашивать и развивать эту тему он не стал. Понимал, что я задал вопрос и получил на него интересующий меня ответ.

— В общем, Александр, думаю, что на следующей неделе мы можем попытаться решить проблему моей дорогой тётушки, — вместо этого сказал он.

— Уверен, что Эри будет счастлива.

— А сам?

Я посмотрел на Лара.

— Это ты к чему?

— Я к тому, Александр, что, должно быть, ты не совсем хорошо понимаешь, с кем именно ты имеешь дело.

— А ты, значит, понимаешь? — задал я встречный вопрос, на что Лар пожал плечами.

— Она ведь моя тётка, — Лар посмотрел куда-то в сторону дальней части зала. — Понимаешь, Александр, поведение альфов может быть весьма специфическим. Мы практически бессмертны. Старость не является для нас столь гнетущей судьбой, как для вас, людей. И многие альфы могут за прожитые столетия менять не только свой характер, но и поведение.

— Так к чему ты сейчас?

На лице Лара появилась странная, даже несколько жуткая улыбка. Не потому, что Лар выглядел как-то пугающе. Нет. Просто почему-то только в этот самый момент, я вдруг отчётливо вспомнил, что вообще-то он не человек. Он двухсотлетнее, практически бессмертное существо, сбежавшее из мира, который он считал скучным и недостаточно ярким для него.

И вполне может так оказаться, что я для него не более чем забавная зверушка, с которой можно развлечься.

— К тому, Александр, что я не раз ей говорил. Я помогаю снять печать, потому, что именно ты попросил меня об этом, — негромко произнес Лар. — Именно ты меня об этом попросил. И я хочу, чтобы ты отчётливо отдавал себе отчёт, что за возможные последствия своих действий, тебе будет некого винить, кроме себя самого.

Эта обезоруживающая честность поставила меня в тупик. Настолько, что я в течение пары секунд даже не знал, как на это реагировать. Столь внезапным было то откровение.

— Я тебя понял, Лар, — уже куда серьёзнее ответил ему я, чем вызвал у него ещё одну безмятежную улыбку.

— Ну, тогда думаю, что нам не о чём беспокоиться, — сказал он.

Со Смородиным я встретился примерно через десять минут, перед самым началом аукциона. Как и обещал, он сам нашёл меня.

— Александр, прошу прощения, что заставил тебя ждать так долго, — вежливо обратился он, подойдя ко мне. — Появились срочные