Путь Стража - Алвур

— Так, куда они отправились?

— Не спрашивай меня! Не хочу, чтобы такая милая девушка тоже пропала. Эти поиски… Я уверен, все, кто ищут Урну, становятся жертвами проклятия. Есть вещи, которые лучше не находить вовсе, теперь я это понимаю.

— Может быть, всё же расскажешь мне? Я, знаешь ли, не боюсь рискнуть.

— Эх… Я не согласен с вашим решением, но… Всё, что сказал брат Дженитиви перед отъездом, так это то, что он остановится в гостинице у озера Каленхад. Он собирался что-то там исследовать.

— И что он хотел там найти?

— Не знаю точно. В его записях говорится лишь то, что он собирался жить в гостинице.

— Записях? Разве он не говорил с тобой лично?

— Ну… Конечно, личный разговор тоже был, но, после того как он не вернулся, я стал изучать его труды, в попытке выяснить, где и как его можно найти.

Вейлон украдкой вытер пот, когда решил, что Элисса отвлеклась на всё ещё кривляющегося Алистера. Но этот жест не укрылся от цепкого взгляда девушки. И даже Алистер прекрасно всё заметил. Однако виду они не подали, и девушка продолжила:

— Я так понимаю, иных записей ты всё же не нашёл?

— Н-нет, не нашёл. Всё указывает на одно и то же место. Вы зря тратите время, если уж решили искать брата Дженитиви, отправляться нужно немедленно.

— Да-да, только меня волнует один вопрос: ты говоришь, что искать не стоит Урну Священного Праха? Так почему же у меня возникает такое ощущение, что ты не хочешь, чтобы кто-то искал не Урну, а самого брата Дженитиви?

— А… Ну… Я просто думал, что тебя больше волнует брат Дженитиви, чем Урна и… Почему ты вообще меня допрашиваешь?

— Потому что твои слова плохо связаны. Ты говоришь одно, затем перескакиваешь на другое, а когда выяснилось, что я знакома с рыцарями Редклифа, которые побывали здесь, я и вовсе узнаю третье. Причём такое, чего не слышала от них самих.

— Я… Просто, поймите, время для меня сейчас такое сложное. У меня мысли от тревоги путаются. Я хочу, чтобы Дженитиви спасли, но не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал. Понимаете?

— Знаешь, ты мне не нравишься, — вступил в разговор, прекративший свои кривляния Алистер. — То одно, то другое. Знавал я как-то учёных мужей из Церкви и видел их помощников. Они себя так не ведут. Либо молчат, либо поминают Песнь, Андрасте и Создателя через слово. Ну или просто сильно заикаются. А ты темнишь и что-то недоговариваешь. Колись или я вышибу тебе зубы!

Вейлон тяжело вздохнул:

— Пройдёмте в дом.

Он развернулся и вошёл в здание. Переглянувшиеся Алистер и Элисса последовали за ним. Дом состоял из небольшой прихожей, за которой открывалась, судя по всему, основная комната в этом доме — большая и просторная, из которой вели вглубь дома ещё две двери. Вдоль левой стены стоял длинный стол, заваленный свитками и книгами, часть из которых была небрежно сдвинута в сторону, чтобы освободить угол, на котором стоял чей-то недоеденный обед и бутыль вина. Вейлон как раз поднял её и наливал в глиняную кружку рубиновую жидкость. Отставив бутыль и обернувшись, он слегка приподнял кружку, словно произнося тост, и произнёс:

— Видит Создатель, как я не люблю это делать. Однако, вы слишком любопытны, а соседи вот-вот вернутся. Я давал вам шанс уйти добровольно и несколько раз. Андрасте да отпустит мне этот грех.

Вейлон поднёс кружку к губам, но выпустил её из рук прежде, чем сделал глоток. Руки его сплелись в быстром жесте и в Элиссу, разбрасывая искры, полетела синяя молния, которая врезалась в белый антимагический щит храмовника. Сама же Элисса, не зевая, метнула в Вейлона, или кто он там на самом деле, кинжал, презентованный ей Каллиан. Кинжал попал колдуну в плечо, заставив его вскрикнуть и схватиться за рукоять, прерывая каст заклинания. Алистер, ощутив, как магия прекратила бить в его щит, моментально выхватил меч и подскочил к колдуну. Глаза Вейлона расширились и он едва успел сказать:

— Сто…

Как голова его покатилась по полу. В опустевшем и резко затихшем здании были слышны лишь тяжёлые вздохи двух людей, да цвирканье крови, вырывавшейся из обезглавленного тела. Несколько секунд оно ещё стояло, словно не веря, что всё кончено, затем ноги его подогнулись, и оно рухнуло на пол, окончательно добивая расколовшуюся глиняную кружку. Почему Элисса вообще следила за судьбой этой несчастной кружки, она так и не смогла потом объяснить, даже сама себе. Слегка переведя дух, Алистер сказал:

— Как-то это было на удивление… Легко.

— Да уж, после путешествия с этим психованным магом, все прочие кажутся какими-то…

— Мелкими?

— Скорее безопасными.

— И безобидными.

— Точно.

— Что же, осмотримся? Здесь же должны быть хоть какие-то зацепки?

— Да, пожалуй, но не слишком долго. Нам стоит покинуть город до заката солнца…

* * *

Как ни странно, но Дюран нагнал Алистера и Элиссу ещё до того, как они вошли в лагерь. При этом от гнома слегка попахивало, а сам он ругался и сетовал на отсутствие купален поблизости. Слегка зажимая нос и стоя с подветренной стороны, Элисса поинтересовалась:

— Ты где это был?

— От стражи сбегал. Ты знала, что в город и из города, помимо основных ворот, ведут ещё и канализационные стоки? Я вот на личном опыте убедился. И срут эти наземники просто неимоверно много. Хорошо хоть река да океан поблизости есть, смог немного отмыться.

— Почему ты вообще попойку устроил?

— Да так, встретил старого друга, не смогли устоять.

— А сбежал-то как? — Поинтересовался Алистер.

— А ты не понял ещё? Или подробно описать, что именно я делал и как?

— Нет-нет, наверное, я просто неверно сформулировал вопрос. Как ты выбрался из торгового квартала? Как я понял, его чуть ли не оцепили стражники.

— Оцепили, верно, но я успел шмыгнуть в эльфинаж до того, как этот путь перекрыли, — Дюран слегка помрачнел, а затем, оглядевшись, чуть понизил голос, — и лучше бы о том, что я был в эльфинаже знать только вам, но не нашей эльфийке.

— А что случилось?

— Что-то неясное там творится. Все эльфы какие-то мрачные и дёрганные, сам эльфинаж