Долг человечества. Том 4 - Артем Сластин

Мы с Борей удерживали беднягу, как могли, но при этом старались не навредить хрупкому телу еще сильнее. С нас станется, особенно в стрессе. Потому, изо всех сил сохраняя самообладание, держали.

Как мне реагировать на помощь Жени? Учитывая, что она мне сказала. Наверное пока никак, кроме как с благодарностью, ведь она прикладывает все силы и навыки, чтобы, даже не до конца понимая, кого спасает, все же спасти. Потому что Ренгу дорога именно мне.

— Варя, быстро! — Вскинула голову целительница на стоящую наготове волшебницу.

Та коротким, быстрым огненным сполохом прошлась по ране, прямо внутри. Крик, переходящий в ультразвук, быстро затих — Ренгу отключилась от боли.

— Это необходимо, чтобы убить заразу. Антибиотиков у нас нет. — Посмотрела на меня, ошарашенного произошедшим, Женя, и попыталась успокоить. — Боря, давай.

Теперь, в четыре руки, заклинатели школы восстановления принялись активно затягивать рану. Было видно невооруженным глазом, как в реальном времени ткани вырастают и стягиваются, кровотечение останавливается, и сквозная дыра зарастает.

— Вот так. Хватит. — Дала она команду Боре и сама прекратила. — Марк, давай сюда зелье и открой ей… клюв.

Передав склянку, я запоздало сообразил, что удерживать ноги птице больше не нужно, и поспешил пальцами раскрыть клюв. Однако, учитывая физиологические особенности этого странного существа, стало понятно, что клюв у нее — лишь орган дыхания, и есть еще вполне человеческий рот с губами, зубами и языком.

Раскрыв его пальцами, я дождался, когда все до последней капли попадет в организм бедняги, и только тогда отпустил, убрал руки. Женя отбросила пустую склянку, которая до земли не долетела, исчезнув, и вновь скомандовала:

— Варя, со второй полки сверху, миску с мазью и чистую ткань.

— Держи! — Пулей среагировала волшебница, передав требуемое.

Закрытую волшебством рану густо промазали какой-то бурой смесью, по консистенции похожую на алебастр, сначала на груди, а потом и по спины. Затем подранка укрыли шкурой и оставили отдыхать. Женя, вытерев руки от крови об собственную мантию, шумно выдохнула и заявила:

— Все. Кризис миновал, среагировали быстро.

Я прильнул к стене и выдохнул, прикрыв глаза. Кризис миновал, значит… Стало быть, выживет моя разведчица?

— Ху-у-ух… — Здоровяк тоже расслабился, ощутив тяжесть этой быстрой операции.

— Иди… иди, кому говорю… — Уцепился я вернувшимся ко мне слухом за подначки Иры, обращенные к близняшке.

— Марк! — Парой мгновений позже в нескольких метрах от меня остановилась Мира, с потерянным и отсутствующим взглядом, задумалась на секунду, а после склонилась, спрятав голову. — Я не знала! Я прошу меня простить!

— Чего именно ты не знала? — Устало перевел я на нее взгляд. Вся буря эмоций улеглась, оставив после себя выжженное плато.

— Мне объяснили, что та, кого я подстрелила, не несла опасности и на самом деле твой друг. — Не поднимая спутанных, еще влажных после помывки светлых волос, ответила девушка.

Я перевел взгляд за девушку, поймав взором сигнализирующую мне Катю. Она одними лишь уголками губ улыбнулась, медленно прикрыла глаза и едва заметно кивнула.

— Я довольно однозначно несколько раз дал команду сложить оружие. — Отвел я взгляд от Кати и вновь вперился в Миру, буравя ее насквозь.

— Мне это понятно, я приношу свои извинения, это больше не повторится.

— Мира, — я набрал в грудь побольше воздуха, но не для длинной тирады, а справляясь с вновь разгорающимся гневом, — проблема не в том, что ты подстрелила Ренгу, а в том, что ослушалась прямой и четкой команды, озвученной неоднократно.

— Это мой просчет. — Внезапно для меня за девушку вступилась Катя. — Я поработаю над этим.

— Нет, Кать, — покачал я головой, — Мира самовольно решила, что лучше понимает ситуацию и действовала осознанно. Это не было самообороной.

— Я не хотела! Это не саботаж, Марк! Я не знала, там, снаружи, я видела таких тварей, они бесшумно нападают с деревьев! Тут было темно, я думала, что ты ошибся! — Резко сорвалась на эмоции девушка, подняв на меня взгляд и помогая себе в объяснениях руками.

— Стоп. — Резко оборвал я начинающуюся истерику. — Почему тогда Егор послушался, и убрал копье⁈

— Я боялась за жизнь сестры! А ему, — она зло перевела взгляд на стушевавшегося при его упоминании Егора, — плевать на собственную сохранность, он сам об этом говорил!

Мне стало понятно, что я устаю объяснять очевидное. Более того, я даже не хотел продолжать. Тот факт, что все обошлось, что называется, малой кровью, спас девушку от необдуманных и импульсивных действий с моей стороны. И даже сейчас я подвержен эмоциям и не смогу полноценно правильно выйти из ситуации.

— Кать, — поднял я взгляд выше и левее плеча Миры, туда, где остановилась моя заместительница, переместившись для защиты лучницы, — проведи профилактическую беседу. Для всех, одним скопом, о том, как мы действуем в нестандартных ситуациях и кого слушаем.

— Поняла. Пошли, — сделала еще шаг ближе к Мире девушка, положила свои руки ей на плечи и с усилием развернула к себе лицом, чтобы увести вглубь лагеря, — всех попрошу собраться, устроим небольшой разбор ситуации и попробуем не допустить… — Дальше я не слушал, обернулся на Женю.

— Спасибо. — С истинной благодарностью я выразил Жене свои мысли. — Если бы не ты… И вам тоже, быстро среагировали. — Перевел я взгляд на Борю и Варю.

— О таких вещах необходимо предупреждать. — Заявила Женя, кивнув на отдыхающую раненую. — Глупо было надеяться, что эти испуганные люди отреагируют иначе.

— Наверное. — Согласился я.

— Мы сделали все, что могли. Она, эта Ренгу, везунчик, стрела прошла насквозь, не задев кости и жилы. Наверное, даже летать сможет, но я не сильна в орнитологии. Хотя, тьфу, я даже не знаю, какой врач по хорошему должен ее осматривать. Кто она вообще, птица или человек? — Пустилась в размышления целительница.

— Кто ж ее знает. — Хмыкнул Борис. — Но болтает совсем как человек.

— Может, ей бульончик сварить?.. — Подошла совершенно неожиданно к нам Кара.

— Может. — Кивнула целительница. — Она же плотоядная?

— Да. — Подтвердил я. — Было бы хорошо.

— Пойду, поставлю огонь, всякому существу хороший бульончик сгодится. — Мягко улыбнулась женщина и отошла.

— Сейчас за ней нужен присмотр и уход, несколько дней, понаблюдать, не разовьются ли осложнения. — Размышляла Женя вслух.

— А могут? — Нестройно спросили и я, и Боря.

— Не знаю, говорю же, странный у нее организм. — Пожала плечами девушка.

Разговор еще какое-то время перетекал из пустого в порожнее. Суть же одна — ничего еще не кончилось. Но, имея двух опытных целителей во фракции, меня заверили, что с Ренгу все будет в порядке. Несмотря на то, как неприкрыто ненавидела меня