О бедном мажоре замолвите слово 4 - Виталий Сергеевич Останин

была самая трудная командировка в его жизни. Очередной пограничный конфликт с персами, точнее даже не конфликт, а провокация, где в необъявленной войне все равно гибли люди. Он ходил в вылазки, дежурил на блок-постах, сражался, отмечал успехи боевых товарищей или прощался с ними, но мыслями был не здесь. И каждый день ждал доклада от наемных детективов и звонка от своих людей. Боясь услышать то, что они принесут.

Специалисты отработали каждый вложенный в них рубль. И к завершению своего срока пребывания на границе, капитан Орбелиан уже знал, что случилось. Содержание доклада хоть и оказалось шокирующим, но все же дающим опору под ногами. Прочитав его, Гия даже испытал странное облегчение. Значит, он не сходил с ума. Значит, был прав, чуя неладное. А еще это значило, что враг обрёл облик.

«Графиня Нино Градовская вместе с супругом, графом Андреем Градовским, регулярно посещают собрания некоего закрытого общества, — говорилось в отчете. — Нам не удалось установить ни его точного названия, ни направленности, ни выявить других членов. Но предположительно, это что-то вроде религиозно-философского общества, с высокой степенью конспиративной деятельности. Места встреч меняются, члены используют прозвища. Известно, что граф Градовский начал посещать собрания около полутора лет назад, ваша сестра — примерно год спустя, уже после их возвращения из долговой ямы. Связываем их вернувшееся финансовое благополучие с вступлением в это общество. Прослушать собрания не удалось — помещение тщательно проверяется на наличие подслушивающих устройств, а внешний периметр всегда тщательно охраняется… В быту Нино Градовская выглядит спокойной… Признаков физического насилия или принуждения не зафиксировано… Отношения с мужем ровные…»

Тайное общество…

Настоящий бич имперской знати, порой пускающейся во все тяжкие, не в силах придумать других способов проводить свои праздные дни. Гия никогда не думал, что его сестра способна вляпаться в такую паутину. Впрочем, если с помощью этого самого общества ее супруг смог вернуть финансовую независимость, причины для скрытности Нино становились более понятными.

Уже это само по себе здорово напрягало, но одна из фраз отчета и вовсе погружала капитана в леденящий ужас. 'Признаков физического насилия или принуждения не зафиксировано… Отношения с мужем ровные…"

Это значило, что Нино не просто запугали, а… переделали? Заставили измениться, стать верной новым установкам, а не своей личности. Ей промыли мозги. Это уровень угрозы на порядок выше.

Орбелиани отдал приказ детективам удвоить усилия, выяснить всё, что можно. Имя лидера. Места сбора. Цели. Он сыпал деньгами, не считая. Он использовал все связи семьи Орбелиани в столице, чтобы надавить и раскопать. Но столкнулся со стеной из молчания, вежливых отказов или искреннего неведения. Словно этого общества вовсе не существовало в природе.

Этот тупик сводил с ума. Врага нельзя было ударить, потому что его нельзя было найти. Тогда он снова направился к Нино. Попытался снова поговорить с ней.

— Я знаю, — сказал он ей прямо, когда она приняла его в гостиной, словно не родной брат приехал, а какой-то очередной визитер. — Знаю про общество. Про эти ваши тайные собрания. Знаю, что Андрей втянул тебя в это. И про то, что деньги твоего мужа пришли оттуда. Позволь мне помочь тебе, сестренка! Ты же знаешь — я сделаю все, чтобы защитить тебя! Только скажи, кто вас так запугал, и я сожгу весь его род до четвертого колена! Не бойся!

Он ждал слёз, испуга, признания, просьбы о помощи. Всего что угодно, но не странного холодного и пугающего взгляда. Ее глаза были пусты, как высохшее озеро.

— Георгий, — ровным голосом произнесла она, будто не с братом говорила, а отчитывала прислугу. — Я не понимаю, о чём говоришь. Но ты лезешь не в свое дело, в вопросы, которые касаются только моей семьи. Это неприемлемо. Знаешь, тебе лучше уйти. И не докучать мне или моему мужу. Никогда. А теперь прости, у меня еще много забот. Прощай.

И ушла, оставив его стоять посреди гостиной в полнейшем душевном раздрае. Он даже не сразу понял, что испытывал в тот момент. Не злость и не ярость точно — эти эмоции он хорошо знал и умел обращать себе на службу. Но вскоре понял — отчаяние. Только что перед ним умерла надежда на то, что сестру можно спасти, просто вырвав из лап мерзавцев. И этого не изменить.

Он не помнил, как уехал из столицы. Пара дней прошла словно бы в тумане, где он сражался с лезущей в душу всепоглощающей тьмой. В себя пришел в каком-то баре уже в Ялте. К счастью, как сказали сопровождающие его люди, за это время никто вокруг не пострадал. Оказывается, он рванул в Крым, а там занырнул на самое дно — в дорогие рестораны, казино, шумные вечеринки золотой молодёжи. В которых хотел утонуть, забыться в их шуме. И не слышать последние слова Нино. Доказывающие, что никого из близких он защитить, оказывается, и не в состоянии.

Загул затянулся на несколько недель. На его излете он и познакомился с молодым Шуваловым и его подругой Аникой Ворониной. Сперва князь показался ему жутким снобом, одним из тех надменных отпрысков знатных фамилий, что боятся мужской работы и беспечно прожигая дни.

Но при более близком контакте он изменил свое мнение. Михаил оказался надежным товарищем, которому можно и спину доверить. В той дурацкой засаде на дороге княжич не стал праздновать труса, и не задумываясь прикрыл его.

А потом он услышал о нем еще кое-что. Весь ялтинский свет активно обсуждал способность Шувалова решать деликатные вопросы. Подсобрав слухи, Гия выяснил, что тот, оказывается, решил почти неразрешимую проблему в семействе Воронцовых. Подробностей никто не знал, но все сходились на том, что в высшем российском обществе чуть ли не свой Пинкертон появился.

«Так может это знак? — подумал тогда капитан Орбелиани. — Может этот человек может помочь и мне?»

Бросив гулянку, он снова рванул в столицу, где узнал о том, что Шувалов занят поисками своей напарницы, Аники. И не раздумывая предложил свою помощь в этом деле. Ни разу не разочаровавшись в своем решении. Да, их расследование не задалось с самого начала, но Гия видел, что Михаил не собирается сдаваться, продолжая действовать с даже немного пугающей офицера ледяной целеустремленностью.

И она, наконец, привела к прорыву! И не просто новой ниточки в поисках пропавшей Ворониной — к его Нино! Сестра оказалась в списках, которые выдал делец из «Гудка». В тех, где из людей делали… оружие?

После того, как Туров произнес ее имя,