Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

Марк де Сегюр тем временем закрыл дело об убийстве стряпчего Карона. Его убийца был выявлен, но поскольку уже умер, то и оснований для того, чтоб продолжать расследование, не было. Дело об убийстве самого Адама де Лорана никак не продвигалось, потому что не удалось установить ни того, кто спрятал в тайнике маленькой часовни брусок с отравленной иглой, ни даже что это был за яд. Чудаковатый алхимик Мелилотус, знаток ядов заявил было, что это, скорее всего, выделения из зубов изумрудной гадюки, обитающей в полулегендарных болотах на юго-востоке королевства, но потом высказал предположение, что это может быть и смесь усиливающих друг друга растительных ядов, произведённых из экстрактов всем известных белладонны, дурмана и наперстянки.

Беспорядки в городе после пресечения слухов прекратились сами собой, и ничто больше не говорило о том, что они могут возобновиться. А вскоре город был взбудоражен более приятной новостью. Вдовствующая королева Элеонора отказалась от своего высокого и почётного статуса и вскоре выходит замуж за благородного Танкреда Аллара, молодого барона короля Армана и коннетабля королевства. Это известие было воспринято горожанами более чем благосклонно, поскольку многие в душе жалели прекрасную королеву, пребывающую так долго в трауре по утраченному супругу, а её новый избранник как был, так и остался любимцем народа, несмотря на промелькнувшие над его головой грозовые тучи.

Марк наблюдал за всем этим со стороны. Он тщетно бился, пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку, которая привела бы его к убийце де Лорана или к Ордену Чёрного зеркала. Но никто больше не встречал в Сен-Марко людей в чёрных плащах и блестящих масках, в совершавшихся в городе убийствах не было ничего таинственного, никто не пытался снова распространить слухи, порочащие короля и его приближённых. И, продолжая искать Алена де Жардо, Марк с некоторым отчаянием понимал, что уходит золотое время для этих поисков. Ещё немного, и позабудутся распространённые полицией среди населения приметы, притупится внимание стражников и осведомителей, появятся новые злодеи, которых нужно будет разыскивать с тем же рвением. И затаившийся где-то рыцарь с обсидиановым кинжалом сможет покинуть своё тайное убежище и выйти на улицы этого города, не рискуя быть замеченным чьим-то внимательным взглядом.

Послесловие

Марк задумчиво смотрел в необыкновенно высокое небо, раскинувшееся от края до края. Оно было ярко голубым, и в нём крохотными, полупрозрачными серебряными монетками висели летающие острова, которые назывались атмосферными станциями. Его взгляд медленно, как во сне скользил дальше к самому слишком низкому и узкому горизонту, возле которого небо светлело и становилось белёсым. От него мягкой дымкой струилось сияние, в котором тонула лиловая полоса дальних гор, граничивших с ковром тёмно-зелёных сосновых крон.

Он сидел на низкой скамеечке возле широкой деревянной столешницы, установленной на выстланной гладкими панелями площадке, над которой серебрился вогнутый купол тента. За его пределами было жарко и высокие деревья сада, увешанные золотистыми грушами, красными яблоками и сочной бордовой черешней плыли в зыбком мареве, и только здесь, в прозрачной тени было прохладно от мягких волн охлаждённого воздуха стекающего с крыши беседки.

Здесь было спокойно, красиво и уютно, и весь этот мир казался ему настолько безопасным, что мог быть только сном или раем. Позади раздался радостный визг и возня. Невольно обернувшись, он увидел легкий фасад дома с изящной голубой крышей, широкой верандой и сплошь стеклянными стенами. На изумрудной, идеально постриженной лужайке весело играли лисята. Их было не меньше десятка, но сосчитать было трудно, потому что они беспорядочно носились друг за другом, устраивали потасовки и замирали лишь на миг, чтоб помериться широко распахнутыми зубастыми пасточками. Он невольно засмотрелся, потому что они были чудесным дополнением этой сказочной картины, небольшие с длинными пушистыми хвостиками и самых разных окрасов: рыжий, белый, чёрный, бурый, розовый, салатный и даже сиреневый с яркими фиолетовыми полосочками на спине. Они выглядели странно ещё и потому, что на ушках некоторых красовались разноцветные бантики, другие щеголяли в ошейниках с блестящими камушками, а один даже был наряжен в кружевную жилетку с прозрачными крылышками за спиной.

— Значит, она выходит замуж, — услышал он тихий и печальный голос и перевёл взгляд на своего собеседника, сидевшего на такой же низкой скамеечке по другую сторону стола.

Марк уже привык к короткой стрижке Армана, но его наряд всё так же вызывал у него некоторое смущение. Однако он должен был признать, что в этих длинных обтягивающих штанах из тонкой ткани и в такой же облегающей рубашке без воротника и с короткими рукавами в жару было куда комфортнее, чем в его бархате. Это всё было не столь важно, и Марк снова задержал внимательный взгляд на чётко очерченном профиле печально опущенного лица, уже в который раз стараясь как можно крепче запечатлеть его в своём сердце.

— Я подумал, что сам должен сообщить вам об этом, мой король.

— Перестань, — досадливо отмахнулся тот. — Я давно отрёкся. Теперь твой король Жоан. Мне кажется, он отлично справляется.

— Это так, но в моём сердце вы навсегда останетесь королём.

— На самом деле это уже не важно, мой мальчик, — Арман с печальной улыбкой взглянул на него. — У меня теперь совсем другая жизнь, я очень счастлив, и сожалею лишь о разлуке с друзьями. И с ней… Значит, именно ради этого ты преодолел свой страх перед магией и решился пройти через пространственный портал.

— Мне жаль, что я огорчил вас.

— Нет, я благодарен тебе, Марк. Наша любовь уже давно превратилась в душевную драму, которая тяготила и меня, и Элеонору. Я не мог вернуться к ней, и не мог отпустить, пока знал, что она всё ещё грустит обо мне. Я считал себя не вправе перелистнуть эту страницу и искать новое счастье, потому что был обязан делить с ней её одиночество. Так, невысказанно и бесконечно. И если я знаю, что моя жизнь и молодость теперь будут очень долгими, то её красота мимолётна. Я боялся, что она так и увянет на коленях, скорбя у пустой гробницы. И я бесконечно счастлив, что она решилась полюбить снова. И что она выбрала Танкреда. Вот кому я без страха и сомнений мог бы сам вручить её. Он верный и благородный человек, с ним она будет до конца дней окружена любовью и