Стань светом в темном море. Том 4 - Softcoral

– Все получится.

Я замер, нерешительно глядя на петлю.

– Напрягите все тело. И не вздумайте раскачиваться, – предупредила Эён.

Глава 322. Засада. Часть 4

Я продел руки в петлю и, опасаясь сорваться, на всякий случай продел правую под лямку. Опустевший, растянутый до предела рюкзак выполнял роль импровизированного троса. Как только Эён потянула за него с другой стороны, сразу проявился главный изъян этого «гениального» плана: лямка, на которую пришлась вся тяжесть моего тела, нещадно впилась в подмышку. Ощущение было такое, будто кто-то пытается вырвать мне руку.

Чтобы не сорваться, пока меня тянут к потолку, я должен был сам крепко держаться за рюкзак. Но левая рука висела плетью. Вся надежда оставалась только на правую.

Я почувствовал, как ноги оторвались от пола сантиметров на пять. Сердце пропустило удар. Я всерьез испугался, что рюкзак разорвется пополам, не выдержав веса взрослого мужчины. Одновременно с этим накатила острая тревога за саму Эён: мне казалось, что человеческие связки просто не способны выдержать такое напряжение. Я хотел было что-то крикнуть ей, но вовремя осекся. Сейчас Эён точно не до разговоров.

«Держись. Главное – держись. Ты не имеешь права заставить ее проделывать это дважды».

Подмышки пекло, правая рука немела от боли. Наверное, с настоящей веревкой все было бы куда проще… Нет, прочь эти мысли. Нужно пользоваться тем, что есть под рукой.

К счастью, рюкзак оказался крепче, чем я думал. Он не порвался. И Эён тоже не подвела. Я уже приготовился к тому, что она меня не удержит и я с глухим шлепком рухну спиной вниз, но вместо этого горизонт становился все выше и выше.

Тело, охваченное паникой, судорожно пыталось найти хоть какую-то опору в пустоте. Хотелось размахивать ногами – казалось, если я начну грести, то всплыву. Видимо, измученный мозг решил, что я все еще в воде.

Но, помня предупреждение Эён, я стиснул зубы, скрестил ноги и заставил себя не двигаться. И терпеть. Терпеть навязчивую мысль о падении и жгучее желание дернуться. Правая рука уже почти ничего не чувствовала. Кто бы мог подумать, что невозможность использовать левую окажется настолько мучительной?

Эён тянула меня наверх в полной тишине. Упершись ногой в тяжелую крышку люка, она обмотала лямку рюкзака – наш импровизированный спасательный трос – вокруг своего предплечья и тянула.

Уму непостижимо, что женщина такой комплекции вообще способна поднять наверх взрослого мужчину. Как только моя грудь оказалась над люком, я попытался подтянуться на локтях. Эён ухватила меня за шиворот и одним рывком окончательно вытянула на крышу лифта.

Я принялся лихорадочно распутывать лямку, впившуюся в мою онемевшую правую руку и подмышки. Наконец-то я почувствовал, как в конечности возвращается кровоток. Хотел было растереть правую ладонь левой, но вовремя вспомнил про рану.

Если уж мне так досталось, то каково сейчас моей спутнице?

– Эён… как ваши руки? Вы в порядке?

Эён тяжело дышала. Она наконец выпустила лямку рюкзака, которую сжимала до этого мертвой хваткой. От запредельного усилия ее ладони, лицо и шея стали пунцовыми. Мне стало до смерти неловко за то, что ей пришлось так надрываться ради меня. Она тряхнула кистями, несколько раз сжала и разжала кулаки, а затем бросила:

– А вы, Мухён, оказались легче, чем я думала.

Мне уже доводилось вытягивать человека на крышу лифта, поэтому я прекрасно понимал, в каком она сейчас состоянии. Скорее всего, ее руки дрожали от усталости так сильно, что она едва могла ими шевелить. Я буквально кожей чувствовал жар, исходивший от ее разгоряченного тела.

– Это вы невероятно сильная, Эён. Спасибо.

Весь подъем занял, наверное, меньше минуты, но спина у меня взмокла от напряжения. Руки вроде были на месте, а сил в них не осталось совсем. Правая вообще не слушалась – тряслась мелкой дрожью.

Я повернулся к Эён и предложил:

– Давайте отдохнем десять минут.

– Десять минут?! – переспросила она с таким удивлением, будто я предложил устроить здесь отпуск на неделю.

Но я стоял на своем. Я бы сейчас и час пролежал.

– Знаете что, десять даже мало. Давайте двадцать.

– Ладно. Пусть будет десять.

Эён принялась разминаться. Она глубоко дышала, методично наклоняясь то в одну, то в другую сторону и растягивая мышцы. Было видно, что она пытается разогнать кровь в перенапряженных связках, но на полноценный отдых это походило мало. Я попробовал было повторить ее движения, но быстро сдался и занялся другим: начал собирать рассыпавшиеся по полу вещи из рюкзака.

Я слишком хорошо знал, что такое «отдых» в понимании инженеров из команды «Ка». Это означало, что ровно через десять минут и ни секундой позже мы двинемся дальше. Пока я переводил дух, проклиная мироздание за то, что оно так жестоко карает меня за годы пренебрежения спортом, время вышло.

Я поднял взгляд на Эён и решил завести разговор просто ради того, чтобы выгадать еще хотя бы секунд двадцать передышки. Но когда я спросил, как нам преодолеть оставшиеся четыре метра до дверей, Эён ответила так буднично, будто это вообще не проблема.

– У нас есть три способа.

– Три способа?!

Я не видел ни одного. А Эён, оказывается, нашла целых три.

Нам повезло, что одна из стен лифтового холла на Тэхандо была из стекла, – благодаря ей в шахту проникал хоть какой-то свет.

Эён начала объяснять, указывая ладонью на вертикальную стену над нами:

– Вариант первый: пролезть эти четыре метра вверх по стене. Типа как скалолазание. Но я его не особо рекомендую.

Эён назвала это скалолазанием, но если бы альпинизм выглядел так, его бы считали не спортом, а формой массового суицида. Здесь не было вообще ничего, за что можно было зацепиться рукой или на что опереться ногой. Это все равно что пытаться ползти вверх по гладкому зеркалу.

Шахта уходила строго вверх. Угол в девяносто градусов – здесь спасовала бы даже горная коза, привыкшая скакать по отвесным утесам. Я, конечно, не эксперт, но разве в скалолазании люди не должны за что-то держаться? Сомневаюсь, что они просто с силой вгоняют пальцы в стальные конструкции, создавая себе опоры из ничего.

Я бросил короткий взгляд на свою левую руку, обмотанную окровавленным тряпьем, вычеркнул этот вариант и спросил:

– А второй вариант?

– Подняться по тросам. Это будет проще всего.

Эён показала на массивные стальные канаты, на которых держалась кабина. Канаты были толстенные, и только с одной стороны