Попаданка в сказку. Проклятье красной розы - Дина Нежина

— Я просто хотел, чтобы ты осталась, — жалобно тянет он. — Потому и...

— Ну, поздравляю. Я осталась. И знаешь что? Тут грязно. Везде паутина. Розы в саду вянут. И хозяин замка — истеричка, а не бывшее высочество: ноль дисциплины, только вопли.

Он смотрит на меня растерянно. А потом... всхлипывает. Ну все, это жуть, официально. Мне не влюбляться в него, а усыновить и воспитывать надо. Блин! Как мне теперь отсюда выбраться и не стать мебелью? Бесит!

— Ну ты ещё поплачь, — говорю я устало. — Будешь реветь — воды принесу. Но знаешь что? Я из таких, кто от слёз не размякает. Я не принцесса, не мать твоя и не нянечка. Но я порядок наведу. А ты... ты выбери: хочешь, будешь мне помогать, хочешь — не мешай. Вариантов немного. А там посмотрим.

Он утирает лапой глаза. Это почти трогательно. Почти. Если бы не то, что когтями чуть не выцарапал себе щёку.

— Ты точно не влюбишься в меня, да?

Я закатываю глаза. То есть ему она тоже сказала, что нам надо друг в друга влюбиться и тогда жизнь тут же превратится в сказку. Бесит!!!

— Господи, в кого? В шапку из ковра? В обиду столетней выдержки? Нет, дорогой мой, вероятность стремится к нулю.

Он виновато опускает голову. Молчит.

— Всё, разговор окончен. Пойдём ужинать. Заодно расскажешь, где у вас тут пылесос. Или что вместо него.

— Что такое пылесос..? И... ты разве не злишься?

— Метелка такая для пыли, которая её… э… всасывает? Ладно, не важно, — я глубоко вздыхаю. — Я злюсь. На тебя тоже немного, но в основном на Волшебницу. А еще меня бесит, что этот замок развалится к чертовой бабушке, если я тут все не перестрою. А почему вообще я это делать должна? Я тут кто? Правильно, формально — пленница. И откуда у меня вообще эти мысли? Их как будто сам замок мне навязывает, потому что иначе это не объяснить. Они же неадекватные! И еще я адски злюсь на то, что у меня в целом мало времени.

Я встаю. Он вяло поднимается, чуть задевает меня локтем, от неожиданности пугается и отскакивает, как мелкая собачонка. Как будто я его ударить могу, а не он меня. Хотя тут вообще-то он ужасное страшное чудовище. Да уж.

— Ничего, — говорю я, — привыкнешь. И меня вылечим, и тебя вылечим...то есть воспитаем. Будешь как шёлковый.

Он молча следует за мной. Не бурчит, не огрызается, даже хвост немного волочит. Вот тебе и чудовище. Укрощение, блин, строптивого.

А я иду, думаю о чае и пироге, и понимаю: в любовь я, может, не верю, но порядок — порядок я наведу. Хоть в этом мире, хоть в другом.

В конце концов, может эта волшебная коза что-нибудь там не дописала и можно придумать что-нибудь еще, чтобы снять проклятие? Замок этот весь тоже как бы… почти чудовище.

Может, можно полюбить его?

Глава 13

Волшебницу я замечаю сразу. Она снова появляется у роз, будто ей положено быть именно там — между лепестков, проклятий и драм. Стоит себе в своём плаще, будто вышла из театральной постановки, и улыбается. Конечно, улыбается, коза! У неё-то всё под контролем. Как будто она не сдвинула с места целый мир, потому что кто-то не сказал спасибо-пожалуйста.

— И снова здравствуйте, — говорю я с минимально возможным цинизмом. Я как-то даже не удивлена, что она опять явилась.

— Какая вежливость, — хмыкает Волшебница.

— Это не совсем она, но ладно. Чем обязана?

— Поосторожнее с такими словами, а то я и правда подумаю, чем тебя обязать, — весело отвечает она, поправляя складки на плаще. — Что до причины моего появления — что тебя удивляет? Я слежу, всё ли идёт по плану.

— По совершенно идиотскому плану, — фыркаю я в ответ. — И следить тут не за чем, прямо тебе скажу.

— Ну не скажи, — хмыкает она опять, чем безмерно меня раздражает. — Интересно наблюдать, как люди воспринимают своё наказание.

— Наказание, ага. У тебя что, только одно решение всех проблем — превратить всех в мебель? Может, ещё деревню превратишь во что-нибудь бесполезное? Лампочки, торшеры… Тебе удобно будет. Сразу везде светло.

Я раздражаюсь еще больше и, если честно, мне кажется, что замок и тут на меня влияет. Как будто это его раздражение и борьба за справедливость, типа “ну пойми же уже, как это несправедливо”! Однако, Волшебница не отвечает на мои колкости. Просто смотрит выжидательно. Вся такая “ну давай, скажи что-нибудь еще” и я, конечно говорю.

— Ты понимаешь, что не просто "наказала" избалованного мальчика с гипертрофированным эго? Ты жизни людей в кошмар превратила! Кто-то теперь подсвечник, кто-то тряпка для пыли! Они были просто... рядом. И что? Виноваты в том, что не отговаривали его грубить тебе?

— Ты злишься, — говорит она ровно. — Но эмоции — не истина. Замок — это не просто стены. Это отражение души его хозяина. А значит, все, кто был в нём, были частью той души.

— То есть если в доме хозяин козёл, все жильцы — тоже? Прекрасно. Отличная философия. Напиши книгу, сейчас такие мега-популярны в моем мире.

Она смотрит на меня с каким-то разочарованием, приподняв брови, поджав губы. И я понимаю: ей, этой древней, могущественной, сверкающей бабе... неприятно. Она обижена. Да что ж тут все как дети малые?

— Ты же умная, как мне казалось, — говорит она чуть холоднее. — Зачем говоришь то, что о чем пожалеешь? Ты здесь не хозяйка. Это не твой мир, не твой дом и даже не твои правила.

— Да я уж поняла, — огрызаюсь я по инерции. — Но я тут живу по твоей милости. Я должна понимать и кивать головой, мол, хорошо придумала, пока ты превращаешь всех в подушки и ковры только потому, что у кого-то была плохая манера общения? Я против жестокого обращения с кем угодно.

Она медленно кивает. Потом её губы сжимаются в холодной усмешке.

— Хорошо, я тебя услышала. Раз ты такая смелая и справедливая… тогда справедливость будет полной. С сегодняшнего дня — никаких поблажек. Хочешь бороться за добро? Сражайся. Но без моих удобств.

— Что это вообще значит?

Она не отвечает. Просто щёлкает пальцами — и исчезает, как пар.

Воздух вокруг на секунду становится тише, как будто замок замер. И у меня появляется нехорошее предчувствие.

Странно. Зачем я с ней вообще спорила? Откуда у меня это дурацкое