На крыльях крови - Брайер Болейн

Приближались Игры Консортов, и, если я был прав, ее ждали большие неприятности. В некотором смысле я всеми силами поспособствовал этому.

Но я мог сделать еще больше, чтобы помочь ей. Проблема была в том, что она мне этого не позволит.

Она мне не доверяла. Она не подпускала меня к себе.

И если я хотел защитить ее наилучшим из известных мне способов, она должна была позволить мне стать ближе к ней. Намного ближе.

Я хмуро посмотрел на пушистика, поглаживая его мех.

Пендрагон никогда не примет мою помощь добровольно. Она чертовски упряма. Но был способ, которым я мог бы заставить ее обратиться ко мне.

Это означало пойти на риск. Очень большой.

Но если это сработает, если примет мою защиту, то мы оба выйдем из Игр более сильными.

Не говоря уже о том, что я буду намного ближе к тому, чего действительно хочу.

Глава 47

Медра

Я вошла в кабинет профессора Родригеса, готовая к уроку по трэлл-защите. Как только оказалась внутри, то сразу поняла, что что-то не так.

Родригес сидел за своим столом, его темные брови были нахмурены, губы сжаты в тонкую, жесткую линию.

Я застыла в дверях, увидев книгу, лежащую перед ним. «Темное искусство вечных уз». Та самая, которую я «одалживала» несколько недель назад.

– Присаживайтесь, мисс Пендрагон, – отрывисто произнес Родригес. От той теплоты, к которой я привыкла на наших последних уроках, не осталось и следа.

Я сделала, как он сказал, мои ладони стали липкими.

В голове проносились оправдания и возможные объяснения, но ни одно из них не казалось достаточно убедительным.

Проблема с профессором Родригесом, сердито решила я, заключалась в том, что он определенно не был идиотом. Он был из тех учителей, которые всегда знают, когда ученик вешает ему лапшу на уши. Чудо, что ему потребовалось так много времени, чтобы поймать меня.

– Итак, – сказал он, устремив на меня пронзительный взгляд. – Вам понравилась книга?

Я сглотнула и постаралась, чтобы мой голос звучал ровно. Отпираться не было смысла.

– Как вы узнали, что я ее брала? Почему вы не спросили меня раньше?

Он прищурился.

– Это действительно те вопросы, которые вы хотите задать мне прямо сейчас, мисс Пендрагон?

Я поерзала на жестком деревянном стуле. Должно быть, на книгу было наложено какое-то заклятие. Что-то подсказало ему, кто читал ее в последний раз. Почему я не подумала об этом раньше? В любом случае теперь было уже слишком поздно что-либо предпринимать.

– Зачем вам понадобилась эта книга? – Голос Родригеса был обманчиво мягким.

– Я… У меня возникла проблема, и я подумала, что книга поможет мне ее решить.

– Помогла? – резко спросил он.

Я покачала головой.

– Не так, как я надеялась. – По сути, это было правдой.

Губы Родригеса скривились.

– Интересно.

Я взглянула на его стол и впервые заметила, что рядом с книгой лежит что-то еще. Мое эссе о драконах. На прошлой неделе я наконец-то сдала его.

– Скажите мне, – продолжил Родригес ледяным тоном, – что вы узнали из этой книги о драконах?

Мое сердце забилось быстрее.

– Драконы? Там… Там нет. Ну, то есть там не было ничего о драконах. – Я на мгновение задумалась. – А если и было, то я не заметила.

На секунду я могла бы поклясться, что он выглядел разочарованным. Затем его глаза сузились, выражение лица помрачнело. Он пододвинул ко мне эссе.

– Мисс Пендрагон, эта работа – позор. Такое мог написать и ребенок.

Мое лицо вспыхнуло.

– У меня так много других занятий…

– Я давал вам отсрочку за отсрочкой, мисс Пендрагон, – возразил он. – Я еще больший дурак. Обычно, когда студент просит о продлении срока, я всегда склонен ему отказать. И все же я очень надеялся, что вы используете это время с умом.

Осознание, что я разочаровала его, что он счел работу недостойной своего внимания – это кое-что значило для меня. Мне стало жарко от унижения.

– Послушайте, мне очень жаль. Я сделаю лучше. Я могу переписать его заново. Я прочту все, что вы велели. Я могу оставаться во время обеда, чтобы работать над этим. Или после занятий, – в отчаянии добавила я.

Я молилась, чтобы он не сделал того, чего я боялась больше всего – не отменил занятия по трэлл-защите. Скоро начнутся Игры Консортов, и я чувствовала, что наконец чего-то достигла. Раз или два в коридорах я ощущала, как кто-то из старшекурсников пытается проникнуть в мои мысли. Каждый раз мне успешно удавалось отбивать их атаки. Но это были всего лишь студенты. Как и сказал Блейк, со взрослыми высокородными будет гораздо сложнее. Мне предстоял долгий путь, если я хотела быть в состоянии защитить себя.

Родригес нахмурился и наклонился вперед.

– Слишком поздно, мисс Пендрагон. Я думал, что из всех студентов именно вам важнее всего узнать о драконах, но вы ведете себя так, будто вам действительно небезразличны другие занятия. Как будто вы воспринимаете всю эту чушь всерьез. Я думал, вы не хотите здесь находиться.

– Я не… Ну, то есть я не хочу, – неуверенно сказала я.

Но он был прав, и мы оба это знали. Что-то изменилось. Я изменилась.

Неужели я купилась на пропаганду высокородных, даже не осознавая этого, или просто втянулась в рутину? В любом случае я стала самодовольной.

Часть меня хотела быть здесь, несмотря на все ужасы и жестокость «Кровавого крыла», я чувствовала себя здесь как дома.

– А теперь, – продолжил Родригес, игнорируя меня, – вы сдадите это недоразумение, которое назвали «эссе». Оно вас вообще волнует? Вы не понимаете, что поставлено на карту, да?

Мое раздражение усилилось.

– Как, черт возьми, мне узнать, если вы ничего не говорите? Вы что-то скрываете от меня и все же ждете, что я каким-то образом научусь? Волнует? Почему это должно меня волновать? Все драконы мертвы. – Я наклонилась вперед. – Кстати, о недоразумении, а как насчет вас, профессор? Зачем вы встречались с Блейком Драхарроу посреди ночи в Вейлмаре?

Его глаза вспыхнули.

– Не надо. Не смейте даже думать об этом, мисс Пендрагон. Я вас предупреждаю. – Он откинулся назад и глубоко вздохнул, словно пытаясь успокоиться. – Я думал, вы используете полученные знания на Играх Консортов.

Я уставилась на преподавателя, совершенно сбитая с толку.

– Я не понимаю. Какие знания? Какое отношение ко всему этому имеют драконы?

– Теперь это уже не имеет значения, не так ли? – рявкнул он. – Очевидно, вы не так