Вор из Маравеля - Эхо

— Да, ты прав. Та тема себя уже исчерпала, - кивнул старик, балансируя на верёвочной лестнице, потому что перебраться на корабль ему пока не позволяли. — Но появилась новая тема, решить которую может только Армандо.

— Почему твои проблемы должен решать мой старший брат? – брезгливо скривился Мигель. — Решай их сам, уже не маленький ведь. Давно не маленький. Я бы даже сказал, устаревший уже.

— Если бы проблема касалась только меня, я бы не потревожил твоего брата, Мигель. Но в городе творится какая-то чертовщина, призываются демоны, а совет тащит пацана, которому удалось невозможное, на виселицу. Это проблема всего Убежища, Мигель! Что-то происходит, тебе ли не знать? Не может быть так, чтобы Армандо не знал, что происходит в его городе.

— Какой же ты иногда прилипчивый, старик, - сплюнул Мигель и посторонился, пропуская на палубу Лобара. — Найдёшь его в каюте. И только попробуй что-нибудь провернуть. Скинем твой труп за борт, даже отвозить никому не станем.

— Понял тебя, старый друг. Я понял.

— Иди уже, - проворчал первый помощник, убирая пистоль в кобуру на груди, где было ещё три таких кобуры. Две смотрели рукоятями влево, ещё две направо. Это не считая ещё тех пистолей, что находились на поясе. Уж кто-кто, а Мигель мог себе позволить палить во все стороны. И мало кто мог ему попенять, ведь он попадал минимум пятью пулями из шести.

Проводив давнего друга взглядом, Лобар повернул голову к дверям каюты капитана. Что же, провожать его никто не собирается, да оно и не надо. У пиратов ценится решительность и способность решать свои проблемы самостоятельно. Надо тебе к капитану? Иди. Не идёшь? Значит не надо.

Сделав несколько размашистых шагов, он бодро толкнул двери, но тут же закрыл их за собой, не оставляя нараспашку. В каюте горел приглушенный свет из диковинного светильника, привезённого, кажется, с Эверфорда. Множество разнообразных предметов искусства, включая живопись, статуи, какие-то лохмато-пернатые недоразумения в качестве экспонатов. И всё намертво прикручено к полу. В центре всей этой композиции – широкий стол, заваленный бумагами, картами и всей той атрибутикой, неизбежно сопровождающей любого моряка в ранге капитана или хотя бы помощника. Что уж говорить про командора, управляющего флотом?

— Я уже понял, что вежливость из тебя выветрилась с тем же успехом, что и молодость, - прохрипел со своего кресла крупный мужчина. Его лицо было настолько заросшим, что Лобар мог различить разве что глаза, внимательно его осматривающие. Борода, бакенбарды, усы, шевелюра. Как будто и не человек вовсе, а какой-то зверь с густой шерстью. — Но что тебя сюда привело, Лобар? Я думал, что мы закончили с тем…

— С тем – да, - кивнул старик, подходя ближе. — С тем вопросом мы и правда давно закончили, он не касается моего к тебе визита.

— Задолбал, говори проще, - поморщился чернобородый командор. — Мне и без тебя хватает этих бестолочей, доставших со своим официозом. Мы где живём, в норе для пиратов или во дворце?

— Учитывая, какой ты себе корабль отхватил, Армандо, его не стыдно и дворцом назвать, - хмыкнул старик, удовлетворённый тем, что сумел уколоть собеседника. — Да и не ты ли мне пенял на вежливость?

— Фигура речи, - отмахнулся командор. — Ну, и чего тебе от меня понадобилось, что ты решил отринуть наши разногласия? Неужели хочешь…

— Нет. Не это. Поздно уже для того. Я пришёл, чтобы спросить у тебя, Армандо. Какого чёрта происходит в городе и почему этим вопросом никто не занимается?

Армандо не ответил сразу. Посверлив неожиданного гостя взглядом, он вздохнул и потянулся за трубкой, медленно набил её и раскурил, выдыхая дым в потолок. Лобар его не торопил, зная, что вот так вот командор берёт себе время, чтобы подумать. Мог ведь и просто послать, не заморачиваясь с ответом.

— Почему ты считаешь, что в городе что-то происходит? И даже если я знаю о чём-то таком, то почему я должен делиться этим с тобой?

— Потому что в городе был призван демон, и его убил мой друг. Совет, созданный тобой для решения разных внутренних вопросов, тут же решил отправить его на виселицу, как чернокнижника. Это ты называешь «ничего такого»?

— Ничего я не называю, а против твоего пацана были улики…

— Значит ты всё-таки что-то да знаешь! – тут же ухватился Лобар, заставив Армандо вновь сморщиться и закурить. — Но я тебя прошу, не торопись с принятием решений. Разберись в произошедшем. Мне кажется, что ртом Резаного говорил кто-то другой. И он…

— Ну, ртом Резаного говорить – много ума не надо, - пыхнул дымом Армандо. — Хоть раз в жизни, но этим занимались все, кто с ним знаком. Ничего удивительного в том, что кто-то нашептал ему что-то умное.

— Ты прав, только проблема вся в том, что Резаным всё не ограничилось. Этому идиоту и правда нашептать не составит труда через третьи руки. Он любой слух подхватывает. Но тебе ли не знать, что всё Убежище стоит на ушах? Капитаны готовы вцепиться друг в друга, уже случилось несколько небольших стычек, но с каждым разом трупов на улицах становится всё больше. Как-то многовато совпадений, тебе не кажется?

— И что ты хочешь, чтобы я сделал, Лобар? Я прекрасно знаю обо всём этом, но сделать ничего не могу.

— В каком это смысле? Ведь ты же защищаешь Убежище! У тебя влияния больше, чем у любого другого командора!

— И это остаётся незыблемым. Пока трое других напоминают внешнему миру о нашем существовании, я защищаю единственное место, где пират может расслабиться. Однако, подумал ли ты, что случится, если я прямо сейчас возьму и вытащу этого твоего пацана из клетки? Капитаны и так на взводе. Никто никому не верит. Если я пойду против решения совета и общего мнения, на меня навалятся все.

— Они не посмеют, - нахмурился Лобар. — Нападение на защитника Убежища – немыслимое дело. Никто не стреляет себе в ногу. Не каждый безумец на такое способен.

— Всё немного сложнее, чем ты думаешь, приятель, - вновь затянулся пират и выдохнул дым, в котором старик