Звезды, пламя и сталь. Книга 4 - Игорь Викторович Лопарев

А когда дверь снова открылась, и мы с роботом вышли в небольшой холл, задрапированный тяжёлой золотистой тканью, я увидел первого живого человека в этом ресторане.

— Предъявите свой ФПИ, — голос того, кто обращался ко мне, был совершенно лишён эмоций. Мало того, это был не человек в полном смысле этого слова. Это был довольно причудливый киборг.

Начнём с того, что его левый глаз заменяла электронно-механическая конструкция, где в паутине тончайших деталей, в глубинах черепа, тускло подрагивал красно-фиолетовый огонёк. Смотрелось это жутковато, так как этот прибор никак не сочетался с бледной до синевы кожей лица и правым глазом, который был совершенно обычным, с радужкой небесно-голубого цвета.

Нижние конечности киборга были полностью из металла, причём коленный сустав выгибался назад. Корпус закрывала сегментированная керамо-металлическая броня. А верхних конечностей было аж целых четыре. И все были одеты в металл и усилены множеством сервоприводов.

Причём две из них были лишены кистей и вместо них торчали раструбы плазмомётов. Третья конечность сжимала в блестящих металлом пальцах рукоять тяжёлого станера. А вот в четвёртой был считыватель, который этот бодигард и протянул ко мне, чтобы получить данные с карточки ФПИ.

Убедившись в том, что я — это я, страж лязгнул металлом, отшагинул в сторону и освободил для меня проход.

— Следуйте прямо, в конце налево будет дверь… — следуя этим инструкциям, я пошёл по коридору. Миновал ещё двоих охранников, которые были похожи на того, что меня тут встречал, как близнецы-братья. В левой глазнице каждого из них тоже теплился багровый огонёк…

Наконец я увидел перед собой дверь. Просто дверь. С филёнками из дорогого дерева и отполированной бесчисленными прикосновениями ручкой. Я повернул ручку, и дверь без скрипа отворилась. Шагнул вперёд. Огляделся.

Комната была небольшой. Но обставлена роскошно. Причём роскошь не была кричащей. Всё выглядело бы вполне обыденно, но каждая линия была строго выверена. Интерьер безупречен. Ничего лишнего, что могло бы отвлечь зрителя от созерцания этот поистине совершенный дизайн…

И в этом кабинете и ждал меня сам Кирин Аргуссос.

Со вкусом одетый мужчина. Выглядел лет на пятьдесят. Подтянутый. В густой шевелюре редкие седые нити.

Я знал, что внешнему виду доверять никак нельзя. Его деньги открывали ему широкие возможности для продления жизни и коррекции как внешнего вида, так и состояния внутренних органов. Не исключено что за его плечами уже несколько процедур полного омоложения. И лет ему не пятьдесят, а сто пятьдесят, а может даже и поболее…

— Добрый день, молодой человек, — он смотрел на меня с прищуром, как будто целился. У меня даже мурашки по спине побежали, — садитесь, не стесняйтесь. Если хотите есть, то всё. что стоит на столе к вашим услугам, — и он сделал широкий жест рукой, мол. ни в чём себе не отказывай, да…

— И вам добрый день, — сказал я, выбирая себе место, куда бы сесть. В конце концов, я остановил свой выбор на удобном кресле, стоявшем в аккурат напротив олигарха.

Поскольку господин Аргуссос предложил мне отбросить стеснительность, я последовал этому его совету и сам, не дожидаясь отдельного приглашения, налил себе кофе. Благо и чашка рядом стояла, и за кофейником далеко тянуться не пришлось.

— Ну, поскольку погода на станции неизменна с момента её принятия в эксплуатацию, — начал олигарх, — мы, наверное её обсуждать не будем, и сразу перейдём к делу… Надеюсь, вы не будете возражать? — и посмотрел мне в глаза. У меня мелькнула мысль, что этот взгляд. похоже, пытается проникнуть аж в глубины моего сознания.

И, похоже, я если и ошибся, то совсем чуть-чуть. Доминатор показал, что была попытка пси-вмешательства:

…Фиксирую попытку ментального сканирования. Создаётся эмуляция верхних слоёв со стандартным набором фоновых мыслей…

Я ощутил какое-то странное чувство, словно что-то шевелилось под черепной костью, но давление и дискомфорт почти сразу сошли на нет, а мой собеседник холодно улыбнулся:

— Ну, что ж, давайте я начну. Мой интерес возбудила партия диспрозия, которую мы приобрели на бирже Латоти. Как выяснилось, — он смерил меня взглядом, — этот металл принадлежал вам.

Я согласно кивнул. Как я понял, покупка второго лота была совершена в интересах именно этого господина.

— Когда эта партия металла пришла на завод, то по результатам анализа стало ясно, что содержание стабильного изотопа 156Dy в вашем металле превышает норму чуть более, чем в 2 раза. Оно составляет до двенадцати десятых процента от веса всего металла.

— Это хорошо, или плохо? — этим вопросом я дал понять, что в изотопах диспрозия не сильно разбираюсь и пояснений по этому поводу никаких дать не могу.

— Понятно, — хмыкнул олигарх, — тогда я немного проясню для вас этот вопрос. Нам приходится обогащать этот металл для того, чтобы он соответствовал технологическим требованиям, которые… — тут он осёкся, видимо. задавая самому себе вопрос, типа, а не слишком ли много я тут рассказал… — в общем, я не думаю, что вам будут интересны подробности. Скажу короче — используя именно ваш металл я смогу снизить его потребление на двадцать процентов. Но…

— Так я и думал, — это же я улыбнулся, — в любом деле есть своё «но», которое усложняет жизнь.

— Совершенно верно, — покладисто согласился Кирин, — в данном случае, чтобы начать экономить металл, мне нужно наладить по другому линию, на которой мы производим… — тут он опять буквально проглотил уже готовое вырваться слово. — неважно, в общем… А линию имеет смысл перенастраивать только если производство после этого будет идти не менее, чем в течение полугода.

— Ага, — я кажется начал что-то смутно понимать, — а для того, чтобы линия работала в течение этого времени, нужен соответствующий объём металла. Так?

— Какой вы догадливый молодой человек, — хмыкнул олигарх, — в общем да, вы правы. Возня с настройкой имеет смысл, если только мы сможем приобрести нужный объём металла с теми же количеством изотопа 156Dy, что было и в той партии, что мы купили у вас через биржу.

— И какой же объём вы хотели бы получить? — теперь мне стало понятно, что этот дядька хочет дополнительно сэкономить. А экономия эта возможна именно при наличии именно моего диспрозия, — и что по ценам будет?

— Мне нужно… — он закатил глаза, словно только вот сейчас решил посчитать, какой размер партии его удовлетворит, — не менее, чем сорок тонн. А что касается денег… — тут он тоже потянулся за кофейником. — Сорок тонн я готов взять по той же цене, по которой прошла наша сделка на бирже. А