Голоса времени - Джеймс Грэм Баллард

– Мы были в шаге от катастрофы, миссис Талбот, – сообщил он дрогнувшим голосом и нервно хохотнул. – Еще немного – и…

Когда мы шли через двор назад к машине, Стамерс снова превратился в бывалого рекламщика, нахваливающего товар:

– Удивительное поместье, мистер Талбот, просто удивительное. Дому всего восемь лет, и какая у него родословная! Вы обратили внимание? Это уникальная возможность для нового начала, для иного бытия…

Я усмехнулся и покачал головой.

– Может быть, но мы все же предпочтем поискать другие возможности.

Планы с Фей на проживание в небольшом городке начинали претерпевать перемену. Мы обдумывали возможность открыть контору для юридических услуг в Ред-Бич, в двадцати милях отсюда. Не только из-за того, что в Ред-Бич царили лишь туман, грязь и завышенные цены на жилье, но и из-за перспективного привлечения новых клиентов из Алых Песков – места, где обитали стареющие звезды кино и безработные магнаты. Это настоящие мастера манипуляций. Прожив в их окружении, я мог бы со временем получить приглашение на ужин или на вечеринку с игрой в бридж. За столом легко было бы поднять тему успешных дел в области наследственных споров или разрешения спорных контрактов, действуя тактично и ненавязчиво.

В процессе переезда от одной резиденции к другой мы все меньше и меньше надеялись на то, что удастся обнаружить нечто соответствующее нашим требованиям в этом районе. Проходя мимо древнего ассирийского зиккурата – его последний жилец страдал от неистовых судорог, и бедное обиталище до сих пор ходило ходуном, как плясун святого Витта, будто по нему распространялись мощные электрические токи, – мы наткнулись на превращенный в жилище ангар для подводных лодок, чей владелец, по слухам, слыл запойным алкоголиком. Стены его дома, пропитанные влагой и унынием, казались будто насыщенными одиночеством и горечью самого хозяина.

В конце концов, мистер Стамерс, осознав, что не способен нас обмануть, сдался и решил вернуться к реальности. Однако обычные дома оказались не лучше психотропных. Почти каждое здание в Алых Песках было создано в период расцвета экзотической архитектуры, настроенной на биотоки человека. Использование новых биопластиковых материалов побуждало архитекторов к безумным экспериментам. Фанатизм по отношению к новым тенденциям был настолько безудержным, что многие здания из чувствительных материалов оказались излишне реагирующими на образ жизни и эмоции своих жильцов. Проживание в таком доме было как погружение в чужие мысли и душу без разрешения, постоянное нахождение в радикально неподходящих условиях. Чего может ожидать новый владелец такого дома? Наш первый опыт был неудачным, но мы решили не сдаваться. Да и потом, если есть дома, где царят грусть и болезнь, почему бы не выбрать такой, где остались радость, веселье и смех предыдущих жильцов?

Мы мечтали о таком доме с Фей. Уже целый год что-то менялось в наших отношениях, что-то исчезало, терялось навсегда. Дом с позитивным характером, унаследованным от успешного банкира и его заботливой жены, мог бы помочь нам.

Однако после тщательного изучения каталога я осознал, что такие дома, как в Алых Песках, встречаются очень редко. Здесь можно было найти резиденции агрессивных антисоциальных личностей и телевизионных магнатов, известных многочисленными разводами. Парадоксально, встречались здесь и дома, отмеченные лишь адресом – никаких других дополнительных сведений не предоставлялось.

Из числа таких загадочных объектов выделялся дом № 99 на улице Стеллависта. Напрасно я пытался найти в буклете хоть какие-то данные, пока мы приближались к нему по тропинке через сад. Ничего, кроме фамилии владелицы. Ею оказалась некая мисс Эмма Слэк. Но ни слова не было сказано о ее личности, повадках или психотипе.

С первого взгляда было видно, что здесь жила женщина, предпочитавшая необычные архитектурные формы. Дом напоминал гигантский цветок, расположенный на цементном основании среди ухоженного сада. Каждый из его лепестков вмещал комнату: один – гостиную, другой – хозяйскую спальню и так далее. Лепестки, как расправленные крылья, тянулись над деревьями и достигали ворот. На первом этаже между ними располагалась терраса, обрамляющая маленький бассейн в форме сердца и ведущая к главному зданию. Внутри цветка-дома находились комнаты для прислуги и кухня на двух этажах.

Судя по всему, за домом вполне прилично ухаживали. Пока Стамерс парковал автомобиль, я увлеченно изучал узоры на потолке. Пластик был безупречен, а тонкие линии, соединяющиеся в центре, напоминали вихрь. Стамерс почему-то не спешил войти в дом, предпочитая демонстрировать нам все интересные детали интерьера жестами, пока мы поднимались по прозрачным ступеням веранды. Похоже, он не мог найти управляющую панель, и я задумался о том, что дом, возможно, был опечатан и законсервирован – так теперь поступают со многими психотропными постройками. Это, впрочем, не означает, что они непригодны для жилья. Наоборот, внутри царит выдержанная атмосфера покоя и уюта.

– Удивительный дом, – выразил я свое восхищение, когда Стамерс показал мне бассейн в форме сердца. Через его стеклянное дно автомобиль, припаркованный внизу, выглядел как яркий рифленый карп, плавающий в глубинах пруда. – Просто потрясающий. А давайте мы его включим!

Стамерс, обойдя меня, прошел на кухню, тараторя:

– Думаю, миссис Талбот следует осмотреть кухню в первую очередь. Не торопитесь, освойтесь с жилищем!

Кухня оказалась просто феноменальной. Полностью автоматизированная, со встроенной мебелью и бытовой техникой самых разных именитых марок. По завершении работы эти механизмы сами собой прятались в специальных отсеках и шкафах. Это все выглядело как истинное чудо, но я подумал, что среди обилия примочек мне потребуется не менее двух дней, чтобы просто научиться варить яйца всмятку.

Фей с восторгом разглядывала кухонные принадлежности, очарованная их блеском.

– Ого, надо же, тут можно будет организовать производство пенициллина, – сказал я, указывая на буклет. – Почему это здание так дешево продают? Двадцать пять тысяч – это же практически бесплатно!

В глазах Стамерса полыхнул странный огонь. Он усмехнулся мне загадочно, словно давая понять – вот твой шанс, твоя счастливая карта, – и повел меня в зал для отдыха и развлечений, а затем в библиотеку. Он неустанно нахваливал все: сам дом, безупречную работу своей компании за тридцать пять лет, удивительный сад за окном, усаженный вечнозелеными растениями.

Внезапно осознав, что я находился на пределе своих чувств, он активировал жилище. Внутри меня вспыхнуло что-то необъяснимое и яростное, словно молния, – я вдруг почувствовал, что Эмма Слэк была женщиной с необычайной силой.

Плавно шествуя через опустевшую гостиную, я ощущал, как стены уходят в стороны, двери раскрываются шире, а странные звуки, словно эхо издалека, наполняют помещение. В это время дом напитался каким-то беспокойством; как будто загадочный призрак, возникший за моей спиной, захотел проникнуть в самое мое естество.