Наследник без искры - Владимир Снигур

— Расскажите словами, — предложил Воронцов.

— Машина стирает сведения, переданные без прямой непрерывности.

— Удобно.

— Думаете, я хочу войти в ребёнка?

— Думаю, желание не всегда нужно для насилия.

Детская Мария отступила к Варваре.

Взрослая следила за ней с машины.

— Через семь минут армии выйдут в Ротенбург.

— Зачем? — спросил Михаил.

— Чтобы найти устойчивого носителя.

— Для чего?

— Второй эксперимент не может работать на мёртвых отпечатках. Ему нужны живые решения.

— Значит, убивать Марию Алексею невыгодно, — сказал Сергей.

Мальчик покачал головой.

— Мне нужно убить только будущую версию.

— Ты сказал, что пришёл убить её до создания мира без тебя.

— Её. Не эту Марию.

— Но предупредил: «В моей линии ты построила».

— Чтобы она не согласилась стать взрослой.

Варвара посмотрела на него.

— Мог сразу объяснить.

— Тогда вы бы не поверили.

— Сейчас тоже не верю.

— Зато сомневаетесь.

— Это хуже.

— Поэтому полезнее.

На стенах крепости завыли сирены.

Не электрические. Механические колокола подхватили тревогу от западных ворот.

Эва Рот подбежала к переговорной трубе.

— Что происходит?

Ответил капитан Нулевой стражи:

— Чёрные двери появляются по всему городу! На вокзале, у каналов, в убежищах! Из них выходят люди!

— Какие?

— Одинаковые. Дети и женщины. Некоторые называют себя Алексеями, другие Мариями!

— Не стрелять без нападения!

— Они уже сражаются между собой!

За стенами прогремел взрыв.

Над крышами поднялась золотая фигура Марии в короне. В неё ударила белая волна, имевшая лицо старого Алексея. Два отпечатка столкнулись, и дома на границе их полей на секунду стали нерождёнными: стены исчезли, обнажая комнаты, затем вернулись с другими окнами и лестницами.

— Армии уже проходят, — сказал молодой Молчанов. — Главная дверь не единственная.

Взрослая Мария посмотрела на мальчика.

— Ты открыл боковые маршруты.

— Они открылись, когда ты приблизила машину.

— Я приблизила её, чтобы предупредить.

— Ты всегда называешь вторжение предупреждением.

Одна из версий Алексея вышла на мост.

Это был мужчина лет сорока с механической рукой и белыми волосами. На груди висела табличка:

«АЛЕКСЕЙ-114».

Он увидел молодого Молчанова.

— Создатель.

Молчанов поднял стеклянное реле с заключённым Алексеем Белым.

— Не ваш.

— Все мы происходили от его проекта.

— Это не даёт родства.

— Даёт причину.

Алексей-114 опустился перед инженером на одно колено.

— Освободите имя.

— Что?

— Город отделил старый отпечаток и назвал его Алексеем Белым. После этого все версии, произошедшие от мальчика, получили общее имя. Машина считает нас частями одного человека.

— Вы хотите отдельные имена.

— Хотим право выбрать.

— Почему пришли с армией?

Механическая рука Алексея-114 раскрылась. Внутри не было оружия. Только красная игрушечная машинка без колеса.

— Потому что взрослая Мария удаляет нас быстрее, чем мы успеваем стать отдельными.

Со стороны другой армии вышла девушка лет шестнадцати.

На ней был тёмный мундир комендантки, слишком большой для худого тела. Золотой шрам пересекал губы.

— Он не сказал, что его версии захватывают тела людей, — произнесла она.

На её груди стояло:

«МАРИЯ-72».

— Мы не захватываем, — ответил Алексей-114. — Нам дают тела.

— Кто?

— Машина.

— Она забирает их у линий, которые ещё не произошли.

— Там они пустые.

— Потому что вы вырезали владельцев до рождения.

Мальчик Алексей сказал:

— Это сделал не я.

Мария-72 посмотрела на него с ненавистью.

— Ты первый. Все они несут твою команду выживания.

— А вы несёте её команду уничтожения.

— Мы защищаем миры, где ты запускаешь третий эксперимент.

— Я не запускал.

— Запустишь.

Детская Мария тихо спросила:

— Вы все судите друг друга за будущее?

Обе армии заговорили одновременно:

— Оно уже случилось.

— Для вас, — сказала она. — Не для нас.

Никто не ответил.

Сергей посмотрел на часы.

«ШЕСТЬ МИНУТ ПЯТЬДЕСЯТ ОДНА СЕКУНДА».

— Нам нужно закрыть боковые двери, — сказал он. — Потом отделить будущую Марию от ребёнка юридически и физически.

— И уничтожить Алексея, — добавила взрослая Мария.

— Нет.

— Пока он существует, машина найдёт новый путь.

— Это говорил канцлер о свободном выборе.

— Алексей не человек.

Мальчик поднял подбородок.

Сергей встал между ним и машиной.

— Сегодня уже слишком многие решали, кто не человек.

— Ты видел первую машину. Он её ребёнок.

— Я видел мальчика, которого использовали как интерфейс, сосуд и оправдание. Этого достаточно, чтобы не отдавать его тебе.

— Тогда он убьёт Марию.

— Пусть попробует, — сказала Варвара.

— Мама, — прошептала детская Мария.

— Что?

— Это не очень успокоило.

— Зато честно.

Город снова содрогнулся.

Одна из боковых дверей открылась прямо во дворе крепости. Из неё выбежали пять Алексеев в серой форме. За ними гнались три золотые Марии.

Нулевая стража окружила всех.

— Оружие на землю! — крикнула Эва.

Один из Алексеев бросил белый клинок.

Золотая Мария ударила его в спину.

Варвара выхватила кварцевый карабин у ближайшего стражника и выстрелила между ними.

Нулевая волна погасила обе версии.

Они не исчезли. Упали на камни, став обычными людьми.

Алексей оказался мальчиком лет четырнадцати. Мария — женщиной с обожжёнными руками.

Они смотрели друг на друга с прежней ненавистью, но уже не могли превратить её в оружие.

— Развести, — приказала Эва. — Имена записать отдельно.

— У них одинаковые, — сказал стражник.

— Спросить, как хотят называться.

— Во